Львица: судьба или выбор

Карточка книги Завершена
Серия
«Львица»
36глав
≈ 318страниц
833 тыс.знаков
Русскийязык
06.10.2026добавлена
7просмотров

Мои полки: отметьте книгу — и она найдётся в вашем профиле.

—
оценок пока нет — ваша будет первой
Ваша оценка

О книге

Привычное течение дней способна перевернуть любая мелочь, из-за которой навалится столько проблем, что вытащенные из душевого стока волосы после мытья покажутся подарком. И станет ясно, что жизнь вовсе не была размеренной. А то, куда ты не хотела возвращаться все эти годы, влетит с размаху, выворачивая всё нутро и разрушая до основания, заставляя взглянуть в лицо собственной правде. От розовых очков останутся лишь осколки на асфальте.

Рита — самая обычная мама двоих, в удалёнке, в айти. Всё её существование — это возня с санками, завтраки для детей и вечный ноутбук под рукой.

Одно-единственное утро всё меняет.

Она просто помогла соседке, не подумав ни секунды. По-человечески.

Начало книги

Глава 1: Обычное утро

Глава 1: Обычное утро

Стоя на кухне и залипнув взглядом в кофе, я уже неизвестно сколько времени рефлекторно его помешивала. Организм продолжал спать, несмотря на то, что тело находилось в вертикальном положении. Да, этот навык приобретают все матери в определенный период жизни. Как правило, в начале декрета.

За окном была все та же зимняя серость — конец января. Снег лежал толстым слоем во дворе, дворники у нас работают по графику Деда Мороза — 1/365. Помнится, последний раз я видела одного еще в начале осени.

Темновато — солнце еще не поднялось, висело где-то за крышами, не торопилось.

«Почти восемь утра, а на улице сумерки. Прелесть. Кстати, Машка просила скачать для нее все части того фильма.»

Батареи шпарили так, что воздух в квартире стал как в пустыне: сухой, плотный, душный.

«Надо бы проветрить. Потом. Когда все разойдутся.»

— Мама, я все! — пропищал голосок от стола.

Я перевела взгляд на Алису. Трехлетняя рыжая бестия сидела в своем детском стульчике, уткнувшись в планшет с мультиками. Печенье в руке, макала его в йогурт, крошки на столе, на полу, на самой Алисе. Одна прилипла к щеке. Я даже умилилась, ненадолго. Пока не увидела на полу след от омлета, который был у нее сегодня на завтрак.

«Опять мыть пол.»

— Еще печенья? — уточнила я, хотя ответ был очевиден.

— Угу, — не отрываясь от экрана, кивнула дочь.

«Максим, конечно, уже умчался на работу. Как всегда — первым. А мне теперь Алису в садик волочь. Через сугробы. Благо не на автобусе — садик рядом. Прелесть какая.»

Я снова уставилась в чашку. Кофе с молоком от моего долгого помешивания почти эволюционировал в капучино.

«Пенка, мать ее. Хоть бы раз он ее отвез на машине по дороге на работу. Но нет, ему же не по пути. Как будто мне — по пути на диван с ноутбуком.»

Мысли были вялые, обрывистые, сонные.

«Надо одеться. Одеть ее. Артема поднять. Господи, зачем я вообще проснулась... Может сделать внеплановый выходной в четверг? Нет, заказали еще две аналитики, а у Темы обувь прохудилась. Что он с ней делает?»

Из транса меня вывел заполошный стук в дверь. Я вздрогнула, чуть не выронив чашку.

Резкий, настойчивый, почти грохот. Не звонок — звонок мы с домофоном отключили из-за мелкой, чтобы не будили ее во время дневного сна всякие визитеры. Но стук был такой, будто кто-то ломился, а не просто стучал.

«Кто, мать его, в такую рань?! Наверное опять менты к алкашу из первой квартиры. Не пойду больше понятой, достали. Тогда весь день в топку.»

Оставив в покое кофе, который уже окончательно превратился в нечто с претензией на современное искусство, я побрела в прихожую. Полусонный мозг успел поймать мысль, что надо бы посмотреть в дверной монитор, но общее состояние пофигизма и беспечности подавило ее тут же. Запахнув потуже пушистый халат, открыла дверь.

«Ну, удивите или разбудите меня» — индифферентно протянул внутренний голос.

И таки да, удивили. Так, что почти проснулась.

Это была блаженная соседка сверху в своем привычном спортивном костюме мерзкого болотного цвета. Женщину буквально колотило от ужаса. Она вцепилась в мой рукав и потянула к себе, бормоча что-то невнятное. Ее дрожь по инерции перешла и ко мне — как какая-то холера.

«Ну мля...» — подумала я, услышав треск шва. «Эту шизофреничку опять накрыло что ли?»

По голым ногам потянуло холодом из подъезда, вызвав мурашки.

«Хорошо, что тапки надела.»

— Люба, уймись и объясни, в чем дело? — прохрипела я пересохшим горлом, пытаясь вырвать руку. Но та, хоть и была тощая, крепко вцепилась, словно в собственную жизнь.

— Рита, Риточка, они меня хотят забрать! Забрать, Рита! Ни выйти не дают, ни домой вернуться. Они пришли за мной, Рита! — она продолжала держать меня за рукав халата и нещадно его дергать.

— Успокойся, Люб! Кто тебя забирает, кто пришел?

«Черти или все-таки диспансер среагировал на жалобы?»

Я бы не удивилась в обоих случаях. Нет, Любка не плохая. Просто у нее диагностирована шизофрения, и если раньше ее мать регулярно отправляла дочь на сезонное лечение, то после смерти родительницы она сама по себе. Признана социально не опасной, и все. Но у нас дом молодой, живут семьями. Кому понравится, что два раза в год — в сезоны обострения — женщина лет под пятьдесят бегает по подъезду или двору и орет матом, сама с собой разговаривает, выбрасывает вещи из окна. Бывало, машины соседям била. В остальное время она спокойна и даже вежлива, но мало ли что нашепчут голоса. А у нас в стране как — пока прецедента нет, нет и дела.

— Помоги, помоги, Риточка. Они же меня убьют, — причитала Любка и тащила меня вниз по лестничному маршу.

«Убьют? Не закроют?»

Я только и успела схватить ключи из ключницы и захлопнуть дверь.

«Артем еще спит, Алиса в стульчике. Они и не заметят, что меня нет.»

А сознание начало проясняться и без кофе. Нащупала в кармане халата телефон.

«В случае чего — полицию.»

Квартира наша на втором этаже, поэтому далеко идти не пришлось. Спустившись на один пролет, увидела открытую настежь входную дверь. Снег мел внутрь подъезда, холодный воздух бил в лицо. В конце ступенек стоял мужчина в черной куртке.

Я окончательно проснулась.

«Куда ты меня втянула?»

— Вот они, Риточка! — Люба ткнула в него пальцем.

Мужчина сохранял спокойствие, только переводил взгляд с Любы на меня и обратно. Но по его изменившемуся упору ног я поняла, что мое присутствие его напрягло.

— Здравствуйте, — я тут же рефлекторно выровняла спину и начала трезво оценивать ситуацию.

Выправка у мужчины службиста или армейская — спина ровная, ноги на ширине плеч и руки за спиной сцеплены. Взгляд уверенный, оценивающий, но какой-то пустой. Из-за зимней одежды сложно оценить, но фактура явно тренированная. Куртка качественная, неприметная, но дорогая.

— Доброе утро, — вежливо ответил незнакомец, чуть повернувшись ко мне и едва проведя взглядом, снова сосредоточился на Любке. — Люба, мы долго еще будем тебя ждать? Этот спектакль несколько затянулся. Мы знаем, что это твоих рук дело.

«Точно не службист! Те, чуть что, корочками машут.»

— А что собственно происходит? — выпалила я, почуяв несправедливость.

«Черт, Маргарита, кто тебя за язык тянет? Пусть забирают, тебя героиней признают все жители дома.»

— Ничего, что касалось бы вас! — ответ твердый, но все еще вежливый, без пренебрежительного тона и грубости.

«Вот и повод, уходи.»

Но нет же, Любка вцепилась аки клещ, и из-за нее уже тряслась я вся.

— Простите, но я не могу проигнорировать состояние моей соседки.

Тут с пролета выше спускается еще один незнакомец. Я как-то сразу поняла, что они вместе. Он тоже был в черной гражданской одежде — зимняя куртка, джинсы. Лицо бесстрастно, но взгляд оценивающе пробежался по нам с Любкой. Кивнул первому в сторону двери. Я инстинктивно встала спиной к стене.

Я, конечно, женщина замужняя, но вспомнив, что встав с кровати даже в зеркало не глянула, захотела пригладить свою рыжую копну. Любка, правда, все еще держала меня за рукав, так что пришлось обойтись.

— А вы собственно кто? — повернулась я к своему собеседнику, к которому уже присоединился новоприбывший.

Второй мужчина посмотрел на Любку:

— Мы вернемся, Люба. И в следующий раз ты не отвертишься. Ответишь и за предыдущие разы, и за вчерашнюю дозу, которую сбросила.

«О боги, они про наркотики говорят?»

Меня аж передернуло, и захотелось избавиться от Любки, как от грязи, которая налипла на обувь. Такие вещи редко бывают голословными. Но ведь она, хоть и больная, не похожа на наркоманку. Совсем не похожа.

— Люба, — поймала я ее взгляд, который метался от одного мужчины к другому. — Ты можешь вернуться домой. Иди.

Любка оглянулась на мужчин. Те молчали. Не кивнули, не разрешили, просто не остановили. Этого ей хватило.

— Да. Да, Риточка. Спасибо тебе, спасибо... — и побежала тощей козочкой наверх.

Я осталась стоять в халате и тапках.

Первый перевел взгляд на меня. Не угрожающий, а спокойный, изучающий, почти равнодушный. Именно это равнодушие было хуже всего. Такие люди убивают карандашом в глаз.

— Вы вмешались, — сказал он, — это ваше право. Но вы видели то, чего не должны были видеть.

— Я ничего не видела, — ответила я.

Лицо собеседника осталось бесстрастным.

— Вы хотите в это верить, а это уже другое.

Снег все сыпал в открытую дверь, забивался под тапки, холод поднимался по ногам. Я не двигалась. Если отступить на шаг назад, это будет заметно и наверняка расценено, как трусость.

Второй за все это время не произнес ни слова. Просто стоял. Этот молчащий давил сильнее, чем говорящий.

— Мы не встретимся больше, — сказал первый. — Если вы не дадите повод.

Он кивнул второму. Оба развернулись и вышли. Дверь закрылась тихо, без хлопка. Словно тут никого и не было.

Снег перестал сыпать внутрь.

Я простояла еще несколько секунд, держась за перила. Руки не тряслись — это было неожиданно. Просто очень холодно снизу. Или все-таки тряслись, и я просто не хотела это признавать.

Поднялась на второй этаж. Зашла в квартиру и аккуратно закрыла дверь. В таком состоянии, словно любое резкое движение могло спровоцировать взрыв. Алиса сидела в стульчике с планшетом, не обернулась.

— Ты уходила, мамочка?

— Тетю Любу спасала, солнышко.

— А-а-а, — равнодушно протянула Алиса и потянулась за печеньем.

Я подошла к кружке, сделала глоток и поморщилась — холодный, кислый, зря только напрягала кофеварку. Вылила в раковину. Включила агрегат снова.

Пока кофемашина недовольно шипела з-за переработки, я стояла у окна и смотрела во двор. Двое шли к темной машине у тротуара — ровно, без спешки. Сели внутрь мерседеса. Машина через пару мгновений тронулась.

«Номер. Надо было запомнить номер.»

Я не запомнила.

“Зачем запоминать? Ладно. Не мое дело! Любка сама виновата, если что-то мутит — я вообще в халате случайно под руку ей попалась. Серьезные люди? Ну и пусть. Я им никто. Максиму не говорить — напугаю только, а объяснять нечего. Обошлось же.”

Кофеварка пикнула. Я налила, добавила молока, сделала глоток.

Осадок никуда не делся. Неприятный, как запах чужого табака в собственной куртке — вроде проветрила, а все равно чувствуешь.

«Что-то тут не так. Но что?»

Я взглянула на часы на плите — 7:42.

«Блин, Артема будить надо! И Алису одевать. Зима, мать ее: садик, санки, сугробы...»

С чашкой нового кофе в руке я направилась в комнату сына. Открыла дверь — темно, душно, пахнет подростком: смесь носков, пота и одновременно дезодоранта. Что-то еще, что я предпочитала не идентифицировать, буквально сбивало с ног.

«Надо заставить его навести порядок!»

Подошла к окну и распахнула его настежь.

Морозный воздух ворвался в комнату, как живой. Снег даже залетел на подоконник.— Мммм... мам... закрой... — простонал Артем из-под одеяла, натягивая его угол себе на голову и подтягивая голые ступни под укрытие.

Я одной рукой держала чашку с кофе, второй стянула с него одеяло.

Сын тут же свернулся калачиком, пытаясь сохранить остатки тепла.

Я пнула его босой ногой. Не сильно, но ощутимо.

— Вставай, Артем. Школа.

— Мам, ну еще пять минут...

Пинок повторился.

— Вставай, сказала. Опоздаешь — сам потом разбирайся.

Артем открыл один глаз и уставился на меня. Рыжая копна курчавых, как у отца волос торчала во все стороны. На него было почти жалко смотреть. Почти. Как на кота, который всю ночь тыгыдыкал, а потом днем отсыпается. И ты чисто из мести хочешь пушистого гада потрясти за шкирку или выпнуть на улицу. Я-то знаю, что он допоздна сидел за компом.

— Ты чего злая такая? — пробурчал недовольно.

— Утро злое. Вставай!

Он сел на кровати, ежась от холода.

— Можно окно закрыть?

— Можно, конечно. Встань и закрой, — направилась к двери.

— Я же мог простудиться, мам! — воскликнул наигранно.

— Все может быть, — бросила в ответ.

Вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой.

«Подростки. Разбудить их — отдельный вид искусства. Хорошо хоть не хамит. Уже. Надо поговорить с учителем. Что-то Тема притих последнее время совсем. Раньше и поогрызаться мог, а последние год-полтора, как отрубило. И сейчас вот только заметила, что фактурку сына приобрел. Явно где-то спортом занимается. Хоть бы не шлялся по всяким псевдо качалкам в подвалах. Знаем мы, кто их держит.»

За дверью послышалось тихое ругательство, вызвавшее у меня злорадную ухмылку.

— Завтрак уже начался без тебя! — крикнула я через плечо. — Не встанешь — иди голодным!

Вернулась на кухню. Алиса доедала печенье. Или крошки захватывали ее, как территорию. Я сделала глоток кофе и посмотрела в окно.

“М-м-м. Вот, пожалуйста. Всего пару секунд тишины. Словно я одна в мире!”

Снег. Зима. Серость. Все это пройдет.

«Обычное утро. Почти. Любка, бандиты, наркота... Пофиг! У меня своих дел хватает.»

Но мысль все равно лезла обратно, как навязчивая товарка на базаре.

«Что-то не так было. Что-то...»

«Ладно. Потом подумаю.»

Я допила кофе и поставила чашку в раковину.

«Сейчас — садик, Артема в школу, быт и отчеты по анализам заказчикам. А Любка пусть сама со своими демонами разбирается. Я ИТ-шник, а не МЧС-овец.»

Алиса потянулась ко мне, протягивая липкие от печенья ручки.

— Мама, гулять!

— Сначала садик, зайка. Потом погуляем.

— Не хочу в садик!

«О, началось.»

— Хочешь не хочешь, а пойдешь, — я взяла ее на руки, отряхивая крошки со щеки. — Пойдем одеваться.

За спиной послышались шаркающие шаги. Артем, растрепанный и недовольный, вышел из комнаты.

— Окно закрыл? — спросила я.

— Угу.

— Умывайся. Омлет в микроволновке.

Он буркнул что-то нечленораздельное и поплелся в ванную, поправляя сползающие пижамные штаны.

Посмотрела в спину сыну и отметила, что на спине мышцы тоже развиты неплохо.

“Что я пропустила?”

Я посмотрела на Алису, которая уже начала вертеться у меня на руках.

«Обычное утро.»

«Почти.»

Я одной рукой держала чашку с кофе, второй стянула с него одеяло.

Сын тут же свернулся калачиком, пытаясь сохранить остатки тепла.

Я пнула его босой ногой. Не сильно, но ощутимо.

— Вставай, Артём. Школа.

— Мам, ну ещё пять минут...

Пинок повторился.

— Вставай, сказала. Опоздаешь — сам потом разбирайся.

Артём открыл один глаз и уставился на меня. Рыжая копна курчавых, как у отца волос торчала во все стороны. На него было почти жалко смотреть. Почти. Как на кота, который всю ночь тыгыдыкал, а потом днём отсыпается. И ты чисто из мести хочешь пушистого гада потрясти за шкирку или выпнуть на улицу. Я-то знаю, что он допоздна сидел за компом.

— Ты чего злая такая? — пробурчал недовольно.

— Утро злое. Вставай!

Он сел на кровати, ежась от холода.

— Можно окно закрыть?

— Можно, конечно. Встань и закрой, — направилась к двери.

— Я же мог простудиться, мам! — воскликнул наигранно.

— Всё может быть, — бросила в ответ.

Вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой.

«Подростки. Разбудить их — отдельный вид искусства. Хорошо хоть не хамит. Уже. Надо поговорить с учителем. Что-то Тёма притих последнее время совсем. Раньше и поогрызаться мог, а последние год-полтора, как отрубило. И сейчас вот только заметила, что фактурку сына приобрел. Явно где-то спортом занимается. Хоть бы не шлялся по всяким псевдо качалкам в подвалах. Знаем мы, кто их держит.»

За дверью послышалось тихое ругательство, вызвавшее у меня злорадную ухмылку.

— Завтрак уже начался без тебя! — крикнула я через плечо. — Не встанешь — иди голодным!

Вернулась на кухню. Алиса доедала печенье. Или крошки захватывали ее, как территорию. Я сделала глоток кофе и посмотрела в окно.

“М-м-м. Вот, пожалуйста. Всего пару секунд тишины. Словно я одна в мире!”

Снег. Зима. Серость. Все это пройдет.

«Обычное утро. Почти. Любка, бандиты, наркота... Пофиг! У меня своих дел хватает.»

Но мысль всё равно лезла обратно, как навязчивая товарка на базаре.

«Что-то не так было. Что-то...»

«Ладно. Потом подумаю.»

Я допила кофе и поставила чашку в раковину.

«Сейчас — садик, Артёма в школу, быт и отчеты по анализам заказчикам. А Любка пусть сама со своими демонами разбирается. Я ИТ-шник, а не МЧС-овец.»

Алиса потянулась ко мне, протягивая липкие от печенья ручки.

— Мама, гулять!

— Сначала садик, зайка. Потом погуляем.

— Не хочу в садик!

«О, началось.»

— Хочешь не хочешь, а пойдешь, — я взяла её на руки, отряхивая крошки со щеки. — Пойдем одеваться.

За спиной послышались шаркающие шаги. Артём, растрёпанный и недовольный, вышел из комнаты.

— Окно закрыл? — спросила я.

— Угу.

— Умывайся. Омлет в микроволновке.

Он буркнул что-то нечленораздельное и поплелся в ванную, поправляя сползающие пижамные штаны.

Посмотрела в спину сыну и отметила, что на спине мышцы тоже развиты неплохо.

“Что я пропустила?”

Я посмотрела на Алису, которая уже начала вертеться у меня на руках.

«Обычное утро.»

«Почти.»

Как читатели оценили книгу

Оценки — из 10 · 0 оценок
10 0
9 0
8 0
7 0
6 0
5 0
4 0
3 0
2 0
1 0
На полках читателей
Читаю 0
Хочу прочитать 0
Прочитано 0
Не дочитал 0
Недописано 0
Чёрный список 0
В избранном 0

Скачать книгу «Львица: судьба или выбор» бесплатно

Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрации

Отзывы и комментарии

Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает

Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.

Подборки с этой книгой

Все подборки
Подборки по настроению, жанрам и любимым авторам появятся здесь, когда вы долистаете до этого места.