Альфа, который меня отверг
- Автор
- Чинара
О книге
Я не собираюсь мириться с тем, что она — моя Истинная Пара.
Оракул объявил, что я Истинная Пара самого могущественного Альфы столицы.
В ту же секунду моя жизнь обернулась адом.
Кайл Уинфорли всегда добивался желаемого. В его руках власть, безупречная репутация и дама, которую все в городе прочат ему в жены.
И теперь еще я — дерзкая сирота с языком без костей, которая вовсе не жаждет замужества с этим высокомерным Альфой.
Он готов порвать узы. Я тоже. Но воля Оракула не оставляет нам выхода.
Нас вынудят делить кров и изображать безупречную пару перед Советом.
Однако чем отчаяннее мы рвем эту связь, тем яснее проступает страшное... от ненависти до желания — один шаг.
Начало книги
Глава 1
Глава 1
Хрустальный зал ослеплял роскошью до рези в глазах. Белые и алые розы тонули в мерцании люстр. Хрусталь вспыхивал тысячами бликов. Всё это должно было вызывать трепет, благоговение и восторг.
Но мой взгляд то и дело возвращался к самому взрывоопасному объекту вечера — выдающемуся декольте моей кузины.
Нет, не подумайте, я не извращенка. Во всяком случае, не настолько. Просто я испытывала к этому декольте глубокую, почти материнскую тревогу.
И причина, повторюсь, у меня действительно была.
Причем весьма выдающаяся.
Кайли готовилась целую неделю, превращая себя в оружие массового поражения. И, надо признать, добилась в этом оглушительного успеха.
Стоило нам появиться в толпе, как головы оборотней вокруг начинали опасно поворачиваться почти на сто восемьдесят градусов. Казалось, ещё немного, и позвонки хрустнут.
Но.
Я бы на её месте забеспокоилась.
Судя по тому, как опасно натянулась ткань на спине и угрожающе колыхались её гордые полушария, корсет держался исключительно на честном слове и чистом упрямстве.
Или…
— Ты применила магию, чтобы грудь не выпала? — прошептала я, аккуратно разворачивая шоколадный батончик. — Признавайся, это удерживающие чары?
Кузина одарила меня гневным взглядом. Испепеляющим. Не оставляющим следов.
— Я просто беспокоюсь за целостность конструкции… — невинно добавила я, откусывая кусочек.
Но, кажется, я лишь подбросила дров в костер, в котором она меня сжигала.
Я успела откусить всего один раз, как…
— Мама! — рявкнула она, даже не поворачивая головы, — Клео снова ест!
Я закатила глаза.
Ну что значит снова?
Серьезно?
Такое ощущение, что я жую двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Круглосуточно. Без перерывов на сон, совесть и приличия. А я, между прочим, делаю перерывы.
Честно.
Она, кстати, ест не меньше меня. Просто ее пробужденная волчица работает как доменная печь. И сжигает калории быстрее, чем Кайли успевает их проглотить.
А у меня просто… ну, есть что сжигать.
Попа чуть больше…
И сама фигура, скажем так, местами более выразительная, чем у моделей с обложек. Но лично меня все устраивает. Дин говорит, что она его прямо-таки вдохновляет на сочинение музыки, между прочим.
— В день Выбора! — закончила Кайли, словно я не шоколадкой хрустнула, а надругалась над фамильным склепом предков.
Тетя Рут перевела взгляд с дочери на меня. Нервная минута даже не успела повиснуть, по её взгляду я сразу поняла, что мне ничего не будет.
— Клео таким образом борется со стрессом, дочка. — мягко, но с непоколебимой уверенностью, не оставляющей места для споров, произнесла тетя Рут.
А потом с теплой улыбкой повернулась ко мне.
— Ты проголодалась, милая?
— Нет, — я быстро убрала остатки батончика в карман, почтительно склонив голову. — Прости, тетя. Я спрятала шоколадку.
— Ма-а-ама! Вот ты всегда на её стороне! — шикнула Кайли, возмущенно вскинув подбородок.
Тетя Рут вздохнула. Ее взгляд скользнул по нашему дуэту.
— Мне нужно ненадолго отойти к Элоиз. Вы сможете продержаться пару минут без приключений?
— Конечно. — хором ответили мы, натягивая на себя мантии ангелочков.
Как и следовало ожидать, для тети они оказались абсолютно невидимыми.
— Ни с кем. Абсолютно ни с кем не знакомиться без моего присутствия. Запомните. — с нажимом сказала леди Грин.
Она была мягкой и справедливой. Но стоило нам с Кайли задумать какую-нибудь глупость, как она умела одним взглядом вправить мозги на место.
— Ни с кем. — снова хором подтвердили мы, пытаясь выглядеть максимально невинными.
Тетя Рут удовлетворено кивнула, бросила на нас последний пронзительный взгляд и скрылась в мерцающей толпе.
— И куда ты спрятала батончик? — Кайли подозрительно прищурилась, просверливая меня взглядом.
Мантии ангелочков можно было снимать.
— Ты меня сдала. Так что даже не рассчитывай. Он полостью мой.
— Ты оскорбляла мою грудь.
— Каким образом?
— Косыми взглядами.
Я фыркнула.
— Это называется заботой о ближнем. Я просто переживаю за нее.
Я сказала это самым невинным и серьёзным тоном, на который только была способна.
— Ты представляешь, что будет, если она вывалится?
— Тогда наследнику Уинфорли точно придется выбрать меня. — уверенно сверкнула белозубой улыбкой кузина.
— А потом ему еще придется уничтожить половину зала, потому что бедные волки точно не смогут забыть зрелище твоих… выдающихся аргументов. Это будет кровавая бойня, Кайли Грин. Ты хоть представляешь масштабы трагедии?
Мы обе не выдержали, прыснув смехом и прикрыв рты ладонями, чтобы не выглядеть полными идиотками на столь серьёзном рауте.
— Гони шоколадку. — Кайли протянула руку и требовательно пошевелила пальцами.
— Тетя не смотрит? — я рефлекторно оглянулась, сканируя толпу.
— Я прикрою!
Кайли подалась вперёд, почти закрывая мне обзор.
— Мама стоит спиной. Она полностью поглощена леди Элоиз. Давай, Клео! Я на грани голодного обморока, а ты уже откусила половину!
Тетя Рут забрала меня к себе, когда родителей не стало. С тех пор она практически заменила мне мать.
А Кайли…
Кайли оказалась той сестрой, о которой я и мечтать не смела.
И, признаться, в словах Кайли была доля истины. Тетя частенько прощала мне то, что родной дочери никогда бы не спустила с рук.
Но, как ни странно, это не развязывало мне руки, а наоборот. Заставляло сильнее стараться быть достойной её веры.
Я просто не могла — не имела права — подвести ту, кто протянул мне руку в самый темный час.
С Кайли мы подружились почти мгновенно. Очень скоро она стала моим самым близким человеком. Мы делили все секреты, планы, амбиции и самые сокровенные мечты.
И, конечно…
Мы ругались.
Громко. Со страстью.
Бывало, даже дрались. По-настоящему. До клочьев волос и соленых слез.
Но мирились всегда быстрее, чем тетя Рут успевала провести свои знаменитые пояснительные беседы или заварить фирменный успокаивающий травяной чай.
А потом, обнявшись, плакали, умоляя друг друга не наказывать.
А ещё мы просто обожали подкалывать друг друга. Без этого не обходился ни один наш день. Это был наш незыблемый ритуал. Наша броня. Наш способ без лишних слов сказать: «Я здесь. Я с тобой. Мы справимся с чем угодно».
— Если они реально выпадут, ты обязана прикрыть меня уже своей грудью. —совершенно серьезно выдала Кайли.
— Что? — я в ужасе уставилась на неё. — Ты сейчассерьезно ? Я думала, мы…
— Дурочка, — Кайли фыркнула, и в её глазах заплясали искорки. — На моем корсете аж три удерживающих заклинания! С меня скорее юбка свалится, чем он. Но видела бы ты сейчас свое лицо.
— Вторую шоколадку я тебе точно не дам, — буркнула я.
— А у тебя есть ещё одна? Где ты их прячешь? — она хищно сузила глаза, осматривая меня. — Вот почему ты выбрала это платье? Стиль вампирша-девственница в глубоком трауре? Из-за потайных карманов на юбке?!
— Даже если будешь умолять на коленях, шоколад не получишь, — твердо отрезала я, пряча второй батончик ещё глубже в потайной карман.
— Боюсь, если встану на колени, меня неправильно поймут.
— А вдруг Альфа оценит?
Я вызывающе подняла брови.
И мы обе расхохотались.
* * *
— Вижу, вы снова нашли общий язык, — тёплые ладони тети Рут легли нам на плечи.
Её взгляд скользнул по нашим довольным лицам.
— Ну, на эту дурочку долго сердиться просто невозможно, — Кайли нарочито вздохнула, но в ее голосе звенела неприкрытая нежность.
— Конечно. Сложно долго сердиться, когда у тебя память как у золотой рыбки, — тут же парировала я.
— Иногда мне кажется, что вы обе выросли у меня в животе, — вздохнула тётя с ласковой улыбкой.
Музыка в зале внезапно стихла. Раздался удар в гонг.
— Пойдемте на балкон. Начинается.
Гости разом двинулись к своим местам.
На первом ярусе занимали места семьи, чьи имена не нуждались в представлении. А чем выше поднимался взгляд, тем скромнее становились наряды, украшения и гербы на дверях лож.
Мы оказались на третьем ярусе. Почти под самой крышей. Дальше от Оракула здесь было только небо и стеклянная крыша.
Воздух мгновенно загустел от предвкушения и нервного ожидания.
Большинство девушек выбрали белоснежные или небесно-голубые платья — традиционные цвета участниц Выбора.
Кайли сияла в своём наряде, и я невольно улыбнулась.
Мы прибыли в столицу всего два дня назад, но этот город уже успел меня утомить. Все здесь дышало ожиданием. Ведь сегодня Оракул должен был официально объявить избранницу Альфы Кайла Уинфорли.
Он уже пять лет управлял стаей, доказав Совету, что способен не только носить титул, но и отвечать за тех, кто под ним. Так что теперь пришло его время создать семью.
Все заранее прекрасно знали, чем это закончится.
Кайл Уинфорли уже год встречался с Вивьен Руж.
Дочь одного из членов Совета была настоящим воплощением всего, что здесь ценили. Безупречные манеры, идеальная внешность и фамилия, за которой стояли деньги и влияние.
Достаточно было взглянуть на их совместные фотографии в газетах, чтобы понять, что эти двое созданы друг для друга.
Вивьен. Высокая. Стройная. Идеальная до кончиков идеально ухоженных ногтей.
А её семья…
Денег у них было столько, что нам с Кайли такие суммы не снились даже в самых безумных мечтах.
Никаких иллюзий насчёт того, кого назовёт Оракул, у меня не было. Оракул произнесет имя Вивьен Руж. Толпа взревёт от восторга. Кто-нибудь непременно начнёт аплодировать раньше времени.
А мы наконец сможем спокойно уехать в наш маленький городок, где меня ждёт настоящий личный рай. Заначка с шоколадками, спрятанная в самом дальнем ящике шкафа.
Но, судя по морю белых и пастельных платьев вокруг, мои трезвые рассуждения здесь, мягко говоря, не пользовались популярностью. Я была своего рода отщепенцем.
— А представляешь, если Оракул вдруг назовет тебя? — голос Кайли выдернул меня из невеселых раздумий.
Хорошо, что в этот момент я ничего не жевала. Риск подавиться был стопроцентным.
— Ты меня сейчас проклинаешь? — я прищурилась, подозрительно глядя на кузину. — За то, что я не поделилась вторым батончиком? Жестоко, не находишь?
— Да брось, Клео. Ты не можешь отрицать, что он… ну, горяч.
Она выразительно повела бровью в сторону Альфы.
Кайл Уинфорли невозможно было не заметить. Высокий, широкоплечий, в безупречно сидящем костюме. Он стоял в центре зала так, будто все остальные находились здесь исключительно по его разрешению.
Спокойный. Уверенный. Опасный.
Возможно, именно поэтому большинство женщин смотрели на него с пугающим блеском в глазах. Будто готовы были добровольно прыгнуть в пасть хищнику.
Я пожала плечами.
— Мне вполне хватает тёплого пледа и моего личного электрического обогревателя в комнате, спасибо. К тому же, мой обогреватель хотя бы не смотрит на меня так, будто я потенциальная жертва или, на худой конец, обед. А Альфа именно так и зыркает на всех окружающих.
Кайли фыркнула, как недовольная кошка.
— Ладно, допустим. Если вдруг Оракул решит навести шороху и выберут меня, — прошептала я, наклоняясь к ней. — Так и быть, передарю его тебе. А еще завяжу бантиком.
Я не удержалась и снова украдкой посмотрела на Альфу.
Кайл Уинфорли небрежно переговаривался с одним из своих людей. Его движения были ленивыми и плавными. В них чувствовалась та дикая грация, которую не спрячешь даже под дорогим костюмом.
Воздух вокруг него словно пульсировал, сгущаясь от его силы, настолько он был уверен в себе.
И в этот самый момент он резко повернул голову.
Прямо в мою сторону.
Мой пульс замер.
Нет, не просто замер.
Давайте выражаться точнее — он остановился.
Все.
Микро-клиническая смерть, привет.
На долю секунды мне показалось, что его темные глаза намертво впились именно в меня. Но он так же резко отвернулся.
Пульс с выдохом вернулся.
Конечно.
Мне показалось.
Глупость какая.
Аж ударить себя захотелось.
Но взгляд упрямо вернулся к оборотню, словно его притягивало магнитом.
На нём был угольно-чёрный костюм безупречного кроя, подчёркивающий широкие плечи и узкую талию. В общем, полный набор для массовой потери рассудка среди незамужних девушек.
Чёрная рубашка расстёгнута на две верхние пуговицы. Пиджак распахнут. Острые скулы, прямой нос…
Он был красив, но не смазлив.
Нет. Хуже. Опасно красив.
К нему подошел один из его друзей, Фрэнк Грэй, с силой хлопнул по плечу и что-то весело сказал.
Кайл Уинфорли улыбнулся. И эта улыбка сделала его на мгновение чуть менее ледяным. Чуть менее недоступным.
Я тут же одёрнула себя. Я не восхищалась им. Ничуть. Просто констатировала очевидное: мужчина объективно хорош. Не урод.
Но придумать очередное оправдание я не успела.
Церемония началась.
В самом центре зала, на внушительном возвышении из грубого серого камня, напоминающем древний трон, стояла Чаша Оракула.
В её глубинах в особенно важные для стаи времена начинали мерцать золотые вкрапления. Они медленно, словно живые, сплетались в загадочные узоры. Этот танец символов мог вспыхнуть за одно мгновение, а мог создаваться неделями и даже месяцами. И каждый изгиб нес свой сакральный смысл.
Сейчас вода внутри Чаши едва заметно пульсировала, и в её глубине ясно проступал силуэт волка, смотрящего на полную луну.
Для всех присутствующих это означало одно: Оракул готов явить себя и объявить пару Альфы.
Вокруг каменного возвышения на полу были выгравированы пять идеальных концентрических кругов. Не просто разметка. Древние магические барьеры. Даже с нашего третьего яруса я чувствовала исходящую от них силу, пробирающую до мурашек.
Без позволения Оракула только Жрец мог войти в самый внутренний круг. Во время подобных церемоний во втором располагался Альфа. Советники занимали третий. А все остальные, включая нас, простых смертных, должны были оставаться за пределами пятого.
И, не дай Луна, кто-нибудь посмел бы нарушить это правило.
Пока Жрец, подозрительно похожий на главного красавчика из нашего с Кайли любимого сериала, нараспев зачитывал приветственные слова Оракулу, весь зал замер в едином напряжённом ожидании.
— Вылитый Брендон Купер, — едва слышно прошипела кузина, из последних сил сдерживая хихиканье.
— Одно лицо, — выдохнула я, чувствуя, как меня пробирает до мурашек.
Предупреждающего «Тссс!» и ледяного взгляда тёти Рут хватило, чтобы мы мгновенно вросли в пол, превратившись в безмолвные воплощения смирения.
Наконец вода в Чаше буквально ожила.
Спокойная гладь вздрогнула, пошла кругами, а затем взметнулась вверх, превращаясь в причудливый танец света и воды.
Потоки взмывали вверх, на мгновение складываясь в образы: бегущая стая, сияющий лунный диск, далёкие искрящиеся созвездия…
Затем золотые вкрапления, до этого лениво плававшие в глубине, рванули к поверхности, словно повинуясь невидимому дирижёру.
Вода начала обретать форму.
Торс.
Широкие плечи.
Руки.
Всё проступало из воды, но нижняя часть фигуры так и оставалась бурлящим потоком.
А лицо…
Четкие черты. Властный изгиб губ. Но пугали глаза. Вернее, их отсутствие. В глубоких глазницах кружилась та самая золотая пыльца, пульсируя в такт древнему дыханию.
— Альфа клана Зеленых Пиков, подойди.
Низкий и чистый, как ледяной горный родник, голос Оракула прокатился по залу, заставляя всех замереть.
Я машинально прижала ладонь к груди.
От одного его присутствия хотелось одновременно преклонить голову и бежать. Желательно далеко. Очень далеко. В идеале… в шкаф, плотно заперев за собой дверцу.
Кайл Уинфорли сделал шаг.
Один-единственный, решительный шаг. И его фигура замерла в пределах первого круга.
Жидкая, мерцающая рука, словно сотканная из бирюзовой магии самой Чаши, плавно поднялась и указала прямо на Альфу.
— Луна нашла тебе пару, Альфа Кайл Уинфорли. Да проявится её воля!
Голос Оракула вновь наполнил зал. Жидкая рука поднялась к лицу. Золотая пыльца, вихрившаяся в глазницах, сорвалась с места и потекла по воздуху к ладони, рассыпаясь крошечными золотыми искрами.
В зале стало так тихо, что я услышала собственный вдох.
Кайли рядом со мной перестала улыбаться.
Золотые искры вспыхнули в ладони Оракула. Закружились. Смешались, сплавились, уплотнились, скрутились в единую золотую Нить. Оракул словно вдохнул в неё жизнь, провёл пальцами по золотому потоку, а затем направил его к Альфе.
— Покажи Истинную Пару Кайла из рода Уинфорли!
Золотая Нить медленно выскользнула из ладони Оракула. Вихрем метнулась к Альфе. На мгновение обвила его запястье золотым браслетом, проникнув под кожу. Следом растворилась, оставив на его коже пульсирующий сложный узор. А после вновь появилась и взмыла в воздух.
Она стремительно понеслась к Вивьен.
Девушка, вся сотканная из уверенности, едва заметно подняла руку, готовая принять свою судьбу. По залу прокатился тихий вздох. Но Нить, словно насмехаясь над её ожиданиями, пронеслась в нескольких сантиметрах от волчицы. Вивьен так и осталась стоять с поднятой рукой.
А Нить… повернула обратно.
И буквально…
Взбесилась.
Начала метаться по залу стремительными, безумными кругами. Как дикий зверь, выпущенный из клетки.
По залу прокатилась волна шока. А следом поднялся гудящий шёпот. На лицах незамужних девушек одна за другой вспыхивали лихорадочные надежды.
— Судя по её метаниям, у Уинфорли какая-то буйная пара, — тихо хмыкнула я Кайли, уже откровенно любопытствуя, кто же эта загадочно-припадочная особа.
* * *
Но кузина почему-то не оценила мой юмор. Ни на грамм. Хотя, на мой субъективно-объективный взгляд, шутка получилась отменной. Очень хорошей.
Но самое странное было то, что на мой шепот обернулась не только Кайли…
Золотая Нить, словно обладая собственным злорадным слухом, резко затормозила в воздухе. Один её конец медленно загнулся в мою сторону.
Я замерла.
А в следующую секунду Нить со свистом сорвалась с места, устремившись прямо к нашему балкону, словно бешеная золотая молния.
Я хотела бежать. Прямо сейчас. Куда угодно. В идеале — на конец света.
Но тело не слушалось. Я не могла пошевелиться. Даже моргнуть.
Меня словно что-то удерживало. Полагаю, абсолютное оцепенение. И дикий ужас.
Нить приближалась.
Всё ближе.
И ближе…
Ближе…
Шок в глазах Кайли, застывшей рядом, был идеальным отражением моего собственного ужаса, когда Нить сокрушительно обвилась вокруг моего запястья. Запульсировала живым браслетом. А после жгуче исчезла под кожей.
— Леди Клеона из дома Грин.
Голос Оракула прогремел по залу.
И тут же, словно выполнив свою миссию, его жидкое тело стремительно обрушилось обратно в Чашу. Вода взметнулась высокой волной. Громкий всплеск эхом разнёсся по стенам.
А следом наступила оглушительная тишина. Та, которая говорила острее любых слов.
Кожу левой щеки начало нещадно жечь и покалывать.
Я машинально посмотрела в сторону Альфы. Его взгляд оказался острым, как тысяча иголок. В темных глазах не было ни тени радости. Ни искры восторга. Лишь потрясение и… глухое разочарование?
— Иди, — сквозь стиснутые зубы прошипела Кайли.
Я отрицательно покачала головой, словно маятник, застрявший на одной точке.
— Мама, мне кажется, у нее внутренний припадок. — шепотом сообщила кузина тете Рут. И нельзя было понять, шутит она сейчас или нет.
— Милая, пойдём, — мягко произнесла тётя.
Голос у неё звучал спокойно, но пальцы, лежавшие на моём плече, едва заметно дрожали.
Мои ноги отказывались повиноваться. Они превратились в ватные столбы, проросшие к полу. Но в следующую секунду острый, предательский щипок в бок пронзил оцепенение, вырвав из меня резкое:
— Ай!
— Иди уже, дурында.
Кайли не испытывала ни капли вины. Её взгляд буквально толкал меня вперёд.
Она была одновременно моим личным надзирателем и опорой в этом внезапном апокалипсисе.
Тётя крепко взяла меня за ледяную руку, сохраняя на лице то самое незыблемое достоинство главы рода. Её хватка была успокаивающей, словно она вплетала в мои онемевшие пальцы частичку собственной силы.
Кайли шла следом, прикрывая тылы.
— Улыбайся, — прошипела кузина, когда мы достигли первых ступеней.
Улыбаться?
Я честно пыталась. Но не могла. Губы словно не принадлежали мне и предательски дрогнули, складываясь в подобие улыбки.
Потрясение тяжёлой плитой рухнуло на меня, расплющив способность мыслить здраво.
Пока мы спускались по парадной лестнице, каждый шаг отдавался гулким эхом. Я ощущала себя музейным экспонатом под сотнями пронзительных, оценивающих взглядов, которые, казалось, прожигали дыры в моём платье. Каждый шёпоток в зале звучал как острый осколок, вонзающийся под кожу, заставляя меня судорожно втягивать голову в плечи.
Я была безумно благодарна, что тетя с Кайли рядом со мной.
Когда мы остановились в паре шагов от Альфы и его людей, в груди предательски всколыхнулось нечто безумное.
Дерзкое.
До невозможности робкое.
Надежда.
Хрупкая. Дрожащая. Смущающаяся до кончиков ушей…
* * *
Она шептала, что, возможно, у нас есть шанс.
Что я смогу ему понравиться.
Что мы сможем создать семью.
Даже если я не соответствую тому образу идеальной пары, который, наверное, представлял себе Альфа.
Но тётя ведь всегда говорила, что я могу свернуть горы, если действительно чего-то захочу. И вдруг я отчаянно захотела. Захотела доказать себе, что смогу. Что смогу стать для него той, кого он захочет оставить рядом.
Я была готова очень постараться ради него, если бы он только…
Но стоило мне поднять взгляд, как надежда вздрогнула.
Истошно закричала.
Треснула.
Рассыпалась в пыль, оставив после себя лишь жженный пепел.
Он смотрел на меня. Его глаза, холодные и пустые, пригвоздили меня к месту. В них не было ни любопытства. Ни интереса. Ни даже удивления.
Только неприязнь.
Она хлестала по лицу, как пощечины.
Я мысленно сорвала с себя нелепый радужный наряд надежды. Разорвала его в клочья, оставив вместо него серый, безликий камуфляж, чтобы можно было слиться с тенями. Стать невидимой. Лишь бы больше не встречаться с этим взглядом, полным чистой неприязни.
Вместе с последними осколками иллюзий ушла и робость.
Волнение всё ещё клубилось где-то у ног, но теперь я могла без труда раздавить его каблуком. Со мной всегда было так. Чем выше кто-то задирал нос, тем толще и непробиваемее становися слой стали на моей душе.
И это была не просто защита. Стоило кому-то попытаться меня раздавить, как моя внутренняя броня захлопывалась сама.
Я снова была неуязвима.
Лорд Найджел, главный советник, держался лучше остальных. Его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня. Во всяком случае, ничто в нём не выдавало того потрясения, которое охватило зал.
Он начал свою отточенную, предсказуемую речь:
— От имени всей стаи поздравляю нашего Альфу с обретением…
Но мужчина не успел договорить.
Кайл Уинфорли шагнул вперед.
И зал мгновенно стих.
Глава стаи показательно нарушил протокол. Если верить учебникам, до него ещё никто не осмеливался сделать ничего подобного.
— Это ошибка, — холодный голос разрезал повисшую тишину.
Я перестала дышать.
— Я отказываюсь признать своей Истинной Парой эту… сироту из рода Грин.
Его слова прозвучали как плевок. С меня будто прилюдно содрали кожу, оставив обнаженные нервы дрожать на пронизывающем ветру. А потом окунули в чан с ледяной водой, чтобы каждая клеточка тела горела от холода.
Это была не просто пощечина. Это было публичное унижение. Но больнее самого отказа оказалось другое. Я почувствовала, как рука тети Рут, сжимавшая мою ладонь, едва заметно дрогнула.
Ей было больно. За меня. За наш род.
В этот самый момент броня внутри меня сомкнулась окончательно, с гулким стальным лязгом, не оставив ни единой предательской щели.
Он оскорбил меня. Это я могла пережить. Моя кожа всегда была достаточно толстой. Но, упоминая наш род, этот мерзкий волк посмел задеть мою семью. Тех немногих людей, которые были для меня всем.
И этого я уже простить не могла.
Я беспощадно раздавила мельтешащую ящерку волнения каблуком. Расправила плечи. И, глядя прямо в его надменные глаза, спокойно, даже с легкой усмешкой, ответила:
— Не волнуйтесь, лорд Уинфорли. Уверяю Вас, у меня точно так же нет ни малейшего желания становиться вашей женой.
Брезгливость в его чванливом взгляде полыхнула. Вспыхнула как пожар. Стала почти осязаемой. Он смотрел на меня так, будто я была биологической ошибкой, которую он имел несчастье лицезреть. Препарировал меня. Слой за слоем.
Было ли мне страшно?
О, да.
Безусловно.
До спазмов в животе.
Но страх бился где-то глубоко, запертый в тесной клетушке за полыхающей яростью.
Я не отвела взгляд. Не позволила себе даже моргнуть.
Я ранее говорила, что он красив?
Что ж, официально беру свои слова обратно. Сжигаю их дотла. И развеиваю прах по ветру.
И так же официально заявляю: свою красоту этот самодовольный волк может засунуть себе в одно место и подтереться ею.
Как читатели оценили книгу
Скачать книгу «Альфа, который меня отверг» бесплатно
Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрацииОтзывы и комментарии
Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает
Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.