Лето 1977. Книга первая
- Автор
- Максим Арх
- Серия
- «Регрессор в СССР»книга 2 из 16
О книге
Так, что же произошло со мной? Как это вообще случилось? Почему пал выбор на меня?.. Божий промысел? Безусловно. Но, Господи, с какой целью?! На Земле, что ли, больше некому? Выходит, именно я удостоен... удостоен права прожить ещё раз?
Я пришёл в себя — и понял: я парень, почти подросток, в бабушкином старом жилище. А рядом — Советский Союз. Постепенно опомнившись, я наткнулся под одеялом на сумку — там лежал мой ноутбук. Эту вещь я купил примерно через полвека от того времени…
Получится ли у Главного Героя снять в Советском Союзе 1977 года к/ф «Терминатор»? А «Хищника»? И какие ещё киноленты он сумеет произвести в пору своего второго детства?
Начало книги
Глава 1 Начало
Глава 1 Начало
26 июля. Пятница. 2019 год.
Дзынь, дзынь… — надрывался телефон.
«Кому там не спится⁈»
Дзынь…
«Вот людям нечего делать, как по только утрам названивать».
Я лежал на кровати. Приоткрыв глаз, посмотрел на будильник, стоящий на столе прямо передо мной. Время было час дня. Проспал!
Дзынь…
— Вот же ж блин! — громко выругался я, бессильно ударив кулаком по матрасу.
Вставать не хотелось, а надо. Есть такое слово — надо! Телефон звонил. Посмотрел по сторонам. Нету… Попытался поискать его, шаря вокруг себя. Тоже нет. Полазил рукой под подушкой. Не обнаружил. Что ж, ясно. Как всегда, упал под кровать в щель между подлокотником и матрасом. Сейчас же лежит там, в пыли и наяривает на всю катушку.
«Какой неадекват придумал эти щели? Это же надо такую фигню сделать. Ведь можно же было бы какой-нибудь бортик придумать, а теперь… эх…» — философствовал я, вылезая из-под одеяла. Пришлось взять с письменного стола линейку и с помощью неё подтянуть пыльный девайс к себе.
— Алло.
— О, привет, — раздался из динамика голос друга. — Ты чего так долго трубу не берёшь, спишь?
— Как ты понимаешь, уже нет, — ответил я, отряхивая ладони от подкроватной пыли.
— Ну, вы вчера и дали жару. Мне сегодня Захар звонил, рассказал, что вы вечером в клубе устроили.
— Джигу танцевали и пели дуэтом? — спросил я, начиная кое-что вспоминать.
— Да, да, точно — танцевали и пели, а точнее читали.
— Анну Каренину?
— Почти. Рэп!
— Рэп? Да ну на фиг!
— Ну да, — со смехом в голосе подтвердил собеседник. — Что-то ты там сначала на барабанах постучал, а затем уже вы с Захаром рэп-батл устроили.
— Погоди, Андрей, что-то ты чешешь фигню, по ходу дела! Захара я вчера помню, но рэп… Где рэп, а где я⁈ Если ты захочешь, то подумаешь и наверняка сможешь вспомнить, что я вообще-то рок больше люблю.
— Да ты что? — произнёс Андрей с толикой удивления и ехидства в голосе. Но я-то его знал — прикалывается, гад. — Весь зал вам подпевал и аплодировал стоя, — продолжил он историю, — и пели вместе с вами и плясали, и…
Он продолжил трепаться, а я продолжил обалдевать. В моём воображении стал отчётливо рисоваться некий вариант рэп-батла по какой-то не понятной причине участвовал я.
'Рэп! Я! Мама дорогая! Стыд-то какой!
К рэпу я отношусь так себе. Ну есть он и есть — мне всё равно. Однако петь его — нет, нет, нет! Это не про меня! Вот рок и металл, это моё, а рэп и всё подобное это ж диаметрально противоположные полюса. А значит делать я ничего подобного, не мог.
Однако смутные воспоминания о вчерашнем вечере встреч, сработало как-то странно, и вывело в голове логическую цепочку: рэп, мост, прыжок с него, а затем полиция.
От таких воспоминаний на душе стало не хорошо, и я решил перебить друга:
— Андрей, постой. Извини, что перебиваю. Я просто тороплюсь. Ты скажи: все ребята живы? Нормально разошлись?
— Да, всё путём. Коллектив обзвонил — все дома. Мучаются головной болью. Вот тебе поэтому же поводу звоню: ты-то как?
— Жив и в какой-то мере здоров. К своим собираюсь.
— Так ты дома что ль ещё? — удивился друг. — Я думал, ты уже там. Ты ведь с утра хотел уехать.
— Хотел, но не мог, сам понимаешь. Гулянка до поздней ночи ни к чему хорошему привести не может. Мне всё же не шестнадцать лет, а похмелье после такого загула — дело такое.
— Ну да, ну да, — с грустью согласились со мной Андрей. — Так значит едешь?
Он тяжело вздохнул.
Вот время-то летит, а? Глядь, а уже год прошёл. Годовщина…
— Да, Андрей, летит оно, летит, — подтвердил я незыблемую истину.
Помолчали.
— Ладно, короче, ты что-то ещё хотел? А то я опаздываю, — напомнил я другу.
— Да. Я собственно по делу. Мне сейчас наша рокерша позвонила. Она попросила ей запись организовать. Срочно!
— Гм, так только же позавчера записали и свели ей песню. И неплохо свели, нужно сказать. Так что ей теперь-то надо?
— Она новую песню придумала. Говорит, это — хит хитов.
— Рад за неё. Но я, же тебе говорил, что на неделю уеду. Да и она, кстати говоря, тоже в курсе моего отъезда была, — сказал я, понимая, что девочка, в очередной раз включив королеву, капризничает. Впрочем, как и всегда.
— Говорит, что о твоём отъезде она помнит. Но заверяет, что песню надо срочно записывать, а то вдохновение уйдёт.
— Надо? Ну, так пусть вначале отрепетируют её. Приеду — запишем её новый хит. И кстати говоря, напомни ей, что раз я въотъезде, а ей нужно песню приспичило записываться, то, к великому счастью, у нас есть ты. Вот и запиши её.
— Ха. Да она-то в курсе, но ты же её знаешь. Она хочет, чтоб писал именно её любимый и ненаглядный супермузыкант, звукорежиссёр и по совместительству владелец студии и её возлюбленный Александр Сергеевич Васин. Чтоб с аранжировкой помог, с соло, — издевался надо мной друг. — Уверяла, что всё это можешь сделать только ты, ты и ещё раз ты! И что без тебя ничего не получится. Что же касается меня, то, по её словам, я ничего в музыке не понимаю и вообще бездарность!
Андрей хохотнул.
— Раз так срочно, она мой телефон знает и сама могла бы позвонить.
— Она стесняется, — вероятно, лыбясь во весь рот, заявил напарник. — Стеснительная девочка. Просила меня поспособствовать.
— Охо-хох, — вздохнул я решив заканчивать разговор иначе я на электричку не успею. — Ладно, Андрюха, это всё лирика. Делай, как договорились. Мне пора. Скажи, буду через неделю.
Пошёл в ванную, умылся, оделся, взял с собой сумку с вещами, захватил ноутбук, а также телефон и планшет. Осмотрел на прощание квартиру и, захлопнув дверь, вышел на лестничную клетку.
«Люсис стесняется позвонить. Это что-то новенькое, — думал я, пока шел к метро, — чтоб она стеснялась. Да не может такого быть! Это всё сказки какие-то. Причём чрезмерно фантастические сказки».
Хорошая, замечательная, симпатичная девочка-няша, учась в МГУ на втором курсе экономического факультета, имеющая богатых родителей (папа работает в ГИБДД ака ГАИ, мама в налоговой инспекции), а также к восемнадцати годам «мерседес» и всё-всё-всё, включая собственную квартиру, вдруг осознала себя и поняла, что она личность! Вот так! И никак иначе.
Видок у принцессы был ещё тот: пирсинг, тату, разноцветные волосы и чёрные одежды. Родители, что закономерно, уже давно находились в предынфарктном состоянии и думали, как бы побыстрее отвезти любимую дочурку к психиатру. Та же, в свою очередь, не переставала удивлять всячески пытаясь доказать родителям и обществу что она не такая как все.
«Раз с имиджем закончили — прикид есть, то к этому всему и музыку соответствующую требуется подобрать», — судя по всему размышляла она.
А это означало, что после лёгкого рока она увлеклась более тяжёлыми его вариациями. И уже не было на стенах её комнаты плакатов групп: «Алиса», «Ария» и «Nirvana». Их сменили другие идолы — «Napalm Death», «Burzum» и «Slayer», которые и стали её новыми фаворитами.
— Какое-то старьё? — скажете вы.
— Ну да, — согласится она, — и что? Музыка-то клеевая!
«Да она просто супер!» —
В один из дней, прыгая в свое комнате на диване и сводя соседей с ума, прослушивая очередной альбом металлической группы «Arch Еnemy» — в корой поёт грубым низким голосом девушка, Люси пришла к заключению, что это просто супер!
После аудио прослушивания, просмотрев ещё и их клип, который набрал сорок шесть миллионов просмотров и четыреста тысяч лайков, она поняла, что это именно то, что ей нужно.
«А вдруг и я так смогу?» — немного подумала Люси в тот момент.
Думала она, скорее всего, действительно немного и недолго. Наверняка не более двух-трёх секунд. И уже по истечении этого длительного времени приняла важнейшее решение в жизни — ковать металл в металлической банде и стать лучшей из лучших. И действительно, что там долго думать-то, эка невидаль — создать металл-группу и прославиться на весь мир в 2019 году. Ага, сумасшествие!
Но она так решила и стала идти к успеху.
После долгих поисков и встреч судьба в конечном итоге, девушку Люсю, которая, для большего форса в дальнейшем станет называться для всех Люси, привела ко мне на студию.
Она с высоко поднятой головой надменно зашла в гостевую комнату. Оглядела меня с ног до головы. Присела на кожаное кресло. Закурила, не обращая внимания на плакат «У нас не курят!». И рассказала о своих планах создать со мной музыкальную металлическую группу, где она будет петь.
— Извините, мадам, но тут только я. О какой металлической группе вы говорите? — попытался уточнить я по-простецки.
— Сашенька, прекратите хамить. Лучше помогите принести шампанское и омаров из машины.
«Официант! Коньяк и семечек!» — вольно перевёл я её просьбу и сам себе удивляясь, безропотно пошёл вместе с ней к машине за морскими тараканами.
Через полчаса мы уже сидели за столом в комнате отдыха. На столе стояли открытые бутылки шампанского и виски, а также лежала всевозможная аппетитная снедь.
Она всё без умолку говорила и говорила, а я закусывая и, глядя на красавицу, размышлял над её странным и очень необычным предложением о сотрудничестве. Раз за разом в голове у меня возникал закономерный вопрос: «А вообще, смогу ли я сделать из непрофессиональной девчонки если не звезду, то хотя бы певицу, в которую не будут после выступления лететь тапки и помидоры? Или нет?»
Вслед за этим вопросом возникал другой вопрос: «А мне вообще это надо? Что мне не хватает, если для моего почти шестидесятилетнего возраста у меня и так всё есть? Так зачем тогда суетиться?»
«Нет, так-то оно интересно конечно, — размышлял я над представившейся возможностью. — Давно я такой темой, как раскрутка группы, не занимался. Уже лет двадцать как те времена канули в Лету. Последние годы я другим занимался — держал студию для репетиций, записывал музыкальные коллективы и получал вполне достойный гонорар, ведя спокойный, почти однообразный и уединённый стиль жизни. Я словно бы застыл я на мете — застоялся. Так может, настало тряхнуть стариной? Дело, конечно, серьёзное, и тут, несомненно, нужен системный подход, но интересное и необычное. Ведь сейчас на дворе не 80-е и даже не 90-е. Ну, какой в России этих лет, может быть тяжелый металл? А значит, для раскрутки, придётся искать нестандартный путь. Нужен план рекламной кампании. Нужен запоминающийся имидж, как певицы, так и группы. Нужна своя фишка. И нужно…»
Так и не закончив свои размышления и посмотрев на девушку я вздохнул. Ведь всё о чём я начал размышлять было лишь частью главной проблемы — умению петь.
И тут дело в том, что даже при наличии хорошего финансирования, даже имея в загашнике замечательный репертуар и тому подобное, как минимум нужно быть неплохой вокалисткой и чувствовать музыку. А всё потому, что в рок-музыке фонограммы практически не встречаются, и петь под фанеру — моветон. Под фанеру поют в основном попсовые певцы и певички. В интернете полно видео с концертов разных «звёзд», «поющих» не вживую, а под ту самую пресловутую фонограмму. И почти все эти «звёзды» работают в стиле попса. В выбранном же Люси металлическом жанре по-любому нужно хоть как-то уметь петь. Простому обывателю это может быть не понятно, ведь им слышится рёв и мощь, доносящаяся из колонок, однако если захотеть и прислушаться то все вокалисты, работающие в тяжёлой музыке, (если это не специальная задумка), прекрасно попадают во все музыкальные ноты.
«Так смогу ли я научить петь ту, которая никогда не пела?»
Ответа на этот вопрос у меня не было. Я никогда не воспитывал музыканта или исполнителя с нуля. Я всегда работал если не с профессионалами, то хотя бы с людьми, понимающими в музыке и умеющими петь и играть на музыкальных инструментах. Тут же передо мной сидела чистый лист
«Нет. Так и не поймёшь, — разливая напитки по стаканам, говорил себе я. — В любом случае нужно пробовать. С другой стороны, а почему бы и нет? Проводить эксперименты я собираюсь же не на свои деньги. Поэтому если девочка хочет петь и за это платит, то можно и пробовать, хоть до посинения. Как говорится: „Любой каприз за ваши баксы!“»
И, конечно же, никакой ответственности за то, что там будет происходить, я на себя брать не собирался.
«Хотите музицировать? Бог в помощь. Помогу чем смогу и не более. И всё это, конечно же, за достойное вознаграждение! И желательно даже, чтобы это вознаграждение было как можно достойнее».
Сказав всё это симпатичной принцессе и налив ей ещё половина гранёного стакана виски, я добавил:
— А вообще, для более плодотворного сотрудничества нам не помешало бы, стать хорошими друзьями.
Та выпила, поморщила носик и дала предварительное согласие на всё.
Прошло время, ведь оно всегда проходит и я встал с кровати, что была в личной комнате оставив сопящую красавицу одну.
«Ну и что мне теперь делать?» — встал резонный вопрос.
Подружиться мы уже успели и даже несколько раз. Наобещал я под это дело немало, но, признаться, конкретного плана пока не было. С другой стороны, всё было вполне очевидно. Необходимо было собирать группу и сделать так чтобы Люси всё понравилось.Но для начала необходимо было определиться с поджанром.
«Чёрт, зачем мы сразу дружиться-то стали⁈ — корил я себя. — Надо было сначала хотя бы послушать, как она поёт. А вот сейчас, как это понять? В общем, дело ясное, что дело тёмное».
Вздохнул, вышел в коридор, плотно закрыв за собой дверь, взял гитару и пошёл в репетиционную комнату вспоминать давнишние заготовки в жанре хеви металл.
Через час немного помузицировав я разбудил красавицу и сказал:
— Ну что, пошли, попробуем теперь спеть, что я придумал?
— А что, ты уже что то сумел придумать? — удивилась она.
— Конечно, — ответил я и пояснил: — Пока ты отдыхала, я на компьютере в музыкальной программе успел записать несколько дорожек: барабаны, гитара, бас, клавиши. Всё с простыми примитивными ритмами и лишь для того, чтобы перед началом звёздного проекта, оценить твои вокальные данные.
— Нет, — категорически ответила та, переворачиваясь на другой бок, — я посплю ещё часик, а ты придумай пока ещё что-нибудь интересное. Только песня должна быть очень металлическая! Я обещала подругам удивить их до колик в животе. Они не верят, что я смогу это сделать, сволочи попсовые.
«По всей видимости, пятый стакан вискаря был лишним», — хмыкнул я и пошёл в репетиционную.
А вообще как-то чрезмерно расчётливо и даже меркантильно, с её стороны получилось. Получил удовольствие? Свободен! Теперь давай отрабатывай!
«Ну и ладно, ну и пусть, сделаем. Зато было действительно прикольно!»
За час я записал ещё одну песенку, после чего в очередной раз растолкал будущую звезду. Та привела себя в порядок, и мы, чокнувшись, приступили к общению. А уже потом, наконец, пошли пробовать петь под записанную фонограмму.
До того момента, как она подошла к микрофону, всё было отлично и хорошо. Но вот потом всё пошло не так. Сразу стало ясно, что все её потуги и попытки сделать свой ангельский голосок хриплым были попросту обречены на неудачу.
Она пробовала и так, и этак, но никакого желанного брутала не получалось.
Через полчаса самоистязаний, практически полностью охрипнув и чуть ли не потеряв голос, красавица поняла, что петь так она хочет, не сможет никогда. Ну а, осознав это, разумеется, она горько заплакала. Небеса рухнули на бренную землю, а все мечты о металлическом металле, словно стекло, разбившись, разлетелись на мелкие осколки несправедливости мироздания.
Видя всю глубину страдания упавшей с неба звезды, я попытался её успокоить и предложил попробовать спеть простым, обычным голосом — без попыток хрипеть. Но, моё идиотское предложение (как она его охарактеризовала), было отвергнуто с негодованием.
— Как я буду петь металл и не хрипеть? Ты в своём уме⁈ Это же позор! — плакала она и добавляла сквозь слезы и сопли: — Только металл, только хардкор!
Убеждал долго, убеждал упорно, но ответом мне были лишь плач и истерика.
В конце концов подошёл к столу и включил на стоящем на нём ноутбуке клип группы «Nightwish» — композицию «Nemo».
— Вот смотри, тоже металл, тоже круто, и поёт там барышня обычным голосом. Кстати говоря, очень напоминает твой. Тебе подойдёт, послушай.
Та сначала воротила моську, типа — «не хочу никакого 'Найтвиша», а хочу, как «Arch enemy». Однако пролетела секунда, другая, до ушей долетели звуки прекрасной композиции, и моя подопечная стала оживать. Перестала плакать, навострила ушки и, размазывая руками тушь на ресницах, всё же соизволила посмотреть на экран.
И случилось чудо! Прошло совсем немного времени, и на её симпатичном личике стала появляться улыбка.
— Конечно же, всё придёт не сразу. Непременно придётся немного поучиться, и уже тогда… — говорил я, разливая бокалы в честь праздника, гм, определения жанра. — Ну что, пойдёт тебе такое? Ну и отлично! Ну и окей!
Одним словом я разливал, а раскрасневшаяся от недавней трагедии, но уже счастливая красавица кивала своей головкой, благодарно смотря на меня, как бы говоря: «Ты молодец, я теперь снова на всё согласная!»
Видя, что сумел убедить певицу, решил объяснить более детально.
— Мадам, сейчас, когда мы определились с жанром, я готов вам представить вашу первую песню.
— Как, Сашенька? Вы ы её уже написал? — похлопала она ресницами.
— Конечно. И теперь готов показать её вам. Но при прослушивании имейте в виду — это только наброски. Однако уже сейчас вы можете представить вместо моего голоса свой голосок и прикинуть, как это будет звучать в вашем исполнении.
Нашёл нужный файл и включил одну из музыкальных композиций, записанных мной недавно. Сам же в это время подошёл к микрофону и спел.
По окончании песни, не успев узнать, понравился ли Люси представляемый шлягер, я был схвачен и потащен в постель.
«По ходу дела, песенка понравилась…»
— Полностью аранжировать вашу, — это я подчеркнул, — песню, я смогу дней за пять-семь, — через полчаса зевнул я лужа на кровати и, смотря в шумоизоляционный потолок и понимая что нужно переходить к не менее важному делу. — Но мадам, дело в том, что я не волшебник и не маг, как вы. Музыканты народ хоть и неприхотливый, но бедный. И им, как бы странно это ни прозвучало, тоже хочется иногда немножечко покушать, — перешёл я на одесско-еврейскую интонацию и закончил: — У нас есть песни и музыканты, но есть ли у вас бюджет?
— Странно, — прошептала к этому времени слегка осипшая мадемуазель. — Мне всегда казалось, что музыканты, наоборот, народ богатый.
— Вы правы и не правы одновременно, мадам. Богатые только те, которые музыканты-наоборот. А бывает и так, что богатые только с виду музыканты, а на самом деле и вовсе не музыканты, а лишь открыватели рта, — скаламбурил я прописную истину.
— Хм, — хмыкнула Люси, начав одеваться.
Я молчал. Говорить было нечего, ибо всё что нужно было сказано. Сейчас всё зависело от ей желания и возможностей.
«Пусть сама решает. В её деньги я лезть не собираюсь. Я, извините, не альфонс. Не тот-с, понимаете ли, возраст уже. Хотя…»
Через некоторое время Люси оделась, поправила причёчску и задала она логичный вопрос:
— И сколько нужно платить музыканту?
— Не музыканту, а музыкантам, — поправил я её.
— И сколько нужно платить музыканту? Хорошо, пусть так. И сколько?
— Если честно, то без понятия, но при условии, что курс доллара постоянно прыгает… Да ещё, к тому же, если человек без постоянного заработка…
Она вызывающе посмотрела на меня, доставая расчёску из дамской сумочки, и требовательно произнесла:
— Ну⁈
— Честно не знаю. Но по тонне в месяц на лицо должно быть нормально.
— Тонна — это тысяча, правильно?
Я утвердительно мотнул головой, поднялся подошёл к столу и, разлил шампанское.
— А сколько в ансамбле должно быть музыкантов? — прошелестела она, беря из моих рук фужер с шипучим напитком, не забыв при этом добавить: — Мне виски ещё половинку плесни вот в этот стаканчик.
— Э-э, — на секунду задумался я, — смотря какую музыку ты собираешься играть. Если мы будем делать что-то типа «Nightwish», не считая вас, мадам, ещё пять человек: ударник, бас-гитарист, два гитариста и клавишник.
— Так, — начала считать Люси. — Пять человек, плюс ты — художественный руководитель. И того получается, гм… Десять тысяч долларов в месяц хватит?
— Кхе, кхе, кхе… — закашлялся новоиспечённый худрук. — На самом деле хватит и семи.
В последний момент я всё же умерил свои аппетиты до двух тысяч, включив джентльмена, хотя вначале хотел зарядить себе зарплату в пять тысяч долларов в месяц.
— Пусть будет десять, — приняла решение будущая суперзвезда, — но музыканты, — она тыкнула своим указательным пальчиком мне в грудь, — твоя забота. И с ними ты разбирайся сам. Мне некогда, я в универе учусь.
— Хорошо, — легко согласился я и произнёс тост: — За нас!
Мы чокнулись и выпили на брудершафт.
— Это надо отметить, — обнимая меня за шею, произнесла красавица, прижимаясь всем телом. Затем неожиданно отпрянула, поставила пустой стакан из-под виски на столик и начала раздеваться.
«Ёлки-палки, только ж оделись! Ну и деваха…»
Н-да, вот так я с ней тогда и познакомился. Нашёл для неё музыкантов, сочинил репертуар. Они репетировали на моей студии. Ну и, разумеется, мы не переставали с ней встречаться.
В общем, жизнь шла своим чередом: утром я преподавал в институте высшую математику, а вечером отдыхал работая на репетиционной базе.
Однако сегодня в обычный распорядок жизни было внесёно изменение. Я поехал к себе в деревню, находившуюся в Подмосковье. Час на метро, час на электричке, пятнадцать минут на такси — и вот я на своей малой Родине.
Вокруг коттеджи, глухие заборы из профнастила и каким-то образом вписавшийся между ними и нереальный для мира чистогана мой маленький деревянный дом.
Мой милый, милый дом.
Открыл чуть заржавевший навесной замок на калитке и распахнул её. Всё босоногое детство я помнил, как она скрипит. И что вы думаете? Она таки скрипнула — поздоровалась.
— Ну и тебе привет, — вздохнул я и прошёл на участок.
Вот он — наш, а теперь только мой дом. Небольшой, сейчас модно считать площадь квадратными метрами, ну тогда квадратов шестьдесят он, да плюс терраска квадратов девять. Одноэтажный, с нежилым чердаком. Покрашен светло-зелёным цветом. Обычный старый дом. Таких много в Подмосковье. Точнее сказать, когда-то было много. Сейчас уже всё не так…
Обошел вокруг строения. На моё удивление, окна разбиты не были, как совсем недавно, в предыдущие неспокойные годы. Да и вообще, на первый взгляд, всё было вроде бы цело, несмотря на то, что не был я тут очень давно.
Рядом с террасой растут кусты малины, которые мы сажали в детстве.
«Надо же, какие здоровые ягоды выросли в этом году».
Сорвал с куста натуральный, чистый продукт, насколько он может быть чист вообще в наше время, и с удовольствием съел несколько малинок.
— Эй, кто там ходит? — раздался окрик, донёсшийся с соседнего участка.
«Ага, Серёга. Молодец! Присматривает!»
— Здорово, сосед! — крикнул я в ответ и вышел из малиновых кустов со стороны двора. — Свои!
Тот увидел меня, подошёл к забору. Всё такой же, как и всегда. Огромных размеров мужик, веселый и жизнерадостный. Ничуть не изменившийся с тех пор, как год назад я его видел в последний раз.
«Как сам?» «Нормально…» «Как ты?» «Тоже…» «А ты надолго? К своим?» «Да…»
Постояли минут десять, поговорили. Он рассказал, что несколько раз подъезжали и спрашивали, не собираются ли хозяева продавать этот дом. Он им давал мой телефон.
— Да, Серёга, спасибо. Звонили. Но продавать я не собираюсь. Ты же знаешь, я местный. Тут и мои лежат, и я лежать тут буду.
Пообщавшись ещё немного, пригласил его зайти через час отметить встречу, а сам пошёл открывать дом.
Замок открылся на удивление легко, и я вошел в «хоромы царские».
«Эх, давненько я тут не был».
Через четыре часа Сергей обнял меня, прощаясь.
— Я обязательно завтра зайду к Саше, — с трудом произнёс он мне и ушёл небодрой походкой, клонясь влево.
Усмехнулся его обороту речи, ведь под Сашей он имел в виду меня, и закрыл дверь на засов. Спать совсем не хотелось. Вышел из дома и, вдохнув деревенского воздуха, прошептал:
— Вот я и приехал домой. Вы тут, а я там. Один. Один во всём мире… Так стоит ли мне быть одному?
Тяжело вздохнув, вернулся за стол.
Хлебнул ещё, поднял с пола сумку с ноутбуком и достал из её кармана несколько старых фотографий и начал их расставлять перед собой.
— Ну, что вам сказать да рассказать о себе, милые вы мои, — вытирая слёзы беспрерывным потокомтекущие из глаз, проговорил я, сидя за столом, на котором стояли все мои. — Мне очень плохо…
Я смотрел на них, на их портреты, и пытался вспомнить мою жизнь с ними. Вспомнить и сравнить её с жизнью без них…
'Вот они, все тут… Все мои тут… А что там, за этим старым и пыльным окном? Там чужой мир. Там практически все мне чужие и никого у меня в том мире нет. Никого не осталось. Так, есть пару знакомых, вот и весь мир. Разве в таком мире может быть хорошо? Конечно же, нет! Там не может быть хорошо, ведь вас там нет! Ведь вы же здесь! Вы здесь, на этом столе. Все здесь — все мои роднулечки…
Вот бабушка, которая вырастила меня, вот мама, которая так рано «ушла», а вот моя беременная жена, умершая при родах, так и не родив. Вот они, тут, рядом… А что там?'
Посмотрел в темноту за стеклом. Там была ночь. Тяжело и горестно вздохнул, затем перевёл взгляд на старые фото и прохрипел, стараясь перекричать крик мучающейся души:
— Ну, так пусть всегда будет ночь!
В этот момент мир померк, а у меня появилась возможность всё исправить, прожив ещё одну жизнь.
Серия «Регрессор в СССР»
- 1
-
2
Лето 1977. Книга перваявы здесь
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
- 9
- 10
- 11
- 12
- 13
- 14
- 15
- 16
Как читатели оценили книгу
Скачать книгу «Лето 1977. Книга первая» бесплатно
Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрацииОтзывы и комментарии
Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает
Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.















