Ветер стихий
- Автор
- Дмитрий Ш.
- Серия
- «Ветер стихий»книга 1 из 6
О книге
Глубинка, простые рабочие руки и вечная неразбериха в жизни — так и влип человек в чужие расклады. Счастливый билет ему привалил, да «в один конец». Опять же, не в турфирме, не в Европу и не для живых, между прочим. На своей шкуре познал разницу между отпуском и переселением. Вроде всё для счастья: и пригоже, и жарко, и народ вокруг хлебосольный, и зверушки уморительные, и снедь диковинная, и ландшафты глаз радуют. Ну а то, что на булыжниках яичница готовится безо всякого огня, аборигены, как дети малые, смерти чужой рады, зверьё нагуливает сало на тех, кто недавно ещё в одежде ходил, фрукты замечательные, но попробуй отвоюй, а как красиво могилки глядятся под тем барханом — так это уже несущественно.
Попадает герой в другой мир, становится никому не известным аристократом, спасаясь от уже проигранной войны, и примыкает к каравану заправил. Вот только тропа одна, а интересы у каждого свои.
Начало книги
Глава 1
Глава 1
Вечером, когда на небе зажглись первые звёзды, а на улицах фонари, уставшим, но довольным собой возвращался домой. С работы. Поправка, с бывшей работы. Письмо о сокращении лежало в кармане, бережно сложенное на долгую память. На стену повешу, в рамочку, вокруг которой нарисую круги с цифрами, как на мишени для дартса. Кризис у них, видите ли. Народ внезапно догадался, что ему не очень-то и нужны наши услуги на ниве строительства чего угодно, от сараев до дач, от метро до космодромов. Чем не лозунг? Правда, последнее реализуемо только в мечтах у шефа, возомнившего себя чуть ли не вторым Рамзесом. Тот тоже увлекался строительством пирамид. Правда, больше из камня, а не финансовых.
— Бывшего шефа, — внёс поправку, просмаковав выражение. — Слушайте, а мне нравится, как это звучит. Прямо как бывшая жена, чтоб этой крашенной дуре чаще икалось, вместе с её мамой, — как всегда, некстати, вспомнилась Светка.
Если припомнить даты, то на этой работе я продержался несколько дольше, чем был женат. Почти пять лет, против четырёх. Там, правда, обошлось без письма. Но суть, в принципе, та же. Кризис начался с появления выдающегося организатора в лице незабвенной Клары Васильевны. Не финансового директора аж с двумя дипломами, но где-то близко.
Мама внезапно решила улучшить то, что и без неё прекрасно работало. Наши отношения, семейные расходы, а главное, планы на будущее. Засучив рукава, с энтузиазмом сорвавшегося с поводка бультерьера, принялась лепить из меня идеального мужа для своей ненаглядной дочурки. Получалось так себе. То фига, то немного другая фигура, но тоже из пальцев.
Когда в очередной раз встал ключевой, извечный вопрос, кто в доме хозяин, выборы прошли демократическим путём. Большинство решило, Клара Васильевна. От кота такого предательства я точно не ожидал. Что им ответил и так понятно, учитывая, что уже полгода живу на окраине города в старенькой однушке. В гордом одиночестве. Мучаясь, по мнению того же большинства. Вот пусть и дальше в это верят, сектанты. Вся банда, иначе их не назову, из бывших друзей, знакомых, коллег и родственников, после слезливых жалоб Светки — он меня обижает, решила, неправ именно я, потребовав извиниться.
В ответ напомнил, они не один небезызвестный бородатый президент кавказкой республики, поэтому обойдутся. Обиделись. Теперь игнорируют, отправив в изоляцию, как в ссылку. Надеясь, что я рано или поздно одумаюсь, вернусь к полной тарелке борща, чистым рубашкам, культурному время препровождению в приличном обществе, кота что ли имели в виду, а главное, к тёплой постельке. Наивные. Сейчас не декабрь и мы не в Сибири.
Прежде чем поднялся к себе на седьмой этаж, заглянул в круглосуточный магазин. Набрать самого необходимого. Полуфабрикатов и пива. Причём, второго больше. У меня же этот, ну как его, вспомнить бы… а, точно, трагедия. Или праздник. Смотря с какой стороны посмотреть.
Квартира встретила привычной тишиной, темнотой и голыми стенами. Ни нормальной мебели, ни вещей, ни даже бытовых мелочей позволить себе пока не мог. Жил как кочевник. Только вместо земли спал на надувном матрасе. Стул, стол, стеновой шкаф, найденная на ближайшей помойке, выкинутая кем-то тумбочка, вот и весь скудный интерьер.
Переодевшись и перекусив, сварганив на скорую руку нехитрый ужин, уселся за компьютер. Мою прелесть. Куда уж до него кольцу несчастного Фродо Бэггинса, не знавшего, что такое интернет. Иначе бы выкинул эту проблемную блестяшку к чёртовой бабушке. Или Саурону отправил, по почте, чтобы не отвлекал дурными советами. Ещё лучше, воспользовавшись услугами Почты России. Вот уж где точно, никто, никогда не найдёт заветное колечко. Куда уж до них вулканическому жерлу по эффективности бесследного исчезновения материальных ценностей.
Оставив жене всё имущество, подарив на прощание кота, пообещав помнить о нём вечно, с понедельника по пятницу, с восьми до девяти вечера, включительно, за компьютер бился отчаяннее римских гладиаторов. Готов был даже пасть Кла… эээ… африканскому льву разорвать. С ним под мышкой мне и дали пинка под зад. Не забыв пророческое напутствие, ты ещё вернёшься! Ты ещё пожалеешь! Не пойму, чего я должен их жалеть? Точнее, не хочу понимать. Я, может, птиц гордый, злопамятный, как и большинство моих новых соседей. Такое ощущение, по уровню интеллекта не отличающихся от голубей. Живущих по тем же принципам.
Честно говоря, весь этот сарказм и пафос, по большей части, навеяны испорченным настроением, плохой погодой, и можете меня осудить, обидой. Самой обыкновенной. Почему Светка видела только свои усилия направленные на благо семьи, прямо несчастная домохозяйка, увы, не бразильская, как в сериалах, но не видела мои? Как мне было тяжело. Я же не бегал, не плакался всем подряд, добиваясь сочувствия.
Возвращаясь к компьютеру. Тут важен был не столько он, сколько шлем виртуальной реальности, за который на работе вкалывал словно строитель пирамид. Копил не один год. Естественно, не в ущерб бюджету. Ну может же человек иметь светлую мечту? Вот, моя была именно в нём. С помощью какой-то нейрофигни, человек как бы погружался в контролируемый компьютером сон, переносясь в другие миры. Улётная технология. С помощью неё индустрия виртуальных игр даже не подпрыгнула вверх, а выстрелила лазерным лучом, ушедшим за орбиту. Миллионы игроков по всему миру устремились на штурм серверов транснациональных корпораций, ставших местами даже влиятельнее официальных властей той или иной страны.
Если бы не эта отдушина, спятил или спился от серой обыденности, бытовухи, скандалов, однообразной работы, сплошного потока депрессивных новостей из СМИ. Про нынешнее телевиденье, или упаси господи, кинематограф, лучше, вообще, ничего не говорить. Тут как о покойнике, либо хорошо, либо…
Запустив компьютер, прежде чем автоматически щёлкнул мышкой на ярлычке своей любимой ролевой игры, — Эльфийские слёзы, обратил внимание на призывно мигающий значок ещё не просмотренной почты.
— Это ещё кто?
В некотором недоумении открыл бутылку пива. Нужно же залить горе по поводу увольнения. По самое горлышко. Ещё не решил, как к этому относиться. Глупость начальства уже реально достала. Такую хорошую фирму на ровном месте почти загубили. Да ещё постоянно заставляли прикрывать их задницы то от обманутых клиентов, то от проверяющих органов, то от нетерпеливых поставщиков, интересующихся, когда же рак на горе свистнет. Ещё и эти непонятные прятки от жён и любовниц, постоянно их путаю. Я же инженер, а не мать их, этот, прости господи, юрист. Надежда и опора любой компании, подобной нашей.
— Неужели с фирмы. Бухгалтерия или отдел кадров? — задался вопросом, не спеша открывать почту. — Да не, бред, — сделал глубокий глоток приятного терпкого напитка. — Они неделями не могут определиться, сначала задницу оторвать от стула, а потом её почесать или наоборот. Бюрократию развели, как в партийном аппарате. Каждый чих согласовывается в пяти отделах с шестью подписями. На которые кладовщик потом плевать хотел. Чего нет на складе, того не выдаст даже по личной подписи Николая II, датированной вчерашним числом.
Прочесть электронное письмо не успел. За стеной послышался приглушённый, истеричный женский визг, сопровождающийся грохотом. Недовольно поморщившись, с раздражением посмотрел на стену. Через несколько секунд оттуда раздались громкие вопли на два голоса, пытающиеся друг друга перекричать. Мужской и женский. Опять соседи Лавочкины скандалят. Такими темпами участковый скоро жить к ним переедет, настолько часто посещал эту проблемную квартиру.
Через несколько секунд скандал ожидаемо перетёк в фазу рукоприкладства. И чего она терпит этого козла? Вроде бы женщины себе уже столько прав нахапали, косо посмотреть боишься, чтобы в чём-нибудь не обвинили. Да хотя бы в том, что не даёшь для этого повода. Накатала бы заявление в прокуратуру и Лавочкина быстро возьмут за те самые колокольчики. Перевоспитывать. Чего тянет? Мазохистка что ли? Почему я за них должен отдуваться?
Не выдержав издевательств над психикой, инстинкты орали — дама в беде, надевай красные труселя поверх синих лосин и лети на помощь, вытянув вперёд кулак, пошёл лезть туда, куда не просят. Сколько раз уже беседовал с Ромой на этот счёт. Не можешь убедить благоверную, что ты мачо, а не чмо, отступи. Подумай в чём проблема. В аргументах, в тебе или в ней? Сейчас не средневековье и ты не феодал, чтобы жену кулаками загонять под лавку. Ох, боюсь плохо всё это кончится для, в принципе, хорошего, адекватного мужика. Когда трезвый.
Входная дверь у соседей оказалась незапертой. Бесцеремонно вламываясь внутрь, набрав полную грудь воздуха, только хотел грозно рявкнуть на тушканчика, возомнившего себя царём зверей, как тут же осекся. Застыл с глуповатым выражением лица, мысленно костеря себя за поспешность. Даже, вроде как, немного сдулся в объёме. Ещё бы, если этот придурок с неадекватными, бешёнными глазами и красной мордой, шатаясь от выпитого, стоял в дверном проёме с охотничьей двустволкой, в которую только что вставил патроны.
— Я, это… — лихорадочно пытался что-нибудь придумать в надежде сбить накал страстей.
Рома был даже не на взводе, а в бешенстве. Гневно раздувая ноздри, словно не узнавая, пялился на меня маленькими, налитыми кровью, поросячьими глазками.
— А вот и ё…рь явился, — обрадованно осклабился, придя к какому-то не тому выводу.
— Сосед, у тебя соли нет? — невинно спросил, мысленно проклиная определённо невезучий день. — У меня это, пельмешки закипели. Лаврушку нашёл, а вот с солью никак. Не одолжишь?
— Держи, — буркнул Рома, направив на меня ствол.
По ушам ударил оглушительный гром. В грудь словно лошадь лягнула, снося с ног, вынося обратно на лестничную клетку через всё ещё открытую входную дверь. Последнее о чём огорчённо подумал, прежде чем темнота поглотила сознание, — «Вот с*ка! Сдохнуть из-за щепотки соли. Эпический дятел.»
Умирать не страшно, когда нечего терять. Не помню, кто говорил, но готов подписаться под каждым словом. От того, что в этот момент смерть меня ничуть не пугала, по-настоящему расстроился. Это означало, что за собой ничего не оставил, о чём можно было бы переживать, жалеть. Если только о не сказанных вовремя правильных словах, несделанных делах, несовершённых поступках. Но, история не знает сослагательного наклонения.
Надеюсь, в следующий жизни повезёт больше. Если не стану баобабом, как пел Высоцкий, пойду в герои. Чтобы, когда в следующий раз буду сдыхать, сделать это красиво. С гордо поднятой головой и улыбаясь. Ни о чём не сожалея. Забирая с собой внушительный багаж красочных воспоминаний. Вроде тех, которые мог бы иметь мой компьютерный персонаж, чьё место был бы не прочь занять, завидуя его яркой жизни. О ком если и можно сказать, — Он не смог, — то обязательно добавляя, — но сделал всё, что от него зависело.
Дальше я оказался в роли беспомощного зрителя. Как в кино, наблюдая за появлением светового туннеля. За бурным течением незримых энергий, несущих меня словно горный поток щепку. Как начала размываться память, очищаясь от всего накопившегося. Как достиг великой реки душ, стекающей со всего мира в одни врата, выглядящие наподобие воронки. Готовясь уйти на перерождение, или туда, к чему нас всех так безудержно несло. Но тут, весьма неожиданно, что-то выдернуло меня из этого потока. Грубой силой. Как щенка из речки, за шкирку. Весьма необычные ощущения. И неприятные.
Эта неведомая сила утащила куда-то в тёмную бездну измерений, совсем в другую сторону. Проскакивая настолько сложные, многомерные структуры пространства, что разум их просто не воспринимал, отключившись. Не дорос ещё до этого уровня, ни по познанию, ни по восприятию, ни по энергетике. Если бы не защитная плёнка силового поля, мигом помножило на ноль.
Очнулся только в конечной точке маршрута. Всё тот же загробный мир, его изнанка, у самой горловины, но совершенно чужой. Не знаю, как определил. По вкусу и цвету, наверное. Полюбоваться окрестностями, сравнить, в чём же их отличие, мне не дали. Спустя мгновения я уже стоял внутри белого куба с монолитными стенами, совершив незаметное перемещение в пространстве. Ага, вот и ожидаемая переговорная комната, где мне объяснят, что за аттракционы и акция невиданной щедрости. Страха как не было, так и не появилось. Правильно, чего бояться? Не та я величина, чтобы со мной сюсюкаться. Хотели бы прихлопнуть как муху, прихлопнули. Пока же, судя по всему, желают пообщаться, что всецело одобряю. Как говорится, готов к сотрудничеству, открыт к предложениям.
— Приветствую тебя, свободная душа, — одновременно отовсюду донёсся чересчур громкий, слегка хрипловатый, старческий голос.
Как мне показалось, с каким-то неуловимо восточным акцентом. Неожиданно. В аниме и манге обычно после смерти обещали встречу с полураздетыми богинями, обладающими миленькой внешностью и пышными формами. Про их интеллект на уровне золотой рыбки весьма спорный момент. А уж если вспомнить Коносубу, то… Видимо мне досталась нелицензионная копия продукции, с названием сериала: Посмертие попаданца в иссекай, ах, если бы, энная серия. С характерно пиратской, гнусавой озвучкой. Или западноевропейская версия, от Нетфликс, что ещё хуже. Их выдуманный пантеон гораздо прижимистей на плюшки. В основном он больше специализировался по пакостям.
От всего происходящего моя психика начала хвататься за привычные образы, в поисках опоры, чтобы обрести хоть какую-то стабильность. Голос, тем временем, продолжил просвещать растерянного «гостя».
— Прости за то, что выдернул из круговорота душ твоего мира, — совсем не раскаиваясь, старик принёс фальшивые извинения.
Такое впечатление, всего лишь озвучив положенную по этикету, дежурную фразу.
— Твоя душа подходила для моих целей. Более того, оказалась в зоне досягаемости. Достать такую драгоценность в условиях столь ограниченных ресурсов было достаточно тяжело, но у меня получилось, — похвалил сам себя. — Так слушай же. Как зовут меня, тебе знать незачем. Как зовут тебя, уже мне знать незачем. Нет нужды, — спокойно, даже рассудительно пояснил он свою точку зрения.
«Ничего себе, первое знакомство», — успел подивиться, благоразумно не перебивая могущественную сущность.
— Когда-то я был весьма заметной, влиятельной фигурой своего мира, — в голосе старика отразилась вековая тоска и сожаление. — Пока оставался жив. Сейчас же я не более чем тень умершего мудреца, ушедшего за грань благословенного света мирового древа. Пускай, столь же могущественная, как и ранее. Важно не это, а крайне срочная и ответственная задача, которую хочу тебе поручить. Не буду скрывать, опасная. Если справишься с ней, получишь мою вечную благодарность и расположение. В следующий раз, когда твоя душа вновь пересечёт ту же грань между жизнью и смертью, — голос незримого собеседника наполнился пафосом, — мы вновь встретимся, и тогда я исполню любое твоё желание. Если оно будет в моей власти, — сделал важное уточнение, видимо, опасаясь давать заведомо невыполнимые обещания.
Было немного непривычно слышать подобный архаичный, как мне показалось, стиль речи. С частым упоминанием местоимений. Как бы не запутаться кто, от кого и чего хочет? Последнее предложение и вовсе настораживало. Словно почувствовав мои сомнения, бестелесный старец разъяснил.
— Например, в моих силах вернуть тебя к жизни. Пусть я и нетот проводник, но дорогу знаю. Да не одну. Грани в моих руках, что игральный кубик. Можешь выбрать мир, в котором захочешь начать свой путь заново. Или несколько. Их весьма много на этом участке звёздной реки. Более того, на своих условиях. Сохранив прежнюю память, личность и умения. Поверь, это весьма заманчивое предложение. Многие, ради подобного, готовы душу продать дьяволу. Фактически, это в каком-то смысле бессмертие. Однако, у любой монеты всегда две стороны, — напомнил, как показалось, с коварной и зловещей улыбкой, которую я пусть и не видел, но легко себе представил.
Печёнкой чую, ох непрост этот дедушка был при жизни. Спиной к такому даже на портрете лучше не поворачиваться. Ладно бы, просто плюнул с него, а вдруг чего похуже сотворит? Таких мудрецов, не желающих лежать спокойно в своих гробницах, вряд ли легко было в них загнать.
— Если не справишься, то всё равно обретёшь бессмертие, — одновременно и успокоил, и запутал, — но уже на других условиях, пока не утихнет моя обида, — разъяснил.
Которая, как подозреваю, может длиться ну очень долго. Что им, бессмертным, какие-то жалкие человеческие годы, если не века?
— Скажем, — он показательно задумался, перебирая варианты, — станешь дочерью самой ничтожной портовой шлюхи, на острове каторжников, больной сифилисом. Которой осталось жить всего ничего. Или слепой нищенкой, страдающей от голода в осаждённом городе, в котором совершенно не осталось еды. Где изморённые горожане вынуждены жрать друг друга. Или приговорённой к казни ведьмой. Заточённой в пыточном подвале безжалостных, изощрённых в своём ремесле инквизиторов. Можно переродиться и мужчиной, — сделал «одолжение». — Как насчёт обезображенного евнуха, приставленного подмывать задницы гарему какого-нибудь султана? Живущего в глиняной яме. Питающегося объедками с царского стола. На которого даже рабы брезгуют смотреть. Или престарелого калеки гладиатора, приговорённого на растерзание львами, чтобы потешить почтенную публику. А уж сколько открытий может приготовить животный мир, не сосчитать. Думаю, ты понимаешь к чему я веду.
Ещё как. Не знаю, что за работу мне желают поручить, но уже страсть как хочу поскорее её выполнить. Как говорится — не щадя живота своего, а лучше, чужого.
— Почту за честь успешно выполнить ваше поручение, — горячо заверил невидимого старца.
— Я рад, что мы пришли к согласию, — сухо усмехнулся собеседник, с пониманием всей безальтернативности моего предложения.
Одна из стен превратилась в своеобразное окно орбитальной станции, через которое я увидел планету, медленно вращающуюся вокруг своей оси. Крупным планом. Чем-то похожую на Марс. Красновато-жёлто-коричневых оттенков. Сплошные пустыни, изрезанные горными хребтами, с несколькими мелкими морями ярко изумрудного цвета. Наверняка, солёными до ужаса. Лишь на полюсах наблюдались небольшие скопления куцых ледников. Рек не заметил вовсе. Либо они слишком мелкие, отсюда не разглядеть, либо их нет. Зато в большом количестве имелись дымки активных вулканов.
Разглядывая этот сожжённый солнцем и подземным огнём мир песков, не испытывал ни малейшего желания туда соваться. Но, кто бы спрашивал, чего мы хотим. Не на выборах, честных и демократичных. И не в турагентстве.
— Это, мой мир, — торжественно заявил старец.
С любовью и теплотой к своей родине, которую, как известно, не выбирают. Только продают, некоторые несознательные товарищи, которые нам совсем не товарищи.
— Крылатое огненное древо — Канаан, — с придыханием объявил его имя, обращаясь словно к живому существу.
Рядом с окном возникло схематическое изображение раскидистого дерева, с мощной корневой системой, у которого вместо листьев росли длинные перья, тянущиеся вверх, будто их поднимал восходящий воздушный поток. Чья макушка почти касалась солнца, окружённого пышной короной протуберанцев, ничуть не вредящих ни дереву, ни своеобразным «листьям».
— Однако некоторые личности предпочитают называть его по-другому — Пекло, — неодобрительно заметил старец. — Приблизительно так можно перевести это слово на ваш варварский язык, — пренебрежительно упомянул о нём с недовольством.
Картина за окном изменилось. Теперь с высоты птичьего полёта я видел старинный, величественный город, отдалённо похожий на античный, ближневосточный аналог из нашей истории, но с несколько иной архитектурой и планировкой. Впрочем, моё внимание привлёк не столько он, сколько происходящее в нём. Этот город прямо на моих глазах доживал свои последние часы под натиском неприятельской армии. С текущей высоты и ракурса, что защитники, что нападающие виделись всего лишь крохотными пятнышками, да и то не поштучно, а крупными отрядами. Судя по разрушениям и дымовым завесам от пожаров, а также очагам сопротивления, даже на мой непрофессиональный взгляд понятно, город обречён. Резня шла уже на улицах. Преимущественно в южных кварталах. Остальные районы пока оставались нетронутыми.
— В данное время Шаль-Аллмара, что лежит в Закатной пустыне, подвергается разорению слугами владыки подземного царства, Яхши. Царя ифритов, повелителя племён махри и зараджи. Опаснейшего врага смертных, которых он считает назойливыми паразитами, вроде блох и клещей. Без спроса занявших задний двор его царства, доставляя этим определённое беспокойство рабам и последователям, которые там обитают. Как ни странно, таким же смертным, — добавил с сарказмом. — Яхши довольно придирчив, разделяя мерзких насекомых на полезных, вроде пчёл, и бесполезных, таких как мух. По его личному мнению.
«Понятно. Нехороший дядька. Ещё не знаком, но уже осуждаю», — продолжил запоминать новую информацию.
— Меня не волнует судьба этого жалкого городишки, — добавил с пренебрежением незримый старец. — Как и его жителей. Кроме одной дари, — последовало очередное незнакомое название.
Картинка вновь сменилась, показывая одиннадцатилетнюю девочку довольно необычной внешности. Если взять длинноухого эльфа, покрасить его кожу тёмно-синей, а волосы чёрной краской, радужку слегка раскосых глаз сделать небесно-голубого, лазурного цвета, да ещё слегка светящуюся в темноте, то получится дари. С кукольным личиком, стройной фигурой и длинными, шелковистыми волосами. Впору восторгаться этой дивной расой, но, что-то пока не хочется.
Помню из книг одних таких чернокожих, алоглазых, остроухих красавцев, любящих шахты и паучков. Выглядящих столь же красиво и аристократично. Кто знает, может эти ещё более «гостеприимные» расисты.
«Убереги меня от своих детей, о великая Ллос», — подумал в шутку.
— Эту девочку зовут кунан Сами дочь Джалии из рода Роухан. Найти её можешь в доме хайдар, из рода Дархан, клана бахи Аллмара.
Чуть не сказал сакральную фразу туриста, — Чего⁈
— Если разобрать подробно, для лучшего понимания всех нюансов, — сжалился старец, прочитав всё по моему лицу, — то Сами из семьи слуг торгового дома Дархан, что под властью высокородных правителей Аллмара. При этом, Роухан не простые, а потомственные слуги, о чём говорит их принадлежность к кругу кунан. У нас сложилась традиционно сословная, кастовая система общества, в котором всё упорядочено. где каждый занимается своим делом, на своём месте, что правильно, ибо ведёт к гармонии мира и спокойствию в царстве, — поведал подчеркнуто нравоучительным тоном. — Для чужаков, вроде тебя, возможно, наш образ жизни покажется слишком запутанным, в чём-то, даже несправедливым, но с этим разберёшься сам. Позже. Смирившись и приняв наш порядок как он есть, либо погибнув в тщетных попытках что-то изменить. Эти пески похоронили далеко не одного реформатора, — мой собеседник усмехнулся, явно припомнив что-то забавное. — Что же касается моего задания, — вернулся к главной теме, — ты должен любой ценой спасти указанную девочку. Которую отведёшь в Шаль-Сихья. Великий город змей, контролирующий эту часть закатных пустынь. Где отдашь на воспитание в храм Песчаных Дюн, чтобы из неё сделали песчаную жрицу. Таланты юной Сами весьма неординарны. Именно она в дальнейшем исполнит моё желание, когда достигнет определённого этапа своего развития. Твоя задача довести маленькую кунан до храма и помочь ему взрастить этот пустынный цветок. Защитив от хищников и бурь. Думаю, Сами хватит всего нескольких лет, чтобы исполнить своё предназначение. Когда придёт время, я навещу её лично. Дальнейшее, уже не твоя забота. До тех пор, она не должна знать о моём существовании, как и никто другой. Потом, можешь поступать, как сочтёшь нужным. Хочешь, живи здесь. Пользуясь всеми благами, полученными в процессе достижения цели. Хочешь, прыгни со скалы, прервав жизнь, чтобы сразу отправиться покорять другие миры. На выбор. Всё ли тебе понятно?
— Да. Однако, вы уверенны, что её возьмут на обучение в этот храм? — осторожно высказал опасения.
Вспомнив, что он упоминал кастовую систему общества. А там, как известно, что дозволено Юпитеру, не дозволено быку.
— Возьмут. Будь уверен, — нисколько в этом не сомневаясь, заверил старик. — Её дар не останется незамеченным и не востребованным. Приведи кунан Сами к жрице по имени Ниссэи из рода Рифа. Пусть она посмотрит на девочку. О дальнейшем жрица позаботится сама. Но, на всякий случай, оставайся поблизости, — напомнил со строгостью в голосе, чтобы избежать недоразумений. — Появление такого перспективного дарования, ровно, как и усиление позиций самой Ниссэи, в храмовой иерархии, не останется незамеченным. Не всем придётся по вкусу, а значит, от них постараются избавиться. Пока Сами не сможет самостоятельно за себя постоять, присмотри за ней, — приказал.
Старик заметно беспокоился о судьбе девочки. По голосу слышу. Такое ощущение, будто это она главный герой, а я так, временный костыль, поддержать его в трудную минуту. От которого потом можно спокойно избавиться, без зазрений совести.
Пока во мне нуждались, нужно выбить из старика максимальное количество плюшек. Потом фиг дождёшься и допросишься. Как на стройке, пока не начали копать котлован, заказчик обещает золотые горы, соглашаясь на любые прихоти, а как осталось всего-ничего до сдачи, гвоздей не допросишься. Частенько слышал, купи на свои, потом отдам. Если вспомню. Память у заказчиков словно старая батарейка, не потрясёшь, не заработает.
— С большой радостью, уважаемый, — изобразил энтузиазм и почтение. — Но, как вы несомненно заметили, я несколько слабоват для подвигов во имя великой цели. Могу не справиться. Не потому, что не хочу, — смягчил эффект, показывая, что не против его планов, а то ещё вычеркнет, во всех смыслах, — а потому, что окажусь не в силах. Тогда, всенаши труды пойдут прахом, — сокрушённо покачал головой. — Не могли бы предоставить немного вашей мудрости, сил и опыта, для решения этойопасной задачи?
Когда нужно, я из дятла быстро перекрашиваюсь в соловья. Да хоть в попугая, лишь бы не стать курицей для супа. Мои слова пришлись по душе тщеславному дедуле.
— Разумеется. Я не слепой и не выживший из ума старик. Именно поэтому в самом начале сказал, что твоя душа подходит для моих великих замыслов, — самодовольно напомнил. — Сейчас у тебя нет шансов не то, чтобы спасти Сами, но даже помочь себе. Канаан существенно отличается от вашей Земли. Другая культура, другие порядки. Даже законы мира и те существенно отличаются. Перед тобой открывается мир всевозможных духов, демонов и богов, находящийся на пересечении нескольких измерений, иначе граней, близких друг к другу. Также эти грани называются царствами, — добавил с непонятной мне гордостью. — Этот благословенный край, оплот стабильности и законов укрыт от внешнего хаоса священной кроной крылатого огненного древа. Канаан не просто пронизывает все грани этого мира, но и связывает их вместе, питая духовной энергией. Дыханием непостижимого эфира, основой всего сущего. Озаряя светом души Творца, — попытался, как смог, охарактеризовать эту загадочную силу.
Насколько я понял, религия в этом мире играла куда большую роль, чем наука. Учту, на будущее.
— Можешь считать её маной или магической энергией, — милостиво разрешил собеседник, сделав скидку на необразованность дикого варвара. — Хотя наша системамагии несколько отличается от вашего представления. Дыхание мирового эфира в нашем мире пронизывает буквально всё, каждое живое существо, каждую песчинку, обладая огромным влиянием на них. Но, доступен, не значит подвластен. Тех, кому с этим повезло, называют одарёнными. Для выживания в этом суровом, скудном мире, полном всевозможных опасностей и потусторонних сущностей, они повсеместно используют особые кристаллы, называемые слезами священного огненного древа Канаан, добываемыми в глубинах земли. Пропуская через них поток эфира, одарённые призывают себе в помощь различных стихийных элементалей. В зависимости от вида и качества каждой конкретной слезы. И конечно же, собственных способностей, — вновь перешёл на лекторский тон. — Им можно придавать различные формы, поручать мелкие, простенькие задачи. Будь то создание стихийной сферы, стены, волны, копья, из огня, воды или камня. Не суть важно. Однако, многим и этого мало. В природе как людей, так и дари, лежит вечное недовольство текущим положением вещей. Недостаточным, для удовлетворениявсех амбиций. Для того, чтобы получить ещё больше власти, некоторые заклинатели, как впрочем и жрецы, в поисках новых возможностей стали обращаться не только к элементалям, но и к обитателям других царств, стремясь создать с их исконными обитателями особые духовные узы. Ради уникальных способностей последних. Превращаясь из заклинателей стихий в заклинателей духов. Ты не способен осознать того могущества, которое даёт эта связь, — отвлёкся старец на приятные, памятные ему воспоминания. — Ведь духи способны куда более умело распоряжаться возможностями не только эфира, но и тех же элементалей.
Меня больше беспокоило другое. Что мне какие-то духи, демоны, магия-шмагия. Пока выслушиваю здесь лекцию о природе вещей, что тоже важно, боюсь, внизу дела складываются всё хуже и хуже. Как бы не опоздать к раздаче призов. Дожидаться меня никто не будет. Не в мультфильме живём, где без главного героя ничего не происходит. Однако, поторапливать дедулю не рискнул. Кто знает, какая информация может пригодиться в самое ближайшее время. Это не планёрка у руководства, где вещают очевидные истины, с точки зрения тех, на кого при определённых обстоятельствах можно не только класть, но и «ложить». Мало ли что начальству виднее, сверху, работать-то всё равно другим, руками и снизу. Они обычно рассматривают картину происходящего с несколько другого ракурса.
Почувствовав моё нетерпение и беспокойство, «благодетель» сократил вводную часть. Объяснив, с лёгким осуждением.
— Помощь, которую я тебе окажу, будет заключаться именно в этом. Когда очнёшься в теле подходящего сосуда, что подберу на поле боя, постарайся как можно скорее оказаться в заклинательном зале. Ритуал призыва нужного духа вложу в твою память. Не забудешь. Также помогу до него дотянуться. Размещу особую приманку, которую он ни за что не упустит. Останется всего лишь мелочь, — голос мудреца стал подозрительно пакостным и ехидным. — Выдержать всю мощь и астральное тело этого духа, пройдя ритуал единения. Построив между вашими душами связующий мост, который позволит тебе стать одним из заклинателей духов. Можешь гордиться этой честью. Если выживешь.
Обрадовал, нечего сказать. Хотя, строить мосты мне не привыкать. Либо быстро, либо качественно, либо дёшево. Выберете два варианта. По-другому не умеем. Судя по интонации, в процессе описанного действия существует немаленькая вероятность лопнуть, словно перекаченный газом воздушный шарик. Развлекается так, что ли? Интересно, насколько старику на самом деле важна эта девочка? Иначе, что за легкомысленное отношение к делу? К чему эти гадания, сможешь — не сможешь? Если — не если. Или я чего-то пока не знаю?
— После ритуала, с поддержкой духа можешь смело отправляться на возложенную на тебя миссию. Обещаю, без посторонней помощи точно не останешься, — последовал очередной многозначительный, непонятный смешок. — Однако учти, его наличие не гарантирует абсолютной безопасности, — внёс важное уточнение. — Дурной голове быстрые ноги и крепкие руки ни к чему. Большим, увы, помочь не могу, — прозвучало не слишком убедительно. — Мои возможности всё ещё ограниченны, — напомнил. — Особенно в царстве смертных.
— Позвольте спросить. Кроме этого призыва, получу ли я знания и умения сосуда? — с короткой заминкой воспроизвёл неприятное слово.
Отдающее пренебрежением ценностью чужой жизни.
— Только языка, письма и, возможно… — мудрец задумался.
Я чуть не выругался. Он ещё и сомневается.
— Некоторые общие представления о культуре дари, — неуверенно продолжил старик после короткой паузы, — Обрывочные. В остальном, перед тобой предстанет чистый лист. Заполни его сам, чем посчитаешь нужным.
— Вы уверены, что стоит так рисковать, полагаясь на столь… — задумался, подбирая подходящее слово, — ненадёжные методы?
Спросил напрямик, захотев внести ясность.
— Взять первого попавшегося бродягу из другого мира и отправить на великую миссию. Неподготовленного. В чужую страну. Без знаний о её особенностях. Выдав в качестве помощи номер телефона посторонней могущественной сущности. Со словами, проси и тебе помогут. Возможно. Или не помогут, — не удержался от сарказма.
Выразил сомнения в адекватности такого подхода.
— Во-первых, ты не владеешь всей информацией, — усмехнулся невидимый старик, ничуть не обидевшись.
Подтвердив мои выводы.
— Во-вторых, для глухих, повторяю. У меня ограниченны ресурсы и возможности. Что смог, то и сделал. В-третьих, кто сказал, что ты единственная гирька, брошенная на чашу весов?
Испытал то самое чувство, когда сообщают, что ты не единственный кандидат на вакантную должность. Мол, у тебя только пять минут на собеседование, а потом в кабинет зайдёт следующий соискатель, а ты отправишься туда, откуда пришёл. А если будешь умничать, то пошлют ещё дальше.
— В-четвёртых, гибель кунан Сами всего лишь отсрочит исполнение моих планов, но никак не сорвёт. Подожду другой возможности. Век, два, пять. Уж что-что, а терпению я научился. Важен лишь результат.
Довольно откровенно, за что отдельное спасибо. Хоть и неприятно такое слышать, но полезно. Действительно, кто сказал, что я единственный и неповторимый избранный, которого обязательно нужно облизывать со всех сторон. Марку вон тоже облизывают и где в итоге она оказывается. Мало ли что обещают всевозможные истории о попаданцах. Не они же их пишут.
— Как я узнаю, что задание выполнено? — задал очень важный для любого работяги вопрос.
Знаем мы эти, ты начни, а там решим, где закончить. И когда. Границы должностных обязанностей лучше уточнить сразу, чтобы не перепутать, где свои интересы, а где чужие.
— Пришлю сообщение через вестника снов. Не пропустишь. Это, если не помрёшь раньше и не услышишь всё лично от меня. Подожди, — он внезапно на что-то отвлёкся. — Превосходно. Я нашёл подходящий сосуд. Готовься, — судя по резкой смене интонаций, старец забеспокоился.
Оказывается, он не столько со мной разговаривал, сколько убивал время за разговорами, занимаясь поисками. Пришла пугающая мысль, а если бы сразу, на первой же секунде дух мудреца нашёл подходящий сосуд, что тогда? Услышал бы я хоть что-нибудь толковое, кроме короткого, — Привет-пока. Вот фотка девочки, найди и приведи по адресу, написанному на обратной стороне.
— Тебе пора, — обрадованно сообщил загробный, теперь уже, работодатель.
Я не успел и слова сказать, надеюсь, приличного, как белая комната исчезла. Вообще, всё исчезло, включая возможность осознавать происходящее.
Серия «Ветер стихий»
-
1
Ветер стихийвы здесь
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
Как читатели оценили книгу
Скачать книгу «Ветер стихий» бесплатно
Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрацииОтзывы и комментарии
Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает
Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.




