Ветер стихий 3

Карточка книги Завершена
Автор
Дмитрий Ш.
Серия
«Ветер стихий»книга 3 из 6
11глав
≈ 244страниц
680 тыс.знаков
Русскийязык
30.09.2026добавлена
3просмотров

Мои полки: отметьте книгу — и она найдётся в вашем профиле.

—
оценок пока нет — ваша будет первой
Ваша оценка

О книге

Пекло не жалеет ни своих, ни посторонних. Герой узнаёт изнанку жизни дари — там всё не в пример мудренее, чем выглядит снаружи. Собрался он сделать то, что по статусу мужчине положено. Срубить избу, посадить деревце, вырастить ребёнка. Только избу ещё отобьём у желающих в ней обосноваться.

У тех, кто привык переть по головам. Дерево само норовит зарыть героя — какая уж тут посадка. А сына, прежде чем растить, придётся «выстругать». И, глядя из окна на милые физиономии принцесс, вооружённых топорами, он соображает: история с «Буратино» — ещё не самый дурной расклад.

Начало книги

Глава 1

Глава 1

Сидя на веранде, неспешно потягивая горячий чай, безмятежно разглядывал освещённые солнцем скалы с вырубленными в них изумительно красивыми, величественными храмами и статуями. Чувствуя на душе умиротворение и покой. После недавней напряжённой ночи наступило долгожданное затишье. Можно наконец-то расслабиться, спокойно всё обдумать, наметить дальнейшие шаги. Ничего срочного пока не предвиделось и это доставляло особое удовольствие.

Ну, как срочного, похожего на, — Вставай, беги и бойся. Проблемы-то никуда не делись, но теперь их можно решать в рабочем порядке. Кое-какие мысли на этот счёт уже появились. В ближайшее время намеревался плотнее заняться вопросом Сами. Хотя девочку грядущие перемены наверняка не обрадуют. Ей и здесь хорошо. Постоянной работы, считай нет. Новый дом, город, друзья, впечатления, всё вокруг необычное и интересное. Господин хорошо относится, не наказывает, не заставляет заниматься плохими вещами, кормит, поит, защищает, чего ещё желать? Только-только начала отходить от семейной трагедии. Представляю, как отреагирует на сообщение, что хочу отдать её в монастырь. Я бы на месте Сами расстроился.

Пока лениво предавался этим мыслям, сидя на квадратной подушке-сидушке, поджав под себя ноги на турецкий манер, у ворот жилого комплекса Каменной сливы появились весьма неожиданные гости. Сторож, молодой парень с палкой в руках, в коротких, мешковатых штанах, закрывший лицо длинным, свисающим концом тюрбана, увидев способ их прибытия, от испуга застыл соляным столбом. Воздух перед воротами потемнел, приобретая чёткую прямоугольную форму тени, непонятно откуда взявшуюся, из которой вышло двое дари. Когда они подошли к сторожу, тень бесследно исчезла, растворившись прямо на глазах.

В этом городе все знали, кто такие проводники и на что они способны. Да и отличительные родовые знаки сын Хаян узнал сразу. Поскольку до этого шифу Ханай вживую никогда не видел, зато много чего о них слышал, то ненадолго оторопел. Однако поняв, каким болваном выглядит со стороны, резко опомнившись, тут же сделал каменное лицо. Вытянувшись во весь рост, поставил перед собой палку, на манер копья. Стараясь выглядеть внушительно и не смотреть им в глаза, прикинулся декоративным украшением.

— Страж, мы пришли к господину Амиру, проживающему на третьем дворе Каменной сливы. Можем ли войти? — невозмутимо-нейтральным тоном обратилась к нему высокая, статная женщина.

— Да, госпожа, — почтительно поклонился сторож, лихорадочно вспоминая, что в таких случаях полагалось делать. — Пожалуйста, немного подождите. Сейчас вас проводят.

Этикет в роду Хаян учили все, чтобы случайно не опозориться, если кто-нибудь всё же поступит на службу в один из высоких домов знати Шаль-Сихья. Парню пришлось срочно искать служанку, которая проводит столь важных гостей до нужного места. Позаботившись, чтобы у них не возникло сложностей или обид, нанеся этим урон чести как гостям, так и хозяевам. Остро сожалея, что у него не имелось амулета связи. Да и специальную служанку на такой случай никто тут не держал. До сегодняшнего дня. В этом просто не возникало необходимости. Взять же на себя роль сопровождающего он не мог, поскольку такой поступок выглядел бы признаком недоверия и слабости со стороны Хаян.

На его счастье, на глаза вовремя попалась одна из младших сестрёнок, подметающая неподалёку дорожку. Узнав, чего от неё хотят, перепугавшись, решительно отказалась в этом участвовать. Заявив, что в таком виде, в стареньком, латанном платье из дешёвой коричневой шерсти, похожая на драную кошку, не в нарядном же в пыли возится, она к ним точно не выйдет. Пусть подождут пока умоется, приоденется, причешется, успокоится. И вообще, это он во всём виноват не предупредив заранее. На что вконец разозлившийся парень, взяв за шкирку, строго пригрозил, единственное, что её может подождать, это порка, а такие гости задерживаться в дверях не должны. Не в его смену. Пусть хоть голышом к ним выходит. Он разрешает.

Услышав приближающиеся шаги, удивлённо обернулся, гадая, кого это принесло в наши края? Увидев хранительницу тайн Янаби, удивился ещё сильнее. Спрятав под радушной улыбкой лёгкое беспокойство, поставив на низенький столик чашку, поспешил выйти навстречу, дабы поприветствовать столь важную персону до того, как та ступит на дощатый пол беседки. Поскольку иначе это будет смотреться проявлением неуважения к хозяину. Нужно ждать разрешения, показывая, что уважаешь мнение того, к кому пришёл. Столько, сколько потребуется. Однако, если бы я рискнул заставить их ждать или подозвал к себе, оставшись сидеть на заднице, тогда это посчитают пренебрежительным отношением к вышестоящей касте, что тоже оскорбление. Правила этикета. Хочешь, чтобы с тобой считались — соблюдай. Поэтому гости остановились у порога, проявляя вежливость, а я вышел их встречать, строя из себя радушного хозяина, пусть и не своего жилища.

— Госпожа шифу Ханай, рад вас видеть, — поклонился по всем правилам, прижав ладонь к сердцу. — Прошу, окажите честь, отведайте со мной чаю, — жестом указал на почти пустой стол со скромно стоящими на краю чашками и железным, пузатым чайничком с закопчённым дном.

Поскольку сидушка была всего одна, не рассчитывал на компанию, пришлось попросить сопровождающую Янаби кунан принести ещё две. Вовремя заметил позади них ещё одного дари в такой же одежде, что и на хранительнице тайн. Пока несли дополнительные подушки-сидушки и чашки, отойдя к краю площадки, вдвоём с Янаби полюбовался пейзажем. Обменялись вежливыми, ничего не значащими фразами, о погоде, о здоровье, об общих знакомых Аллмара, что считалось показателем хорошего отношения к собеседнику. Если на серьёзные темы с вами разговаривают до совместного участия в каком-либо простеньком ритуале, вроде приёма пищи, игры, наслаждением искусствами, да хотя бы обычной прогулкой, значит, вас не очень-то и уважают, не желая затягивать общение. Глядя свысока.

Когда всё было готово, вернулись к столу. Собственноручно налил и подал ей чашку с ароматным напитком. Подождал, пока несколько раз притронется к ней губами, делая мелкие глоточки, и только после этого спросил.

— Прекрасная шифу, что привело вас в такое тихое место? Честно говоря, теряюсь в загадках, — развёл руками, показывая, насколько растерян. — Если не секрет, утолите моё любопытство.

— Я здесь по поручению главы древнего дома Ханай, чтобы пригласить тебя выпить с ним послеобеденного чая. Ему захотелось увидеть столь талантливого молодого дари о котором я очень лестно отзывалась. Надеюсь, у тебя найдётся для этого немного свободного времени? — тепло улыбнувшись, посмотрела на меня пристальным взглядом.

Судя по интонациям, это был не вопрос. Искоса взглянул на молчаливого, мрачного мужчину, так и оставшегося стоять у входа в беседку. Отклонившего моё приглашение присаживаться к столу. Сомневаюсь, что он тут для красоты, придя от нечего делать. На простого охранника непохож. Изначально повёл себя недружелюбно. Скорее всего, Ханай разыграют классическую сценку, плохой полицейский — хороший полицейский, как только в этом возникнет необходимость.

— Конечно. С удовольствием выражу главе шифу Ханай своё уважение. Когда ему будет удобно? — не подал вида, как меня обеспокоила эта просьба.

Просто так сильные мира сего случайных людей на чай не приглашают. Значит, им что-то от них нужно. Веса этой «просьбе» добавляла и личность посланника, которому отказать было сложнее вдвойне.

— Сейчас, — пригубив чая, объявила Янаби с тем же доброжелательным выражением лица.

А вот это уже несколько грубовато с их стороны. Неужели меня специально провоцируют, желая увидеть, как себя поведу?

— Вы хотите, чтобы я бросил питьчай , ради того, чтобы пойти попитьчаю , убегая от… ещё большего количествачая ? — удивлённо поинтересовался с иронией в голосе, едва заметно кивнув в сторону дорожки.

В её начале как раз показалась парочка дари, направляющаяся к нам с вполне очевидными намерениями. Впереди торопливо шла хозяйка двора Каменной сливы, одна из управляющих рода Хаян, за которой служанка несла массивный деревянный поднос на фигурных ножках, заставленный красивым чайным набором. Если глаза меня не подводят, из расписного, глазурованного фаянса. Это у нашего молодого поколения сложилось впечатление, что из него только сантехнику делают, а ведь раньше он считался предметом роскоши и показателем статуса, уступая в цене лишь китайскому фарфору.

Как бы хозяйка ни пыталась сдерживать шаг, выглядеть непринуждённо и достойно, но всё же спешка бросалась в глаза. Несколько секунд бесстрастно разглядывая обеспокоенную женщину, взяв паузу на раздумье, Янаби нашла изящный ответ, выраженный в поучительной манере.

— Важно не то, где он будет выпит, а с кем. В приятной компании даже плохой сорт чая покажется вкусным, а в плохой и самый лучший не принесёт радости. Почему бы не познать разные грани одного и того же удовольствия на собственном опыте?

— Ваши слова мудры, шифу, — кивнул в благодарность за науку. — Значит, меня ожидает приятная компания? Желающая лишь беседы, способной принести нам всем только радость? — попытался выведать, к чему готовиться.

Надеясь получить чёткий ответ, который послужит своего рода обязательством. Пустыми словами дари её положения не разбрасываются. Этот нюанс Янаби тоже хорошо понимала.

— А есть причины считать иначе? — ответила вопросом на вопрос настолько естественно, что ни в чём не заподозришь.

— Так это я у вас хотел узнать, — с улыбкой вернул подачу.

— Амир, не нужно нас так бояться, — мило улыбнулась зубастая хищница, прикидывающаяся домашней, сиамской кошечкой. — Поверь, это всего лишь чаепитие. Оно организуется для того, чтобы количество глупых вопросов за приятной беседой уменьшилось, а не увеличилось. Иначе бы тебе предложили вина. Не нужно нас обижать недоверием, и мы не ответим тем же. В мире всё взаимосвязанно. Прояви, в конце концов, ко мне немного уважения. Не заставляй упрашивать, словно я в чём-то перед тобой провинилась.

Вот ведь хитрая змеюка. Выставила меня нехорошим человеком, не дав никаких гарантий или подсказок относительно причин встречи. Приперев к стенке. Теперь любые сомнения с моей стороны будут смотреться попыткой обидеть её лично, что чревато. Конечно, я согласился отправиться в гости. К тому же было забавно понаблюдать за попыткой управляющей угодить Янаби. Она как раз подошла к нашему столу, миновав по-прежнему бездействующего спутника хранительницы тайн, на правах настоящей хозяйки этого двора, что этим же поступком и подчеркнула.

Рассыпавшись в цветастых приветствиях и благодарностях за оказанную честь, Хаян предложила устроить наш отдых в лучшем виде. Желательно, с её участием. Упирая на то, что благородным господам не к чему заниматься самообслуживанием. Для этого есть кунан. Например, такая как она, прекрасно разбирающаяся в настоящей чайной церемонии. И сделает всё красиво, и лист у неё правильный, а не тот сорняк, что я заварил, и из глиняных, неказистых чашек, по фельсу штука, хлебать его не придётся. Нужно было видеть выражение её лица, когда Янаби, поблагодарив за добрые намерения, сообщила о нашем уходе. Зачем-то добавив, что дальше мы продолжим общение уже у неё дома, за закрытыми дверьми, так что не нужно нас отвлекать разными глупостями.

Слишком уж демонстративен приход Янаби и её слова, чтобы посчитать их проявлением обычного, эгоистичного желания покрасоваться перед слугами. Посмотреть на их заискивания. Подобное хранительнице тайн давно уже должно было приесться, больше не вызывая никакого отклика в душе. Не вчера же она ею стала. Не сомневаюсь, уже к вечеру новость о том, что я вожу дружбу с шифу Ханай будет известна всем, вплоть до дворовых собак. Которые с завтрашнего утра начнут подавать лапу и приносить косточки. Будто этого ей показалось недостаточным, Янаби несколько раз подчёркнуто дружелюбно обращалась ко мне по самым разным пустякам. Прямо при изумлённой управляющей. Интересовалась моим мнением, просила что-то подать, щедро одаряла улыбками, чуть ли не открыто заигрывая. Значит, одними собаками решила не ограничиваться. Теперь ещё и соседи начнут неизбежно меня доставать, вынуждая определяться, чего же хочу добиться, тишины или славы?

Попрощавшись с управляющей, чувствуя спиной её долгий, пристальный взгляд, не враждебный, нет, скорее задумчивый, ушёл с Янаби.

— Не возражаешь, если воспользуемся теневой дорогой? — предложила хранительница тайн, отойдя от меня на прежнюю дистанцию, прекратив играть на публику. — Не хочу долго трястись в душной повозке по переполненным, вонючим, шумным улицам. Сэкономим и время, и силы. Одна из немногих радостей проводника выбирать, какими путями достигать поставленной цели, — добавила в голос таинственности.

Такое ощущение, на что-то намекая.

— Положусь на ваш выбор, уважаемая шифу, — невозмутимо отдал ей право самой принимать решения.

Несмотря на показное безразличие, мне было любопытно, что же из себя представляют теневые тропы Ханай. Вот только признаваться в этом не хотелось, показывая свою заинтересованность, а значит, уязвимость. Выйдя за пределы жилого комплекса, Янаби создала теневую завесу перехода, этакий полупрозрачный теневой прямоугольник, в который спокойно вошла, не сбавляя шага и не оглядываясь. Помня, что за мной следовал её спутник, то ли выполняя роль почётного сопровождения, то ли конвоя, поступил так же. Мысленно успокаивая себя напоминанием, что за моей спиной помимо него находилась ещё и Аюни, внушающая чувство безопасности.

Перешагнув теневые врата, заметил, как мир вокруг мгновенно изменился. Вроде бы оставаясь и прежним, но в то же время воспринимаясь совсем иначе. В искажённом виде. Исчезли оставшиеся по ту сторону звуки, запахи, перестал дуть ветер, чувствоваться жар солнечных лучей. Немного снизилась чёткость окружающей картинки. Живые существа и вовсе превратились в едва различимые, туманные пятна, двигающиеся как-то рывками, смазано, то пропадая из видимости, то вновь появляясь. Ещё большей странностью показалось необычное поведение освещения. Чем дальше от нас располагались объекты наблюдения, тем сильнее они погружались в темноту, пока полностью с ней не сливались. Будто мы очутились в центре большого, ярко освещённого пятна солнечного света. Поэтому вместо горизонта вокруг простиралась лишь сплошная чернота. Да что там горизонта, видимость начинала стремительно падать уже за границей двухсотметрового радиуса.

— Добро пожаловать в теневой мир Канаан. Всё что ты видишь вокруг, его отражение, — пояснила Янаби, внимательно наблюдая за моей первой реакцией. — Не более. Отсюда невозможно повлиять на ту сторону. Ведь сколько по отражению на воде не бей, синяков на лице не прибавится.

Раз уж согласилась просветить о здешних особенностях, воспользовался случаем.

— Почему чем ближе к нам располагаются объекты, тем чётче они кажутся и ярче освещены? — полюбопытствовал.

— На них влияет сила нашей хранительницы Тин’адиры, укрепляющей связь Ханай с реальностью по ту сторону границы. Позволяя сквозь неё видеть. Находиться в привычной среде обитания. Получать оттуда духовную силу. Частично проникать законам дневного мира в теневой, — обвела рукой освещённую область. — Это как одно большое окно, в центре которого мы стоим. Без него находиться здесь было бы достаточно опасно и некомфортно. В этом измерении легко заблудиться или раствориться, не имея привязки к той стороне мира. Стать ещё одной тенью, потерявшей разум, память, тело или что-то ещё. Если не повезёт, можно попасться на глаза злым духам или демонам. Поэтому настоятельно не рекомендую покидать освещённую область. В зависимости от личной силы и одарённости, область света души каждого Ханай разная. При желании я могу ещё дальше раздвинуть границы области видимости, распахнув окно пошире, но, зачем? Зачем зря тратить силы, которые пригодятся на что-то другое, — опять на что-то намекнула. — Ты как, не боишься теневой стороны Канаан? — испытывающее на меня посмотрела. — Хорошо себя чувствуешь?

— Не знаю, не проверял. Скорее да, чем нет, — расплывчато ответил, почувствовав в этом вопросе какой-то подвох.

Не прекращая разговора, Янаби подвела меня к стоящей напротив ворот жилого комплекса запряжённой чаркарами карете, с сидящим на козлах кучером. Что примечательно, появившихся только по эту сторону реальности. Мужчина в типовой городской одежде, совсем непохожей на одеяния кунан, спрыгнув на землю, предупредительно открыл перед нами дверь. Помог госпоже забраться внутрь.

— Простите шифу, не понимаю, — оказавшись внутри, дождавшись закрытия дверцы, удивлённого спросил. — Пока вы пили со мной чай в беседке Каменной сливы, кто же тогда освещал эту область? Или птички дожидались нас в полной темноте? Удивительно, ведь вы описали теневой мир как очень опасное место. В чём же разгадка?

— У нас хорошо обученные чаркары, — шутливо рассмеялась Янаби. — Кроме того дядя Рафу, что управляет каретой, тоже из рода Ханай. Он развернул своё личное окно в тени. Кстати, если хочешь узнать, за что же так ценят проводников, посмотри наружу. Увидишь интересное зрелище.

Когда карета тронулась с места, окружающий пейзаж начал неуловимо меняться, перетекая из одного во второй, третий, четвёртый, не останавливаясь. Будто иллюзии послойно накладывались друг на друга, то становясь более реальными, то менее. Через несколько минут я уже перестал узнавать, где мы находимся. Карета свободно неслась по улицам не встречая препятствий, проходя их насквозь. Даже такие большие, как дома. Оказавшимися не плотнее, чем туман. Затем и вовсе словно включилась ускоренная перемотка времени при просмотре видеоряда. Чуть голова не закружилась от такого зрелища.

Минут через пятнадцать мы остановились возле зелёного, красочно переливающегося светового барьера, перегораживающего проезд. Если посмотреть по сторонам, то становилось заметно, перед нами находилась только часть огромного купола, закрывающего целый район, к которому вела широкая, прямая улица, с каменными бордюрами и высаженными вдоль неё пальмами. Чуть дальше, за деревьями возвышались большие многоэтажные здания с балконами, балюстрадами, колоннадами, купольными крышами, фресками, гладко оштукатуренными и выкрашенными в яркие цвета стенами. Вся земля вокруг них была вымощена идеально подогнанными друг к другу каменными плитами. Во множестве виднелись небольшие садики, тенистые беседки, цветники, бассейны, скульптурные аллейки. Одним словом, мечта миллионера. И это ещё только начинались подъезды к дворцовому комплексу, в котором «скромно» ютились Ханай, виднеющимся в отдалении, за барьером. За широкой парковой полосой, пронизанной многочисленными оросительными каналами и прудами.

Обернувшись, обнаружил позади невысокую стену с фигурными зубцами, утыканную квадратными защитными башенками, венчавшимися каплеобразными куполами голубого цвета. Даже не заметил, как её проскочили.

— Видел когда-нибудь такое раньше? — поинтересовалась Янаби, имея в виду совсем не защитные сооружения или роскошные особняки.

— Нет, шифу. Полагаю, это барьер Запрета пространственных врат, — сделал предположение.

— Верно. Перед нами Запрет внешнего типа. Вроде стены. За ним вновь можно свободно переходить в теневой мир. Мы же не станем себя ограничивать в собственном доме. Существует ещё внутренний Запрет и полный, как у твоих друзей Аллмара. С другим проводником вам бы пришлось переходить на дневную сторону Канаан, чтобы его пересечь, но я одна из тех немногих, у кого имеется специальный ключ. Как у тебя от Запрета пространственных врат главного поместья бахи Аллмара. Честно говоря, удивлена столь высокому доверию с их стороны. Несвойственному высшей знати. Не подскажешь, как тебе удалось этого добиться? Мне правда любопытно.

— Не понимаю о чём вы? У меня нет ключа от поместья бахи Аллмара. Даже не представляю, как он выглядит, — сказал чистую правду, догадываясь, к чему она завела этот разговор.

Мельком взглянув на один из своих перстней, Янаби на мгновение нахмурилась, но тут же вернула себе прежний, беззаботный вид.

— Вот как? Тогда как же ты его проходишь? — мягко подтолкнула к откровениям.

— Ножками, как все остальные.

Показывая, что не дурнее чаркары, демонстративно посмотрел на тот же перстень, гадая, что должно произойти? Ровным счётом ничего, озадачив этим и Янаби, а ещё, вызвав у хранительницы тайн кратковременную вспышку настороженности и отчасти, уважения. Не знаю, было ли это обманной уловкой, проверкой, провокацией, или перстень и в самом деле что-то должен был ей подсказать.

Постучав по дверце, хранительница подала сигнал ехать дальше.

— Амир, с каждым разом мне всё больше и больше хочется узнать, чем же ты занимался раньше, — пожаловалась Янаби.

— Не помню, — улыбнулся. — Точнее помню, но не всё, — улыбнулся.

Прикоснувшись к перстню, словно получив от него какой-то сигнал, Янаби с внезапно проснувшимся весельем уточнила.

— Правда?

— Чистейшая, как родниковая вода, — соврал, глядя ей прямо в глаза с всё той же недрогнувшей улыбкой.

Поиграв в гляделки, хранительница первой спокойно отвела взгляд, удовлетворив своё любопытство. Совсем не потому, что испугалась. Просто ей сейчас совершенно незачем было устраивать громкие разоблачения, которые ничего не дадут. Скорее, наоборот, испортят игру.

Дворец шифу Ханай занимал куда более обширную территорию, чем поместье Аллмара, но мы подъехали не к нему, а к одному из особняков, состоящего из трёх соединённых крытыми галереями зданий, выстроенных буквой П. Расположенному на отдельно огороженной территории прямо посреди очередного парка. По-прежнему, не покидая теневой стороны Канаан. Поэтому по пути никто так и не встретив. Что-то неспокойно стало на душе. Неужели глава Ханай захотел организовать тайную встречу. Такие вещи, как правило, спокойному сну не способствуют. У меня и так с ним в последнее время напряжённые отношения.

Заехав во внутренний дворик, закрытый с трёх сторон, Янаби провела меня через теневые врата, возвращая в реальный мир. На секунду задержавшись, оглянулся, чтобы убедиться. Как и думал, кареты позади не увидел. Но гораздо больше моё внимание привлекло отсутствие высокой, изящной башни, которую хорошо разглядел по пути сюда через окно. Которая должна была возвышаться с правой стороны многоуровневого, ступенчатого дворца.

— А куда делась башня? — от удивления забыл добавить приставку шифу и суффиксы вежливого обращения к вышестоящему лицу.

Янаби не стала меня поправлять или сердиться. Проследив за взглядом, сразу поняла о чём речь.

— Правая небесная башня находится в теневом мире. Как и левая. Разумеется, отсюда ты их не увидишь.

— Но зачем?

— А это чтобы у некоторых не возникало ненужных иллюзий и соблазнов, — туманно пояснила Янаби. — Не все Ханай являются проводниками, как и не все проводники относятся к Ханай. Кроме того, пустотников в этом мире хватает, а ещё встречаются артефакты, ритуалы, особые места позволяющие проникать в теневой мир даже неподготовленным дари. Другое дело, что толку от этого немного и их очень мало. Но, как говорится — безумец представляет угрозу для окружающих не тем, что у него в руках, а тем, что в голове. Пойдём. Видишь, нас уже встречают.

У крыльца нас действительно терпеливо поджидал пожилой кунан в чёрном тюрбане и своеобразной ливрее цветов древнего дома Ханай. Янаби поручила ему провести меня в яшмовую гостиную, а сама отправилась известить о нашем прибытии главу. Вновь пройдя через теневую дверь. Пришлось идти за чопорным слугой, преисполненным гордостью и важностью своего положения. Невозмутимого, как табуретка. Тоже ни одного слова не выжмешь.

В роскошно обставленной гостиной с паркетными полами, отделанной яшмовыми панелями стенами, резными деревянными решётками на окнах, ждать пришлось почти целый час. Подумал, неужели обо мне просто забыли? Тогда не обидятся ли, если уйду домой? О чём спросил того же кунан, обнаруженного прямо за дверью. Судя по его реакции, меня не так поняли. Я же не спрашивал, могу ли переспать с его женой на центральной площади во время празднования дня крепости семейных уз. Поскольку дари был воспитан лучше некоторых, то попросил подождать ещё совсем чуть-чуть. Якобы у них не всё готово. На что я польщённо попытался убедить, что не стоит ради меня идти на такие жертвы, как выращивание чайного листа с самого семячка до готового продукта. Я не обижусь и старым запасам. Местная копия хорошо загримированного Беримора, чья выдержка подверглась существенному испытанию, заверил, что он обо всём позаботится, а пока, не соблаговолю ли вернуться в гостиную? Пожалуйста. Не став добавлять — по хорошему.

Остаток времени любовался настоящими произведениями искусства, изумительными фигурками зверей, рыб и птиц, повсюду расставленных на специальных подставках. Вырезанных из полудрагоценных минералов, с невероятным вниманием к мельчайшим деталям, а также старинными, толстенными книгами, размером с альбомы для рисования. От нечего делать, несколько фигурок переставил местами, а две, слегка повернул носиками в разные стороны. Но так, чтобы не сразу заметили. Знаю, поступил несколько по-детски, зато в следующий раз меня уже не захотят мариновать в приёмной. На прошлой работе у нас так секретарша Леночка в декрет ушла, от постоянного сидельца, на которого у директора всё никак времени не находилось. Поскольку Леночка много чего знала, включая номера телефонов нужных людей, больше этого товарища у нас в конторе не видели. Как и Леночку.

Дождавшись появления лысого старика с длинной бородой, главы Ханай, напрягая куцые познания этикета, постарался поприветствовать его как положено. Без кривляний и шуточек. На что радушный хозяин попросил чувствовать себя как дома и даже выбрать, где посидим за чашечкой ароматного, цветочного чая. Здесь или же на свежем воздухе, среди зелени и птиц. Получив незамедлительный ответ, лично проводил меня в тенистый сад, где в окружении пышных растений с длинными листьями, высотой с человеческий рост, уже стоял круглый, плетёный столик и четыре удобных стула, расставленных строго по сторонам света. Где и правда повсюду летали маленькие птички с яркими, жёлто-зелёными перьями и звонкими голосами, радуя слух. Дышалось здесь легко, свежо, царила приятная прохлада.

Как и полагалось, первым почётное место занял хозяин дома, сев лицом на восток. Мне достался стул напротив. Мельком отметив наличие дополнительных предметов мебели, принялся ждать. Вот только вместо Янаби и ещё какого-нибудь старейшины к нам присоединились две молодые девушки, сёстры. Одна лет шестнадцати, пониже, а другая, на пару лет постарше, с более заметными глазу женственными формами. Одеты в подобия индийских сари. Не повседневную городскую одежду простодаринов, а нарядные, дорогие платья, в которых только по дворцам расхаживать. Та, что постарше и повыше, длинноволосая брюнетка, пришла в сине-голубом, многослойном шёлковом платье с узором на цветочную тематику, а помладше, в красно-оранжевом, однотонном, с оторочкой. Подойдя к главе, с лёгким поклоном девушки в унисон поздоровались.

— Явились мои хорошие. Молодцы. Давно вас не видел. Амина, садись справа от меня, а Бушра слева, — распорядился хозяин положения.

Аминой оказалась та, что в синем, а Бушрой, в красно-оранжевом. Что-то меня терзают смутные сомнения зачем они тут нужны. Не цены же на капусту обсуждать. Может, сказать ему, что я голубой? Но тогда не получится ли в следующий раз увидеть внуков вместо внучек. Нет уж, спасибо, обойдусь и этими. Надеюсь, они тоже обойдутся.

Всё тот же ливрейный слуга прикатил сервированный столик на колёсиках, с которого аккуратно расставил перед нами целый фарфоровый сервиз, состоящий из более чем дюжины предметов. Одних заварников с разными ручками и носиками насчитал три штуки. Вазочек с сушёными листьями и цветочками, ещё четыре. Потом последовали тарелочки с десертами, баночки с повидлом, мёдом, сладости, очищенные фрукты. Для полного комплекта не хватило только торта и свечек. Если попросят самому управиться с этим хозяйством, точно опозорюсь. К счастью, с нами оставался волшебник кунан, который с ловкостью опытного фокусника устроил всё в лучшем виде. Пока божественный напиток готовился, настаивался и процеживался, а дело это не быстрое, поймал на себе несколько косых девичьих взглядов. Полных любопытства и недоумения. Похоже, мы находились в одинаковом положении, не понимая, ради чего нас здесь собрали. Ну не может же быть всё настолько очевидным. А где второе, третье дно, признание, что они не те, кем кажутся. Где сакраментальное, — It’s a trap!

Всё это время предпочитал сохранять невозмутимое молчание, пытаясь сойти за умного. Девушки тоже вели себя сдержанно, даже сказал бы немного скованно и настороженно. Подозревая то же, что и я. Говорили мало, вежливо, не торопясь хватать со стола вкусности, терпеливо ожидая, пока глава не обозначит причину встречи. Боялись допустить ошибку. Наконец, когда слуга удалился и ритуал первой пробы действительно божественного напитка завершился, Бишар сын Дафира из древнего рода Ханай перешёл к делу.

— Амир, — кивнул мне как старому знакомому. — Позволь познакомить тебя с любимыми внучками. Амина и Бушра, дочери моего сына, господина клинков Ханай, Джабаля. Не самые послушные, прилежные и выдающиеся, — с улыбкой выдал рекомендацию, вызвавшую у старшей удивление и растерянность, а у младшей, недовольство и чувство вины. — Но всё же любимые. Девочки, мой сегодняшний гость довольно необычная личность. Представляю вам Амира из Шаль-Аллмара. Дари без прошлого, рождённого пламенем войны за паучий город. Кого другого оно могло бы сжечь или лишить всего, но его только закалило, придав блеск и остроту стального клинка. Если не возражаешь, я немного опишу твою ситуацию, так как это пригодится им в будущем, — испытывающее на меня посмотрел, за разрешением.

Жестом попросил продолжать, не обращая на меня внимание. Самому интересно, чего такого расскажет. Услышать о себе со стороны полезно, хоть и не всегда приятно.

— Итак, чем же примечателен Амир. Личной силы практически нет. Выжил только благодаря удачному стечению обстоятельств. Знаний и жизненного опыта тоже весьма немного. Из-за потери памяти на той войне он начал познавать наш мир всего менее месяца назад. В какой-то мере его можно считать маленьким ребёнком. Семьи, родни, дома, богатств, ничего нет. Прибыл в столицу вместе с толпой беженцев без ничего, в одной лишь одежде, что на нём была, да в сопровождении горстки случайно подобранных в разрушенном городе бесполезных, нищих кунан.

Девочки продолжали внимательно слушать, не расслабляясь, понимая, если бы не что-то ещё, меня бы здесь просто не было. Любящий дедушка оправдал ожидание.

— Однако, несмотря на нынешнюю слабость, мой гость отличается отменной храбростью и волей к победе. Сразившись в нескольких схватках с заведомо более сильным врагом, вышел из них победителем. Отсутствие богатств не мешает ему с каждым днём улучшать своё материальное положение. Отсутствие учителей, развиваться. Отсутствие родни, обзаводиться новыми связями и знакомствами. Словом, весьма целеустремлённый, находчивый дари. Но даже не это самое важное. Он чрезвычайно одарён Канаан. Амир безо всякой сторонней помощи заключил договор с одним из духовных хранителей древней родословной царства Пустоты. Породнившись со змеями, Пожирателями солнц.

Девушки были ошеломлены этой невероятной новостью, посмотрев на меня, как на какое-то диковинное чудовище. Не посмев поставить слова главы своего рода под сомнения. В отличие от меня, прекрасно понимая, насколько это потрясающее достижение. В глазах Бушры заметил появившуюся зависть, а у Амины восторг и обеспокоенность. Непонятно отчего. На этом Бишар и не подумал останавливаться. Глотнув чаю, продолжил как ни в чём не бывало прежним, ровным тоном.

— Казалось бы, при чём тут мы, Ханай? Однако нас объединяет то, что у парня проснулись ярко выраженные способности проводника.

«А почему я об этом не слышал?» — мысленно удивился, не став перебивать обманчиво безобидного дедушку.

— Амир, как думаешь, что они тебе дают? — всё же что-то прочитал по моему взгляду.

— Свободу, — предпочёл лаконичность.

Нечего гадать, если сейчас сам всё расскажет. Ответ старику определённо понравился.

— В том числе, — одобрительно кивнул. — Если же брать во внимание более приземлённые вещи, то обретение нового хранителя даёт право основать новый род. Для этого нужно обратиться в ближайший храм Канаан. Получить заключение об изменившейся родословной, её жизнеспособности, силе и потенциале. Пройти несложный ритуал признания священным, крылатым огненным древом. После чего тебя внесут в великую Книгу Рождения всех дари. Учитывая происхождение Пожирателей солнц, вероятнее всего, поместив эту запись в касту более высокого круга, нежели кундар. Как храм решит. Далее, получив статус основателя нового рода, можешь идти в городскую управу, подавать прошение на создание своего дома в Шаль-Сихья.

Тут он имел в виду нечто большее, чем разрешение на строительство какого-то здания. В эту тему не стал углубляться, упомянув о ней лишь поверхностно.

— В любом случае, тебе необходимо будет представиться братству проводников, членом которого ты стал с того момента, как пробудил в себе эту силу. Вот тут наши интересы и пересекаются, — подвёл к главному. — Скажу откровенно, Шаль-Сихья не нужен ещё один независимый, свободный дом проводников. В одной пещере две семьи тигров не уживутся.

Несмотря на недвусмысленную угрозу, Бишар по-прежнему тепло улыбался, чувствуя себя непринуждённо и расслабленно. Не опасаясь негативной реакции с моей стороны. Как будто она его мало волновала. Убедившись, что по этому поводу я не собираюсь ничего говорить, продолжил.

— Несмотря на это, как ни странно, Ханай невыгодно выгонять наших братьев проводников из Шаль-Сихья. У нас не самое многочисленное братство, играющее очень важную, ответственную роль в жизни всех дари. С которой никто другой просто не справится. Если не дай Канаан срочно возникнет нужда в большом количестве проводников, от которой будет зависеть безопасность и процветание целого города или войска, что тогда делать? Проигнорировать запрос? Работать на износ? Рисковать своими детьми? Разрываться на части, стремясь всё успеть? Страдать от бессмысленных сожалений? Выслушивать необоснованные обвинения? Поэтому, чем больше проводников собирается в одном месте, тем легче и спокойнее им живётся. Не приходится безостановочно носиться по дальним рубежам. Можно оказывать больше услуг, приобретая за это дополнительную поддержку, известность и уважение. Наша сила далеко не в армиях или невообразимых боевых способностях, а в приносимой пользе и единстве. Именно поэтому нам позволено чуть больше, чем остальным.

Прослушал краткую вводную часть, как хорошо быть ими. На очереди, как стать таким же. За скромную цену. Напоминает платные семинары от миллионера, как стать миллионером. Немного ускорим процесс.

— Всё это я понимаю, уважаемый глава. И какой же вы видите выход для второго тигра, что желает остаться в пещере? Вступить в ваше братство, не создавая отдельного рода?

— Почему же, создавай, — с лёгкостью разрешил. — Фруктовое дерево приносит намного больше пользы, чем отдельные плоды, — привёл другую аналогию. — Ханай гораздо выгоднее позволить вырастить то самое дерево, но в нашем саду. Моё предложение таково. Я хочу, чтобы твой будущий род, утверждённый храмом, вошёл в состав дома Ханай, — напрямую обозначил своё требование, а ничем иным оно не являлось. — Женишься на одной из моих внучек. Возглавишь боковую ветвь нашей большой семьи. Получишь всё то, о чём другие могли только мечтать. Власть, положение, богатство, влиятельную родню, — подстелил соломки, чтобы совсем уж не казаться злодеем. — Будешь жить во дворце, ни в чём не нуждаясь. А ещё получишь доступ в нашу семейную библиотеку. Со временем став одним из самых известных проводников Шаль-Сихья, — расписал, насколько прекрасно у меня всё будет под его началом.

Взяв дольку мандаринки, закинул в рот. Пока рассасывал, обдумал его слова. В этой редакции они мне сильно не нравились. Слишком уж всё привлекательно. В чём подвох? То, что Бишар не упомянул о минусах своего предложения, вовсе не означало, что их нет. Скорее недостатки из тех, о которых лучше не говорить до заключения контракта. Если, конечно, хочешь его заключить. Подозреваю, главный скрывается в вопросах подчинения. У Ханай всё же древний дом, а не благотворительный. Вот только, а могу ли я без последствий отказаться от этой сомнительной чести? Сомневаюсь. Не в суд же идти с заявлением, помогите, меня хотят насильно женить на богатой невесте и поселить во дворце. Только посмеются над дурачком. В этом городе Ханай один из столпов власти. Чтобы не сказал, скорее поверят им, чем мне.

Бишар не торопил с ответом, сосредоточившись на чаепитии. Ещё и девочкам попенял этот бородатый тролль, чего сидят, как неродные, ничего не берут? Если попки не отъедят, рожать-то как собираются? Ехидными вопросами отвлекая их внимание на себя, давая мне время на размышление.

Ну что же, сыграем в его игру по своим правилам. Ведь помимо грубой силы не стоило забывать ещё и о такой важной вещи, как необходимость. С этой стороны мои позиции выглядели повыше. В конце концов, кто кому больше нужен, я им, или они мне?

— Ваши слова сладки подобно мёду. Спасибо за столь высокую честь, — с радостью поблагодарил главу Ханай, возвращаясь к прерванной беседе. — Осталось только уточнить, цепь на месте выдадут, или с собой принести? — невинно поинтересовался.

— Зачем тебе цепь? — не понял Бишар.

— Ну как же, — изумился. — А чем будете приковывать к кровати? Без цепи никак нельзя. Я же убегу. Запретом меня не удержать, сами знаете. Правда, не совсем уверен и в её надёжности, — засомневался. — Вроде бы Шисса’ри может сожрать цепи вместе со всем, до чего дотянется. Чего ещё ожидать от этой бездонной, ненасытной, неуправляемой скотины? Сам порой его боюсь, — стыдливо признался, сделав акцент на последней части описания его достоинств. — Он и на невесту способен покуситься, морда усатая, — пожаловался с несчастным видом, играя в театре одного актёра.

По мере продолжения, улыбка главы Ханай становилась всё меньше и меньше. Девочки и вовсе сперва опешили, а после, Амина недовольно нахмурилась, а Бушра, напротив, развеселилась. Расслабленно потягивая чай, принялась с интересом меня разглядывать.

— Если обойтись без цепей, — развил свою мысль, — тогда я в ближайшее время спокойно покину этот город, поскольку слава охотника на тигров в тёмных пещерах меня ничуть не вдохновляет. Да и в Шаль-Сихья меня ничего не держит, — солгал с невинным видом.

— Тебе настолько не нравятся мои внучки? — наигранно обиделся добрый дедушка.

— Конечно же, нравятся, — даже не посмотрел на предмет обсуждения. — Именно поэтому и не предлагаю им отправиться со мной испытывать все тяготы и лишения блужданий по великой пустыни, — печально заверил, прикрываясь исключительно заботой об их благополучии.

Пусть только попробует поставить это в вину. Или уговорить взять их с собой. Охотно на это посмотрю.

— Разве тебе здесь так плохо? — сыграл бровью опечалившийся дедушка. — Считаешь, лучше бесследно сгинуть в песках, под палящим солнцем, нежели сидеть в тени, на берегу озера?

Намекнул, чем всё это может закончиться.

— День на свободе ценнее года в рабстве. Неужели древние Ханай думают иначе? — поставил простенькую ловушку.

— Кто говорил о рабстве? — удивился Бишар.

— То есть мои интересы тоже учитываются? — ответил тем же тоном, только эмоциональнее и громче. — Правда?

— И в чём же они? — глава Ханай предложил высказать мои требования, поняв, что с наскока, на одном авторитете и угрозах это дело так просто не решить.

Теперь главное не слишком наглеть, предлагая альтернативу. Иначе его угрозы вполне могут стать пророческими.

— Я хочу быть полноправным хозяином в собственном доме. Способным принимать самостоятельные решения, не завися от чьих-то капризов или перепадов настроения.

Перешёл на деловой, серьёзный тон обсуждения деталей, по-прежнему не обращая внимание на девушек. Если старик планировал, что они будут смущать, отвлекать или как-то влиять на мои действия, то глубоко заблуждался. Мне незачем на данном этапе пытаться им угодить или понравиться. Если хочу, чтобы со мной разговаривали, как с будущим главой рода, то и вести себя должен соответственно. Сугубо прагматично.

— Чтобы развеять опасения Ханай, готов заключить союзный договор, подкреплённый кровными связями. Для этого, в качестве старшей жены возьму одну из ваших внучек или дочерей. На ваше усмотрение. После того как у неё родится первенец, по достижению подходящего возраста он уйдёт в род Ханай, женившись или выйдя замуж, в зависимости от пола. За второго нашего ребёнка вы выдадите одного из своих, который перейдёт в род Амира из Шаль-Аллмара. Третий, если дойдёт и до этого, снова ваш. Далее, по той же схеме. Таким образом, где-то за пару-тройку поколений наши дома неразрывно свяжутся. Помимо этого, вместе с женой я готов принять в свой род ещё нескольких Ханай, один из которых получит позицию его хранителя или старейшины. Также, готов оказать поддержку ваших инициатив в братстве проводников, если потребуется мой голос, как главынезависимого дома. Взамен надеюсь на оказание дружеской помощи в его создании. Что скажете?

Взяв чашку с чаем Бишар показал, что настала его очередь думать. Хороший знак. Глядишь, до чего-нибудь и договоримся.

— Хм, а малышка Янаби была права, — неожиданно произнёс Бишар странную фразу.

За пять минут такие серьёзные вещи не решались, но за полчаса хотя бы основные вопросы обсудить успели, прежде чем начали ходить по кругу. За это время не раз ему намекал, что внешний союзник предпочтительнее внутреннего если не врага, то точно не помощника. Насильно мил не будешь, как у нас говорят. Конечно, Бишару проще было меня прибить, чем идти на какие-то значимые уступки, но в этом случае Ханай вообще никакой выгоды не получали. О чём тоже вежливо напомнил, дважды, продемонстрировав завидное упрямство в отстаивании собственных интересов. Напирая на логику. Убеждая, что так будет выгоднее, и это вовсе не мои детские капризы, а вполне осмысленная, обоснованная позиция. По-другому Бишар просто не воспринял бы её всерьёз. Договорившись уточнить детали будущего союза в следующий раз, сначала над ними нужно было хорошенько поразмыслить, разошлись относительно довольные друг другом. Думая об одном и том же. Как бы ловчее обмануть партнёра.

* * *

Спустя несколько минут после ухода Амира.

— Видели, каков фрукт? — восхищённо покачал головой Бишар. — Наглец. Как ловко вывернулся. А как разговаривал, будто с равным? Далеко пойдёт, если не закопают безлунной ночью где-нибудь за городом. Возможно, даже мы. И ведь это сойдёт ему с рук, вот что самое удивительное. Не просто отказал, а сделал встречное предложение, над которым теперь придётся думать. Что ему то разрешение, если он уже сейчас ведёт себя как глава маленького, независимого, гордого дома. С которым даже нам приходится считаться. Нет, ну каков наглец, а, — с удовольствием повторил ещё раз, словно пробуя это слово на вкус.

— Дедушка, мы правда позволим ему создать свой дом проводников? Здесь? Ещё и поддержим в этом? — удивилась Амина, внимательно глядя на главу, пытаясь прочитать его истинные намерения, а не эту показушную маску беззаботного, улыбчивого старичка.

— Ты что, куда-то отходила? Или выбирала, какой цвет туфелек подойдёт к новому платью? — вопросительно посмотрел на неё глава.

— Дедушка, а нам выгодно позволить ему создать свой дом проводников? — задала Бушра правильный вопрос, насмешливо стрельнув глазками в старшую, «любимую» сестричку.

Переиграв Амину её же словами. Вызвав ответный, предупреждающий взгляд. С оттенком угрозы.

— Молодец, заметила разницу, — Бишар поощрительно улыбнулся младшенькой, кивнув с одобрением.

Вызвав недовольство у старшей, плотно сжавшей губы.

— В том то и дело, Ханай нежелательно его принуждать силой. Зачем держать нелояльного, недовольного одарённого духом с сильным хранителем в собственном доме? На что Амир неоднократно намекал. Да, ещё и такого многообещающего. Проще уж заключить прочный союз, если решится вопрос с доверием. С другой стороны, что он тоже не обошёл стороной, сейчас об этом говорить ещё слишком рано. Между взрослым тигром и котёнком равноправные договора не заключаются. Поэтому, да, нам выгодно его усиление, если оно пойдёт на пользу и Ханай. О чём, потом, в нужный момент, ему можно будет напомнить. Предложение Амира выглядит вполне разумным. Меня приятно удивило, что он всё спорные моменты не только увидел, но и учёл. А уж какие слова подбирал, ух, не проигнорируешь и против него не повернёшь. Ох, непрост наш мальчик, совсем непрост, — задумался глава, прикрыв глаза.

— Понимаю. Значит, Ханай на самом деле выдадут ему одну из своих дочерей, чтобы привязать к нашему роду? — уточнила Амина, тщательно подбирая слова.

Пытаясь внести окончательную ясность в этот вопрос.

— К этому всё и идёт, — согласился Бишар. — Нам необходимо вливание свежей крови с родословной царства Пустоты. Богатство и территории величина непостоянная. Зачем их копить, если некому передать?

— Вы хотите поручить это мне? — спросила серьёзная Амина, продолжая внимательно смотреть на деда.

Перейдя на вежливый, официальный стиль общения. Сев прямо, сложив руки на коленях.

— Необязательно, — хитро улыбнулся Бишар. — Если не заметила, вас тут двое. Поэтому, вот моё решение. Одна из вас выйдет замуж на парня, у которого за спиной гуляет только ветер. Но, на которого я возлагаю большие надежды, — сделал важное замечание, с небольшой паузой после него. — Другая останется в роду и начнёт подготовку к получению статуса старейшины, когда наступит подходящее время. Став нашей опорой. Получив достаточно ресурсов для развития и право выбора мужа из других Ханай. Ах да, чуть не забыл. Насколько я знаю, в ближайшее время планируется обсуждение будущего брачного договора с древним родом Язид. Между одной из наших старших принцесс и их наследным принцем.

Посмотрел на напряжённо застывшую Амину, которая об этом прекрасно знала и готовилась, как самая вероятная кандидатка.

— Как же нам поступить? Вас двое, а предложений на одно больше, — показательно задумался глава, прикрыв глаза. — Какие же имена вписать в договора? Да и старейшины требуют быстрее определяться с их преемниками, которых готовить нужно заранее. Давайте поступим так, — оживился, будто только что придумал хорошую идею. — В этот раз позволим сделать выбор принимающим сторонам. Им же с вами потом мучиться всю оставшуюся жизнь, — жизнерадостно рассмеялся, погладив бороду. — Или мучить, если ни на что другое вы не сгодитесь. Если в течение двух сезонов я не получу от Амира и наследного принца Язид, а также одного из старейшин официальных писем с подтверждением своего выбора, то всё решит слепой жребий. Причём в мешочке будут лежать бумажки с перечнем всех холостых парней и доступных должностей в нашем доме. От самых никчёмных, до самых важных. Пусть Канаан распорядиться вашей судьбой, если сами не в состоянии её обуздать. Хорошенько подумайте, как будете уговаривать выбранную цель. Жалоб на ваши действия не потерплю, — его внушительный голос построжел. — От меня, родителей или рода помощи в этом вопросе не ждите. Докажите, на что вы способны. Оправдываете ли наши надежды и вложенные ресурсы. Причём, заметьте, в этих письмах может быть указано имя любой девушки из главной семьи Ханай. Необязательно Бушры или Амины, — ввёл дополнительное правило. — А теперь идите. Отсчёт времени начнётся с завтрашнего дня. Как говорил мой отец, кто первый, тому и ножка, остальным только крошки.

Спустя десять минут после ухода задумчивых, хмурых девушек, на их место сели Янаби и Джабаль.

— Отец, стоило ли так поступать? — с укоризной заметил сын.

— А как ещё узнать, что у них в голове, а не на лице? — уже без наигранного веселья, спокойно спросил Бишар. — Вот и посмотрим, чего там больше, глупости, амбиций, ума, хитрости, послушания или ответственности перед родом. Нужные кусочки головоломки я им дал. Что из них сложат, самому интересно посмотреть.

— Может, лучше было всё объяснить?

— Ага, разжевать и в рот положить, — с сарказмом. — Не проще ли сразу приказать кому куда собираться? Успеется. Итоговое решение всё равно нам принимать. Чтобы они там не думали. Я хочу увидеть, чем девочки руководствуются. К чему стремятся. Насколько далеко вперёд могут заглядывать. Не нужно ли менять нашу систему обучения, — терпеливо пояснил сыну, понимая его беспокойство о дочерях. — В последнее время слишком часто замечаю, как мои внуки хорошо видят настоящее, немного будущее и почти никто не оглядывается на прошлое. Когда первые голозадые Ханай, загорелые до черноты, носились по всей пустыне, пытаясь заработать хотя бы на глоток мутной воды. Мы стали теми, кем являемся, далеко не только потому, что несравненная Тин’адира одарила нас своим благословением. Она бы даже не обратила внимание на далёкого прародителя, не будь он тем ещё пронырливым сукиным сыном с крокодильей хваткой. Несгибаемым, как гора Киндар. А не благородным героем, описанным в семейном архиве. Из его открытой части, — уточнил с усмешкой, вспомнив те сборники сказок. — Вот и посмотрим, догадаются ли девочки, что Пожиратели солнца не прыгают в объятья первому встречному, спеша с ним породниться за красивые глазки и кусок колбасы. Они те ещё высокомерные, тщеславные твари, презирающие простых смертных. Поэтому в этом мире их и не видели вот уже несколько столетий. Или наши девочки будут подобно остальным детишкам из золотого свода родов мериться длиной поясов.

— Надеюсь, жёны им хоть что-то в головы залили, окромя воды. Иначе я в них сильно разочаруюсь, — тяжело вздохнул Джабаль, понимая правоту отца.

— Посмотрим. Ты на кого ставишь? На Амину или на Бушру? — Бишар обратился к беззаботно рассевшейся Янаби, с аппетитом трескающей мандаринки, одна за одной.

— На победительницу, — улыбнулась та, потянувшись за последней долькой.

* * *

Вернувшись домой, морально выжатый как лимон, повернувшись спиной, прямо в одежде рухнул на кровать. Накрыв лицо захваченным по пути влажным полотенцем, раскинул руки, представляя, что помер и больше ни о чём не нужно думать. Заглянувшая в мою комнату Дехи с интересом оглядела живописную композицию.

— Господин, сильно устали? — проявила участие. — Может вам принести чаю? Или разжечь курильницу с благовониями. Это хорошо помогает снять напряжение.

— Спасибо, чаю я уже напился. Больше не хочу. Разве только под водочку. Да побольше. Но, без заварки, сладостей и воды.

— Что, простите? — обескураженно переспросила Дехи.

— Ничего. Забудь. Голова плохо соображает, немного заговариваюсь.

— Тогда я пойду. Не буду мешать вашему отдыху.

— Постой, — приподняв край полотенца, взглянул из-под него на Дехи.

Задумался, «обрадовать» её сейчас или попозже.

— Не помнишь, когда там истекает испытательный срок? Надеюсь, ты уже передумала приносить мне клятву верности, признавая своим господином? Не хочешь уйти? Золота дам, письмо рекомендательное напишу, если нужно, окажу другую помощь. На улице точно не оставлю.

Дехи растерялась, не понимая, с чего вдруг об этом вспомнил. Вроде всё хорошо, дела наладились и тут такое.

— Господин, я в чём-то провинилась? Вы мной недовольны? — забеспокоилась.

— Не в этом дело. К тебе претензий нет, — честно признал. — На данный момент. Однако грядут неожиданные перемены. Мне навязывают брак по расчёту. Предварительные переговоры только что закончились. Причём на нём настаивают те, кому отказать крайне сложно. Родственники невесты уже давят, — недовольно поморщился, — требуя не затягивать с объявлением даты церемонии. Учитывая, что слуги традиционно находятся в ведении жены, не уверен, что с того момента смогу и дальше на тебя рассчитывать. Вероятнее всего, супруга натащит в дом своих доверенных кунан, расставив их на ключевые места. Тебя попытается или подвинуть, или сожрать, или перевербовать. Вот и думаю, чью сторону занять? Твою, её или свою. Что скажешь? Помнишь ли о чём мы договаривались в Шаль-Аллмара? В силе ли те обещания?

Напомнил о её словах поддерживать меня, а не жену, в случае конфликта интересов. Следить за ней, хранить секреты, помогать в разного рода неофициальных делах. Не знаю, любовниц водить. Не придумал ещё… как.

С серьёзным выражением лица Дехи почтительно поклонилась.

— Я верна своему слову и своему господину. Первому, среди равных, — торжественно подтвердила.

Мне понравилось то, что ответила прежде, чем узнала о происхождении жены. Поставим ей плюсик в личное дело. Верность всегда должна цениться.

— Хорошо. Постараюсь не дать тебя в обиду. Хотя, кто бы меня самого защитил, — с тяжёлым вздохом опустил полотенце на прежнее место. — Нужно будет начинать искать вторую жену, как управу на первую. Потом третью, для сдерживания второй. Думаю, где-то на пятой-шестой, самой здоровенной и злобной, они обо всём догадаются. Объединятся против общего врага и загнав в угол, наконец, воплотят свои нереализованные эротические фантазии. Совершив групповое избиение похотливого кобеля по предварительному сговору. Вот тогда-то мне и пригодится твоя помощь. Будешь делать перевязки и поить компотом через трубочку. Только ради этого буду держать рядом, прикрывая от них всех. Эти стервы как пить дать, либо отравят, либо напичкают слабительным. Чтобы не расслаблялся. Надеюсь, компот варить умеешь? — спросил с подозрением в голосе.

По мере полёта моей больной фантазии брови Дехи поднимались всё выше, а уголки губ растягивались всё шире.

— Не сомневайтесь господин. Сварю лучший из возможных, по рецепту вашей старшей жены, — догадалась, что я так шутил. — Могу ли узнать, книгу противоядий какого рода мне начинать учить?

— Бойся Ханайцев, дары приносящих, — немного подправил известную фразу. — Древний род, шифу Ханай, — предупредил уже более серьёзным тоном, чтобы не возникло недоразумений.

Дехи шокировала эта новость, вышедшая за пределы её самых смелых ожиданий. Однако вместе с восторгом пришёл и страх. Род повелителей, это не какая-нибудь мелкопоместная мелочь. Им служили только лучшие, с безупречной репутацией. К слугам предъявлялись очень высокие требования, которым соответствовали и наказания за оплошности. Дехи словно наяву почувствовала незримое давление ответственности и завышенных ожиданий, заранее лёгшее на её плечи. Опуская их вниз. Она отдавала себе отчёт, что девочка из бывшей прислуги торговцев никак неровня родовым слугам повелителей. К которым наверняка привыкла будущая хозяйка. Наверняка, эгоистичная стерва, привыкшая получать всё, чего пожелает. Хотя рискнуть и подняться на упомянутый уровень ей очень даже хотелось. Представляя, как тогда на неё начнут смотреть другие кунан. Какие красоты тогда откроются перед ней с этих горных вершин. С которых так легко оступиться и высоко падать. Словом, мышка задумчиво глядела на кактус, прикидывая — так пойдёт, или всё же лучше сходить за ложкой и платочком.

— Можешь так сильно не напрягаться, — решил успокоить взволнованную, трепетную лань, то есть кунан, догадываясь, о чём подумала. — В собственном доме от жены уж как-нибудь отобьёмся. В крайнем случае забаррикадируемся на кухне. Ханай дали своё разрешение на его основание, — несколько поторопил события. — Завтра схожу в городскую управу, пока не передумали. Узнай, как туда пройти, а заодно и до ближайшего храма Канаан.

— Я вас не подведу, — с жаром заявила окрылённая Дехи с горящим взглядом и гордо расправленными плечами.

— Невесте то же самое не забудь сказать. Один в один, как сейчас. С пылом, верой в доброе, светлое, сказочное. Теперь оставь меня. Господин изволит думать о вечном и недостижимом. Об отдыхе.

Как читатели оценили книгу

Оценки — из 10 · 0 оценок
10 0
9 0
8 0
7 0
6 0
5 0
4 0
3 0
2 0
1 0
На полках читателей
Читаю 0
Хочу прочитать 0
Прочитано 0
Не дочитал 0
Недописано 0
Чёрный список 0
В избранном 0

Скачать книгу «Ветер стихий 3» бесплатно

Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрации

Отзывы и комментарии

Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает

Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.

Подборки с этой книгой

Все подборки
Подборки по настроению, жанрам и любимым авторам появятся здесь, когда вы долистаете до этого места.