Росомаха. Том 7

Карточка книги Пишется
Серия
«РОС: Росомаха»книга 7 из 8
21глав
≈ 152страниц
393 тыс.знаков
Русскийязык
01.10.2026добавлена
1просмотров

Мои полки: отметьте книгу — и она найдётся в вашем профиле.

—
оценок пока нет — ваша будет первой
Ваша оценка

О книге

– Это я тут Бог! – фыркнуло странное существо. – И не вздумай звать меня существом! Жить хочешь? Тогда задолжаешь.

– А чем заплатить-то? – поинтересовался я.

– Тем, что выживешь! Будешь жить и выпутываться, напастей навалится, – рыкнул он. – И станешь поклоняться. Росомаха, едва народилась, тьху, блин. Да, и я с тобой в нагрузку как твой бог, ещё и одарю, понял?

Начало книги

Глава 1

Глава 1

От автора: Этоседьмой том! Начало здесь:https://author.today/work/469671

Туман не успел уйти с полей. Он висел клочьями над канавами и забивался в щели между домами. Я спустился со стены, зацепился сапогом за обломок доски и только тогда понял, насколько тяжёлым стало тело. Удар Старшего продолжал ходить по костям глухой дрожью. Адамантий остывал медленно. Чужое воздействие уже отступило, но оставило за собой ощущение присутствия, от которого хотелось постоянно проверять спину.

Во дворе никто не ждал моего осмотра. Женщины носили воду, охотники стягивали ремнями доски на воротах, возле конюшни двое мужчин спорили, куда положить раненых. В каменной кладке чернели серые трещины. Я ткнул пальцем в одну из них. Крошка осыпалась на сапог.

У ворот толпились люди. Серый плащ лежал там, где рухнуло воплощение. Ткань слегка вздрагивала, будто под ней сохранилось дыхание. Двое охотников наклонились ближе. Один потянулся рукой.

— Убери руку, — рявкнул я.

Он отпрянул. Толпа разошлась, пропуская меня к плащу. Из складок поднимался тонкий пар, а под тканью двигалась тёмная масса, оставшаяся вместо тела.

— Это не одежда, — бросил я. — Остаток воплощения. Прикоснётесь, принесёте чужую волю в дом.

— Так убрать бы его, ваше благородие, — подал голос кто-то за спиной. — Сжечь, и дело с концом.

— Огонь здесь не поможет, — отозвался я. — Он не возьмёт остаток, зато дым разнесёт его по деревне. Оставьте плащ. Если тьма сама не уйдёт, разберусь.

— А если не уйдёт? — донеслось из толпы.

— Тогда я решу, что делать. Поставьте двух охотников и никого не подпускайте ближе десяти шагов.

Двое мужчин молча заняли места по сторонам от плаща. Остальные заговорили вполголоса, но спорить не стали. Я оставил их у ворот и пошёл к раненым.

Инга стояла на коленях возле охотника с разбитой головой. Лёд на её пальцах таял и стекал по виску розовой водой. Рядом лежали ещё трое. Один дышал часто и мелко, двое не двигались.

— Как он? — спросил я, опускаясь рядом.

— Переживёт, — отозвалась Инга, продолжая держать ладони над раной. — Череп цел. Но уши… Кровь идёт у половины раненых. Этот крик прошёл не через воздух.

Я помнил, как люди падали на стенах и зажимали уши. Кровь стекала по его щеке и капала на камень. За стеной ещё гудело чужое право, и камень под сапогами мелко дрожал. От каждого нового звука на стене охотник вздрагивал, хотя глаз уже не открывал.

— Сколько людей досталось? — спросил я.

— Двадцать семь, — Инга потёрла запястьем мокрый лоб. — Четверо могут не дожить до вечера. Бинты кончаются. Обезболивающее тоже. Я отправила к Василию, но он запер кладовую.

— Самовольно?

— Сказал, что без твоего слова не имеет права трогать родовой запас.

Я поднялся. Внутри на секунду стало тесно от злости, но людей вокруг было слишком много, чтобы тратить её на крик. Василий не прятал лекарства. Он прятался за распоряжением, потому что боялся ошибиться.

— Я с ним поговорю. Ты забираешь тяжёлых в дом. Остальных разнесите по постам. Если кто-то ещё упадёт, зовите меня сразу.

— Не заставляй меня искать тебя по всему двору, — буркнула Инга и снова накрыла ладонями рану.

Я пошёл вдоль ворот. Серые трещины тянулись вверх, и в глубине каждой двигалась тёмная взвесь. Она не жила сама, но продолжала держаться за камень.

Когти вышли. Я коснулся ближайшего следа. Металл зашипел, тьма втянулась в кладку и пропала. На месте остался резкий запах озона и приторной гнили, как от яблок, забытых в тёплом подвале.

— Не трогай, — предупредил Росс.

Он стоял на стене, навалившись грудью на камень. Золотые полосы на морде почти погасли. Шерсть лежала клочьями, будто бог действительно не спал несколько суток.

— Почему? — я убрал когти.

— Потому что ты закрыл след, а не убрал его, — отозвался Росс. — Теперь он уйдёт глубже.

— И что с ним делать?

— Ничего. Сам рассосётся. Или не рассосётся.

Росс спрыгнул на площадь и мягко приземлился рядом.

— Тебя беспокоит не плащ, — добавил он. — Ты не убил Старшего.

Я посмотрел на серую ткань. После исчезновения света под капюшоном не осталось тела, но это не походило на победу. Я разрезал оболочку и повредил связь. Существо ушло туда, где когти его не достали.

— Я уничтожил воплощение, — произнёс я. — Истинное тело осталось.

— Именно. И для пантеона это хуже смерти. Мёртвого можно забыть. Раненого приходится помнить. Теперь все знают, что смертный способен задеть основание божественной власти.

Росс прошёл вдоль ворот. Его когти оставили на камне неглубокие борозды.

— Они не простят этого, — продолжил он. — Ни тебе, ни мне.

На площади люди переносили раненых. Кто-то плакал, кто-то ругался, кто-то сидел у стены с пустым взглядом. Я отказался отдавать металл, а цену заплатили они.

— Андрей, — позвал Росс.

Я обернулся.

— Ты чувствуешь адамантий?

— Чувствую.

— Он остывает, но внутри остался чужой приказ. Металл не потерял тебя. И ты ещё не потерял металл.

Адамантий действительно был тёплым. Тепло жило в рёбрах, позвоночнике и костях рук. Оно пульсировало без связи с сердцем, как заноза, до которой не добраться пальцами.

К нам подбежала Алиска. В уменьшенном облике она помещалась у меня на плече. Шерсть стояла дыбом, маленькие лапы дрожали. Она прижалась к шее и втянула воздух.

— Пап, ты пахнешь серым, — прошептала она.

— Где?

Алиска понюхала когти.

— Здесь. И ещё здесь. Это не твой запах.

Росс подошёл ближе. Его уши прижались к голове.

— Метка добычи, — пробормотал бог. — Он успел поставить её перед уходом.

— Что она делает?

— Показывает тебя тем, кто умеет читать такие следы. Обычной магией её не снять. Это не заклинание, а объявленное право. Старший назвал тебя своей добычей, и мир это запомнил.

— Значит, я разрежу право.

— Потом. Сначала люди.

Когти вышли сами. Алиска спрыгнула на землю. Я посмотрел на площадь. Раненых оказалось больше, чем видел в первые минуты. Люди ждали приказа, а стены требовали ремонта.

— Бродислав!

Брат вышел из-за угла, таща на плече бревно. На лице у него была сажа, рубаха разошлась по груди, открыв старый шрам от ключицы до рёбер.

— Здесь, — отозвался он, сбрасывая бревно.

— Собери раненых и проверь, все ли на месте.

— Уже проверил. Двоих не хватает.

— Кого?

— Восточного сторожа нашли мёртвым. Ещё пропал мальчишка, который носил воду.

Перед глазами возникло ведро, расплескавшееся по брусчатке. Мальчишка бегал с ним весь вечер и ругался, когда взрослые наступали в лужи.

— Возьми Илью и Лёху. Обыщите деревню до темноты.

Бродислав кивнул и ушёл.

— Что ещё мне знать? — обратился я к Россу.

Бог сел на камень и обвил хвостом лапы.

— Они придут. Сначала мелкие. Потом старшие. Ты ранил одного из них, и теперь каждый, кто считает себя сильным, захочет проверить твои кости.

— Пусть приходят.

— Ты опять говоришь о драке. Я говорю о людях. Ты должен решить, как будешь защищать тех, кто живёт за этими стенами.

Я оглядел площадь. Он не ошибался. Ждать удара, надеясь успеть ответить, годилось на арене. Здесь за моей спиной стояли дети, рабочие и люди, которые не умели отличать божественное право от обычной клятвы.

— Сначала разберусь с меткой, — произнёс я. — Потом решу, как встречать охоту.

— Тогда начнём с метки.

Росс положил лапу мне на грудь. Его сила коснулась адамантия. В ответ металл отозвался глухим звоном, прошедшим по рёбрам и позвоночнику.

— Закрой глаза и смотри.

Я подчинился. Обычный двор исчез. Под камнем, воздухом и кожей раскрылась другая структура.

Сила была первой. Грубая, тяжёлая, текущая через землю, стены и человеческие тела. Связь лежала поверх неё тонкими нитями. Она соединяла дом с фундаментом, человека с клятвой, бога с паствой. Третий слой был правом. Печатью поверх остальных двух. Он решал, кто может назвать вещь своей.

— Видишь? — спросил Росс.

— Да.

— Сила, связь и право. Твои когти способны резать каждый слой. Пока ты работаешь вслепую, ошибка ударит не по врагу.

Я открыл глаза. Двор снова стал обычным, но прежним уже не казался.

— Метка сидит в праве, — продолжил Росс. — Разрежешь соседний слой, повредишь связь с родом или с Алиской. Заденешь силу, разрежешь самого себя.

Алиска смотрела на меня с плеча.

— Я научусь, — произнёс я.

— Научишься. Но не сегодня. Сегодня тебя ждут раненые.

До вечера я не выпускал когтей. Таскал воду, помогал лекарям, подпирал стены и проверял посты. Людям я повторял одну фразу: мы выстояли и выстоим снова. Сам я в ней не был уверен, но людям нужна была не моя уверенность, а понятный голос.

Вода в колодце отдавала железом. На поверхности плавала мутная плёнка. Женщины кипятили воду на костре прямо посреди площади, и дым смешивался с гарью от разрушенных ворот.

Василия я нашёл у кладовой. Он перебирал ключи и дважды ронял связку на землю.

— Ваше благородие, — зачастил он. — Я всё открою. Только скажите, что именно…

— Бинты, обезболивающее, чистую ткань. Всё, что найдёшь, отдай лекарям, — приказал я.

Василий сжал ключи в кулаке.

— Но запасы родовые. Их берегли на чёрный день.

— Он уже пришёл.

Ключ дважды скользнул в замке. Василий выругался себе под нос, снова вставил его и наконец распахнул дверь. Внутри пахло сушёными травами, старой пылью и железом.

— Слушай внимательно, — произнёс я у него за плечом. — Если Инга просит лекарство для раненых, ты не ждёшь моего приказа. Открываешь кладовую. За последствия отвечу я.

— Понял, ваше благородие, — выдохнул Василий.

Я хлопнул его по плечу и пошёл к колодцу.

Иван стоял у каменного борта. Две женщины держали пустые вёдра и не решались подойти к воде.

— Железом отдаёт, — произнёс Иван. — Вчера такого не было.

— Сырую не пить. Кипятите каждое ведро.

Он повернулся ко мне. Под рубахой, над сердцем, проступала красная метка.

— Люди заметили, — добавил Иван. — У каждого, кто присягал роду, такой след. Один мальчишка пытался оттереть его песком. Кожа содралась, а ожог остался.

Надпись в небе уже работала. Внешний хозяин тянулся к людям через старую клятву и не нуждался в новом нападении.

— К вечеру собери всех, кто может ходить, — распорядился я. — Расскажу, что знаю.

— Не будешь смягчать?

— Нет.

Иван кивнул, взял ведро и пошёл к костру.

К полудню во дворе стало возможным пройти, не наступив на окровавленную тряпку или обломок доски. Раненых разнесли по домам, ворота подперли свежими брёвнами. Бродислав вернулся вместе с Ильёй и Лёхой. Между ними шёл мальчишка. Он был бледным, под носом засохла кровь.

— Под амбаром сидел, — бросил Бродислав. — Вылезать не хотел.

Мальчишка держался за рукав Ильи обеими руками. Я присел перед ним, но он отступил, спрятавшись за чужое плечо.

— Что он видел? — спросил я.

— Серый плащ, — отозвался Бродислав. — Тот посмотрел на него. Потом упал, и под капюшоном ничего не осталось.

— Оставь его в покое, — продолжил брат, заметив мой взгляд. — Он не просто испугался. Слушай.

Мальчишка шевелил губами. Сначала я не разобрал слов. Потом услышал:

— Он меня видел. Он меня видел, и теперь я его вижу.

Я велел отнести его к лекарям и поставить рядом взрослого охранника. На стенах расставил посты. У каждых ворот оставил по двое охотников, на углах приказал держать сигнальные рога. Людей было мало. Если придут боги, рога не остановят даже первого удара. Но пока людям требовалась работа, а мне, чтобы никто не бросил пост раньше времени.

На западной стене я задержался дольше, чем собирался. За лесом темнела дорога, по которой утром ушёл Старший. Следов не было, но стоило перевести взгляд туда, как адамантий холодел в рёбрах.

Память принесла не одну картину, а тяжёлый ком. Логан. Долгие войны, белая лампа над столом, ремни на запястьях, металл, входящий в кости под чужими руками. Я не вспоминал это специально. Оно просто оказалось рядом, как запах дыма на одежде после пожара. Из-за этой жизни боги теперь считали меня запасом металла, который случайно научился ходить.

— Снова он? — спросила Алиска.

Она сидела на парапете и болтала лапами над двором.

— Кто?

— Тот, кем ты был до Андрея.

Я посмотрел на неё.

— Чем выдала?

Алиска шевельнула носом.

— Запах меняется. Когда думаешь о нём, ты становишься тяжёлым. Потом опять становишься собой.

— Я всегда возвращаюсь.

Она спрыгнула мне на плечо и ткнулась лбом в щёку.

— Знаю. Поэтому и сижу рядом.

Солнце коснулось верхушек деревьев. На площади начали собираться рабочие, охотники, женщины с детьми, старики и переселенцы. Они стояли тесно, ожидая, что я скажу. Я спустился со стены и поднялся на каменный приступок у ворот.

— Скажу коротко, — начал я. — То, что произошло ночью, повторится. За мной придут. Не люди. Боги.

Толпа загудела. Кто-то схватился за оберег, кто-то зашептал молитву Россу. Я поднял руку, и шум постепенно стих.

— Им нужен металл в моих костях. Достать его напрямую они пока не могут. Поэтому будут идти через ваши имена, клятвы и веру. Я не стану делать вид, что могу защитить каждого.

Никто не перебил.

— Кто хочет уйти, уходите сейчас. Клятву сниму. Землю и заработанное не отберу. Никого не стану преследовать. Но оставшимся нужно понимать: будет тяжело, и часть людей может не вернуться домой.

Из толпы вышел Иван. Он повернулся к людям и задрал рубаху. Над сердцем горела метка.

— Вот что горит у каждого, — произнёс он. — Я не знаю, кто её поставил и зачем. Зато знаю, что этот человек вытащил нас из землянок, дал работу, дома и еду. За всё время он ни разу не спросил, откуда мы пришли.

Иван посмотрел на меня.

— Я остаюсь. Мои люди тоже.

За ним вышел рабочий с фабрики, потом охотник, потом женщина с ребёнком. Люди начали называть имена. Кто-то говорил громко, кто-то почти шёпотом, но никто не прятался за спины соседей.

Когда площадь снова стихла, я поднял голос.

— Завтра укрепляем стены, проверяем запасы и оружие. Никто не принимает от чужих богов бумаги, подарки и клятвы. Даже если вам обещают бессмертие.

— А если предложат спасти ребёнка? — крикнули из середины толпы.

— Сначала зовите меня. Решим вместе.

Люди разошлись не сразу. Последние уходили, оглядываясь на стены и серую надпись в небе.

Росс подошёл, когда площадь почти опустела, и сел рядом со мной на приступок.

— Ты сказал им правду, — произнёс бог.

— Я сказал то, что им нужно знать.

— Для смертного, который собирается воевать с богами, ты слишком честный.

— Для бога, который собирается спорить с пантеоном, ты слишком спокоен.

Росс хмыкнул.

— Что будет после третьего заката? — спросил я.

— Придут сначала те, кто действует раньше старших. Потом сами старшие.

— И что мне делать?

— Выжить. Не дать им забрать то, что считаешь своим.

Когти вышли из костей. В угасающем свете они блеснули тусклым серебром.

— Я не отдам.

— Знаю.

Росс направился к воротам. Я остался на приступке, пока надпись не потускнела вместе с закатом. Три дня на подготовку к войне, которую я не выбирал, но больше не мог обойти.

Адамантий остыл. Вместе с ним ушёл горячий привкус злости, оставив ясное, холодное решение.

— Андрей, — окликнул Росс.

Он стоял у ворот и смотрел на красное небо над лесом.

— Что?

— Ты должен выбрать. Сейчас.

— Между чем и чем?

— Бродислав предлагал увезти тебя в пустую изнанку. Принять охоту на себя и не дать богам добраться до людей.

— Нет.

Росс повернул морду.

— Почему?

— Если уйду, они начнут вытаскивать меня через тех, кто связан с родом. Через Ивана, охотников и детей в деревне. Я их не оставлю.

Бог долго молчал, потом кивнул.

— Я знал, что ты так ответишь. Но мне требовалось услышать это от тебя.

— Зачем?

— Чтобы ты произнёс решение вслух. При свидетелях.

Я оглянулся. Несколько людей ещё стояли у стен и делали вид, что заняты своими делами.

— Хитрый ты зверь.

— Я бог, — усмехнулся Росс. — Разница небольшая.

Воздух над поместьем сгустился. Я поднял голову.

Имена вспыхнули одновременно. Сотни точек зажглись в деревне, на фабрике и в форте. Каждая нить тянулась к людям, которые когда-либо приносили клятву Росомахиным. Чужая воля проходила по ним, как пальцы по натянутой струне.

Над поместьем проступила новая надпись. Серебряные буквы висели ровно, без свечения и мерцания.

«Выдать носителя адамантия до третьего заката».

Люди замерли. Кто-то вскрикнул, кто-то схватился за оберег. Я прочёл приказ ещё раз. Адамантий в костях снова похолодел.

— Началось, — тихо произнёс Росс.

— Да, — отозвался я и выпустил когти. — Началось.

Когти вышли до упора. Я посмотрел на надпись, на вспыхнувшие имена и на людей, ждавших моего решения.

Выбора больше не было. Оставалось драться. Я собирался драться до конца.

Как читатели оценили книгу

Оценки — из 10 · 0 оценок
10 0
9 0
8 0
7 0
6 0
5 0
4 0
3 0
2 0
1 0
На полках читателей
Читаю 0
Хочу прочитать 0
Прочитано 0
Не дочитал 0
Недописано 0
Чёрный список 0
В избранном 0

Скачать книгу «Росомаха. Том 7» бесплатно

Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрации

Отзывы и комментарии

Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает

Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.

Подборки с этой книгой

Все подборки
Подборки по настроению, жанрам и любимым авторам появятся здесь, когда вы долистаете до этого места.