Наследник Темного дара
- Авторы
- Владислав Гримм, Сергей Каспаров
- Серия
- «Наследник темного дара»
О книге
Я возвращал безвинных к жизни, а недругов лишал существования.
И погиб, вытаскивая малышку из заложниц.
Но позже пришёл в себя на собственной церемонии прощания!
Ныне я — наследник номер два князя Покровского, могущественнейшего мага Империи.
Однако родитель не рад такому обороту.
Он убеждён в моей никчёмности. Но это заблуждение.
Настанет час — и мой Дар проявит себя. Тогда за мной начнут охотиться. В реальности, где главенствует Свет, Тьму не потерпят.
Начало книги
Глава 1
Глава 1
— У нас приказ стрелять на поражение. Этот псих отказывается идти на переговоры, — командир гвардии, полковник Никулин, осмотрел нас, — приготовиться к бою.
— Это мы любим, — улыбнулся Колян, дослал патрон в винтовки и поцеловал приклад.
Он всегда так делал. Даже если эта фраза была не в тему разговора, все равно говорил ее и выполнял свой ритуал. Заговор на удачу. Суеверие, в котором он никогда не признается.
— М-да… — покачал головой сидящий напротив Коляна Витяй.
Все как всегда. Если выжил в одном бою, то перед следующим инстинктивно пытаешься повторить все, что было в том. Каждое слово или действие. Каждый шаг до боя кажется значимым. И пусть это самовнушение, но в нашей работе у нас нет ничего, кроме удачи и навыков. И удача всегда на первом месте.
Грузовик приближался к месту назначения под вой сирен.
— Собрались! Готовность минута! — заорал капитан.
Мы уже подъезжаем. Никакого мандража у меня не было. Да и откуда ему взяться? Это всего лишь очередной псих с винтовкой. Не боевое подразделение, засевшее по всем правилам военного искусства высоко в горах, не вражеский штаб далеко за линией фронта и даже не группа ублюдков, взявших в заложники женщин и детей.
Это просто псих с винтовкой. Почему же у меня такое дурное предчувствие?
— Работаем! — раздался приказ.
Он сработал, словно спусковой крючок, выстрелив нами из машины в залитый солнцем город.
Первая задача — обеспечить контроль за входами и выходами объекта.
Заняв позицию перед домом и контролируя окна, я доложил по радиосвязи и стал ожидать дальнейших команд.
— Товарищ полковник, есть новые вводные или работаем так? — сзади раздался голос командира группы, лейтенанта Дурова.
— У него один ствол, патронов непонятно сколько, но скорее всего, мало. Он сначала активно стрелял в воздух, но сейчас притих. Экономит, — в рации раздался голос полковника Сатковского, начальника аналитической группы.
— В доме точно никого больше нет? — переспросил Дуров.
— Родители девочки сказали, что оставили её одну на полчаса, пока ездили за покупками в магазин. Они где-то там рядом трутся, не хотят уходить.
Позади, метрах в тридцати, я и правда видел мужчину и женщину. Белые как мел. Женщина, замершая в одном положении, с растрепанными волосами. Она прикрывала лицо руками, громко рыдая в объятиях мужа.
Позади раздались шаги Дурова.
— Бойцы, вы знаете, что делать. Тихий, твой выход.
Приказ отдан, значит, выполняем. Я всегда славился своими бесшумными шагами. За это мне и дали позывной «Тихий». А моя работа — это в первую очередь разведка.
— Альфа, вижу его. Стоит посреди кухни, девочку держит за шею, не выпускает, — в гарнитуре послышался голос Чеса.
Альфа — это позывной лейтенанта Дурова.
— Альфа на связи. Принято. Кто-нибудь видит максимально неочевидный вход в дом? — спросил лейтенант.
Он отдаст приказ проникнуть в дом без шума. Это наша любимая техника устранения противника: забраться туда, где противник не ожидает нас увидеть, и устранить, как только представится возможность.
— Альфа, я Тихий. Вижу открытое окно на втором этаже с заднего двора, — доложил я.
— Действуй. Гоблин, давай-ка тоже, начинай работать, — раздался голос лейтенанта.
Мы понимали друг друга с полуслова. Всё-таки, когда ты бок о бок по десять часов в день, шесть дней в неделю с человеком в тесном рабочем процессе, ментальная связь усиливается и уже не нужно много говорить, чтобы понять друг друга. Альфа понял Тихого, Гоблин понял Альфу.
Кстати, не знаю, почему Рому Патрушева прозвали гоблином. Он и не низкий, и не зелёный. Сам рассказывал, что со школы закрепилось за ним это прозвище, вот он и взял его позывным. «Привычно» — сказал он тогда.
Пригнувшись, Гоблин обежал дом справа и подошёл ко мне. Он отцепил со спины специальную лестницу, которая в сложенном состоянии спокойно помещалась в небольшой рюкзак, и нажал на кнопку. Лестница трансформировалась в большую трёхметровую. Очень тонкая и лёгкая — специальная разработка армии именно для таких отрядов, как наш.
У каждого взвода было название. Например, в нашем городе был один такой элитный отряд, и назывались мы «Кондор». К неймингу у меня всегда были вопросы, но ничего против этой величественной птицы я не имел. Кондор так Кондор.
Гоблин приставил лестницу к стене дома рядом с окном. Я пулей взобрался наверх и прошмыгнул в окно. На втором этаже тишина. Но вот скрип паркета мог меня запросто выдать.
— Альфа, второй этаж пуст. Продвигаюсь дальше, — доложил я, аккуратно двигаясь к выходу из спальной комнаты, дверь которой была открыта.
— Говорит Фокстрот. Вижу цель. Заставил девочку сварить ему кофе. Не отпускает её ни на шаг. Держит за воротник, — сообщил Витя.
Хорошо, они ещё на кухне. Благо лестница вниз была крепкой, хоть и деревянной. Не скрипела.
Когда спустился на один пролёт вниз и развернулся на сто восемьдесят градусов, оставалось ещё десять ступенек. Кухня была в конце коридора, и дверь туда я уже видел. Медленно двинулся вниз. Повезло, что дом строили люди с деньгами, и на первом этаже вместо паркета лежал мрамор. Идеальная поверхность для того, чтобы двигаться без лишнего шума.
Я прошёл к слегка приоткрытой двери кухни. Этот урод стоял спиной к двери. Я просунул ствол автомата между дверью и косяком и прицелился. Один выстрел в голову и всё будет решено. Но где заложник?
Не опуская оружие, взялся за тангенту рации.
Два постукивания по микрофону — противник обнаружен. Еще три — не вижу заложника.
В моем ухе наушник. И я жду точного приказа от Дурова. Либо действую сам, либо он отдает команду на штурм.
Но я не вижу заложницу. А еще я здесь слишком долго торчу. Однако контролировать психа нужно.
— Тихий, жди нас. Как принял? — раздался голос командира в гарнитуре.
Я зажал кнопку передачи и щелкнул один раз по микрофону.
Затем перевел рацию в режим распознавания голоса. Если вдруг псих начнет что-то говорить, пусть все остальные тоже слышат. Любая информация годится.
Я стал осторожно отходить от двери, как вдруг позади меня хрустнуло стекло.
Твою ж….
Бах. Бах. Бах.
Трижды ударило в грудь.
Следом раздался еще выстрел. Пуля вонзилась в ногу.
Кажется, пару ребер в труху. Стрелять в ответ вслепую я не имел права. Хотя прекрасно помнил, где был противник. Не хватало еще зацепить заложника.
Сквозь звон в ушах я услышал крик девочки. Сука.
— Тихий! Доложи обстановку! Ты устранил цель⁈
Но ответить я не успел. Еле смог вдохнуть. Красная пелена и сознание, наполненное болью, совершенно не располагали к ведению диалога.
Я бросил винтовку и достал пистолет из кобуры на поясе, положил его на грудь и прикрыл рукой.
Отполз в сторону, прислонился к стене. Противник точно решит проверить, кто тут был. Тем более грохот моего тела он точно слышал.
Так и вышло. Он появился совершенно неожиданно, резким рваным движением приблизился ко мне. Слишком резко и быстро. И отреагировал он на тихий хруст битого стекла тоже слишком быстро. Нормальные люди не обладают такой реакцией.
Надо мной навис мужчина с уже заметно отросшей щетиной и револьвером, выставив перед собой девчонку, лицо которой я не мог разглядеть, не отпуская при этом взгляд противника.
— Эй! Оставь девочку! Предлагаю обмен! — заговорил я, зная, что напарники слышат меня. — Отпусти её и возьми меня.
Но психопат оказался реально больным. Его руки тряслись, а изо рта капали слюни. Он застыл со звериной улыбкой, направляя на меня ствол и прикрываясь невинной девочкой.
— Ты отдашь мне оружие и уйдёшь отсюда! — раздражённо выпалил он.
— Чего ты хочешь? — я принялся тянуть время.
— Я хочу её! — он дёрнул за шею девочку, и та закричала от боли. — Её!
— Что это значит? Объясни, — я покачал головой и спросил максимально дружелюбно.
Надо было стрелять ему в голову сразу. Ошибка, которая может стоить жизни и мне, и заложнице. Если бы я знал, чем это кончится.
— Хочу её, а вы мне не даёте! — заявил он со слезами на глазах.
Его эмоции невозможно считать правильно. Он может плакать, а на самом деле испытывать радость или совсем наоборот. Псих есть псих.
Он хочет девочку. «В каком, нахрен, смысле?» — хотел было заорать я, но сдержался. Я и так понял, в каком смысле. Ублюдок. Он не будет жить, чего бы мне это не стоило.
— Тихий, мы заходим. Идем шумно. Как принял меня? — голос капитана раздался в ухе.
Шумно — это значит со светошумовыми, криками и не скрываясь.
— Нет! — закричал я.
От крика рот заполнила кровь. Ребра сломаны не самым удачным образом. Сплюнул.
— Что нет? — озадаченно посмотрел на меня мужик.
— Просто не делай этого, — сообразил сказать я, будто отвечая на его предыдущее предложение.
Он прищурился.
— Ты с кем-то разговариваешь⁈ — подозрительно спросил он.
Догадливый, сука, малый. Хоть и сумасшедший.
— Нет, нет. Я твой друг! Может, поделишься со мной девочкой? Можно мне поговорить с ней? — я применил лёгкую психологическую уловку, которая называлась в узких кругах «набиться в друзья». Правда, не знаю, как она действует на психа.
— Нет! Она моя! — завопил он и поднял ствол.
Это был лучший момент. Пока оружие направлено на меня, оно не угрожает ребенку.
Я отреагировал тут же, вскинул пистолет и выстрелил.
Два выстрела слились в один. И я, как всегда, не промахнулся. Как и он. Его голова качнулась, а во лбу образовалось аккуратное отверстие. На несколько секунд псих замер на месте, и я успел выстрелить еще дважды, превращая его голову в фарш, после чего он рухнул.
Этот выстрел ознаменовал штурм. Альфа больше не мог ждать. Несколько окон разбились, и в дом залетели светошумовые гранаты.
Меня ослепило и оглушило.
Картинка восстановилась только спустя секунд тридцать. Но все вокруг кружилось. Мир стал медленным, ватным, глухим.
Меня накрыла слабость и холод, который шел будто бы изнутри.
Я повернул голову и увидел огромную лужу крови, растекающуюся подо мной. Все-таки гад зацепил что-то важное в моей ноге, а я не успел перевязаться.
Вокруг бойцы кондора. Ублюдок лежал рядом со мной, мёртвый. Девочка забилась в угол прихожей и кричала от страха. Мы спасли её. Всё обошлось.
— Тихий! Фил! Держись! — Альфа скинул маску, стоя на коленях надо мной. — Быстро! Медиков сюда!!! — заорал он во всё горло.
Но мое сознание угасало.
Мужчина умирает — девочка остаётся жить. Честный обмен. Все хорошо. Это и есть моя работа и сегодня я выполнил её в очередной раз и кажется последний раз. Значит, пришло мое время.
Я прошел много подобных моментов, но всегда чувствовал, что еще не время, я выжил даже с осколком в шее, но сегодня явно все иначе. Сегодня мой день, сегодня хороший день. Сегодня осталась жить маленькая девочка и это главное.
Я с трудом открыл глаза, меня куда-то волокли. Я закашлялся, и горло снова заполнила кровь.
— Не двигайся, Фил! — откуда-то издалека раздался голос Гоблина, и мое сознание померкло.
* * *
— Воин, ты готов продолжить свой бой? — Мягкий женский голос будто окутывал меня.
Странное чувство пустоты в груди заставило меня встрепенуться.
— Где я?
Вокруг была лишь тьма. Я не видел ничего, не ощущал и… кажется, не дышал.
— Где я? Что происходит? — снова спросил я, но не услышал собственного голоса.
— Ты готов продолжить бой? — снова раздался тот же голос.
— Твою же….Что за вопросы? Если идет бой, значит, я буду биться. До конца, чего бы мне это не стоило.
— Тогда бейся, воин. Во имя людей! Во имя своё! Во славу свою!
* * *
Глава 1. Лёгкая работёнка
Я открыл глаза в полной темноте. Чувствую, что лежу в каком-то замкнутом пространстве. Тяжело дышать, воздуха мало. Неужели я выжил? Но где я?
Приподнял голову и сразу же ударился лбом. Руки даже в локтях не мог согнуть в этом замкнутом пространстве, а подтянуть к себе колени — тем более. Прислушался.
Играла какая-то очень удручающая мелодия, будто на похоронах. А через минуту услышал отчётливые голоса людей. Правда, речь было тяжело разобрать. Да в какой такой банке меня заперли⁈ Что за херня⁈
— Эй! Эй, вы там! Выпустите меня! Слышите! Я жив! — закричал я не своим голосом.
Мне что, связки пересадили чьи-то? На слух, будто голос пацана не старше восемнадцати лет. Ну, всё может быть. Хрен с ним, с голосом, главное, что жив.
Снаружи послышалось какое-то шуршание. Фуф! Ну наконец-то меня выпустят из этой капсулы. Видимо новые технологии, которые спасли мне жизнь. Только нафига их делать такими тёмными внутри?
Свет ударил мне в глаза, и я зажмурился.
— Он жив! — выкрикнул старческий голос надо мной.
Первое, что я увидел — это высокий купол над головой, разрисованный в черные и белые полосы, непонятные кляксы и огромные иероглифы.
Слух уловил вздохи и возгласы, отдающиеся эхом со всех сторон. Приподнялся на локтях и наконец-то смог осмотреться.
Это ещё что за нахрен? Я находился в месте, напоминающем церковь, но одновременно с этим совсем не похожем на неё. Никаких крестов и икон здесь не было, только стеклянный потолок и стены, украшенные мозаикой с изображением огня и воды. А ещё надписи на непонятном языке проходили вдоль всех стен и замыкались кольцом у входа в это место.
Как-то странно это всё.
Напротив сидели люди в чёрных одеяниях, около тридцати человек плюс-минус. Они повскакивали со своих мест, удивленно рассматривая меня.
Взглянул вниз на ноги и понял, почему все так пялились… Я лежал в гробу! Нижняя часть гроба была закрыта, сверху лежал венок. Получается, меня уже хоронить собирались? Тогда почему я жив⁈ Что за бред? Кто мог констатировать мою смерть, если я настолько хорошо себя чувствую? Чудо какое-то? Вряд ли. Чудес не бывает.
— Княжич Покровский жив! — снова выпалил старческий голос, и я, наконец, смог его осмотреть.
Весь в морщинах, лет семидесяти на вид, в оранжевой рясе. В оранжевой, сука, рясе. Серьёзно? А где я?
И я не вижу знакомых лиц вокруг. А где Альфа, Гоблин, Фокстрот и остальные ребята? Ленка где? Они что, не пришли со мной проститься? Не может такого быть.
Но кто все эти люди⁈
— Быть такого не может! — повторил мужской голос.
Ко мне направился мужчина в черном костюме. В отличие от старика, выглядел он обычно, только с ухоженной короткой бородой. Голубоглазый брюнет. Единственное, что бросалось в глаза, так это короткий клинок, висящий у него на поясе, рукоять которого выглядывала из-под пиджака, а на среднем пальце блестел большой перстень.
Я успел выбраться из гроба к моменту, когда он подошёл ко мне.
— Сын, как ты смог выжить? Я ведь своими глазами видел, как ты умер! — ошарашенно посмотрел он на меня.
Сын? Какой я тебе сын? Я в детском доме рос с грудного возраста. Да и ты мой ровесник. Ну, по крайней мере, на вид. Даже если молодо выглядишь, не мог же ты меня лет в десять зачать. Что за бред вообще?
— Отец? — я скривился и скептически протянул как-то на автомате.
— Это знак свыше, ваша светлость! — снова вмешался старик. — Княжич жив, а это значит…
— Не неси ересь, Прокофий! — перебил его «мой отец». — Он должен был умереть, — последнюю фразу он будто припечатал.
Я должен был умереть?
Женщина в первом ряду закатила глаза и упала в обморок. Её подхватил седовласый мужчина, стоящий рядом, усадил обратно на место и принялся приводить в сознание.
Поднялся шум. Присутствующие стали громко переговариваться и коситься в мою сторону.
Происходящий сюр, кажется, выбил меня самого из колеи. Сознание будто раздвоилось: одной частью я отстранено наблюдал за происходящим вокруг меня, а другая будто уплыла в ту странную тьму…
Я помню голос. Помню, как не мог ответить. Эти странные ощущения отсутствия каких-либо ощущений, будто все органы чувств вдруг отключились. Что сказал мне тот голос? Как будто что-то важное. Но что именно? ускользающая мысль вызывала только раздражение, и я окончательно потерял её.
Я либо сошел с ума, либо…
Может, я действительно умер и восстал из мёртвых? Только вот если оно и так, то я первый в мире человек, кто это сделал. М-да, мировая известность мне обеспечена. Но есть нюанс! Кто все эти люди?
— Как это могло произойти? Кто-то имел доступ к телу в последние сутки⁈ — мужчина, представившийся моим отцом, тряс старикана в оранжевой рясе за плечи, совершенно не переживая о его состоянии здоровья в столь почтенном возрасте.
— Нет, нет, ваша светлость! Я ручаюсь за это! — растерянно выдавил старик.
Я не терял времени и осмотрел себя. Белая мантия, в которую я сейчас был одет, похожа на мешок. Это так сейчас людей хоронят? Я хоть и не был никогда на похоронных процессиях, но, помнится, в фильмах всё было по-другому. А где же строгий, тёмного цвета костюм и галстук?
Так, стоп. А что с моими руками? Не мог я так похудеть, чтобы даже ладони стали меньше, чем обычно, и пальцы так схуднули. Задумавшись, провёл рукой по подбородку, и неконтролируемые мурашки пробежали по спине. Где моя щетина? Я никогда не брился настолько гладко! Просто не считал нужным тратить на это время.
Вот сейчас стало совсем несмешно.
— Извините, — вклинился я в разговор двух мужчин, — а здесь есть туалет?
Ну а что? Где я ещё мог найти зеркало, если не в туалете? В «церкви», или где я сейчас находился, тоже должен быть нужник.
Мужчина в пиджаке, тот, что представился моим отцом, кинул на меня строгий взгляд, будто я выпалил какую-то ересь. А вот дедок, хоть и трясущейся рукой, но всё же указал нужное мне направление.
— Туда, сын мой, — взволнованным и слегка дрожащим голосом произнёс он.
Я направился в указанную сторону, максимально ускорив шаг, но не переходя на бег.
Прошёл вдоль стены, ближе к выходу и, свернув направо, всё-таки нашёл нужную дверь. Открыл её и зашёл внутрь, глядя под ноги. Боковым зрением увидел, что зеркало здесь всё же имелось. Оно висело над умывальником. Но сразу смотреть в него я не стал. Сначала попытался внушить себе, что я если там увижу не своё лицо, то не стану пугаться.
Ладно, тянуть я никогда не любил. Три, два, один. Я поднял голову и посмотрел на себя.
Слегка бросило в пот. На меня смотрели серые глаза паренька, у которого даже борода не начала расти. Я пацан. Мелкий, сука, пацан. Роста под метр восемьдесят, с выраженными скулами и чёрными густыми бровями. Нос слегка с горбинкой и тонкие губы.
Нет, это точно сон. В задницу всё. Скоро я проснусь и просто выдохну. Наверняка это действие анестезии после операции. Я, наверное, сейчас лежу где-нибудь в больнице, в своей палате, а за руку меня держит Ленка, пуская слёзы. Ждёт, когда я очнусь.
Ну ладно. Раз это сон, тогда почему бы просто не насладиться им? Хоть я и в каком-то странном мире, который выдумало моё воображение, но я молод и полон сил. Пойду, подыграю, раз такое дело. Не сидеть же мне и ждать окончания сна в туалете.
Выйдя из уборной, наткнулся на парня года на два меня старше. Синий костюм, чёрный галстук. Похож одеянием на того самого мужика, который представился моим отцом. И клинок у него тоже имелся. Также выглядывал из-под пиджака с левой стороны пояса. Рыжий и весь в веснушках, он оценивающе окинул меня быстрым взглядом.
— Как ты сделал? — скривив лицо, спросил он.
— Сделал что? — переспросил я.
— Ты восстал из мёртвых. Все видели, как ты умер. Лекарь приходил и уверил нас, что ты точно мёртв, и что ни один некромант в мире не поднимет тебя никаким заклинанием.
Чего? Лекарь? Некромант? Это что за сленг здесь такой? Моё воображение, из каких глубин сознания ты достало такие слова? Казалось, я их ни разу в жизни не произносил. Не скажу, что прям не знал, но книжки такого рода я читал только в детстве, лет до четырнадцати.
— Не знаю, — пожал плечами я.
И кто этот пацан? Говорит, что к ним приходил лекарь. А я что, умер где-то у них дома?
— Ладно, глава рода разберётся с этим, — хмыкнул он и, обернувшись, направился к группе парней того же возраста. То ли друзья, то ли кто они ему…
Да хрен с ним. Я был неподалёку от входа поэтому решил выйти на улицу. Тем более, дверь была открыта. Весь мой путь сопровождался взглядами людей, которые пришли на похороны этого паренька. Звездный час однако, а всего лишь нужно было умереть и воскреснуть.
Узкая, высокая, деревянная дверь украшала вход в церковь. Я прошёл сквозь арку, и меня снова ослепил очень яркий свет. Солнце палило так, что я почти мгновенно покрылся испариной. Прекрасный денёк, чтобы восстать из мёртвых! Хотя любой день прекрасен для воскресения, но в солнечный особенно приятно.
Я улыбнулся. Как будто я воскресаю каждое пятое число месяца.
Я окинул взглядом окрестности. Пять легковых машин стояли неподалёку и ещё один фургон. По всей видимости, на этих машинах и приехали люди проститься со мной. Только вот я не мог понять, что за марки такие? Значки на капотах и формы автомобилей не сказали мне ничего. Будто из другого мира тачки.
— Эй, признавайся, какое заклинание ты наложил на себя, чтобы провернуть это? — я ощутил хлопок по спине ладонью и, обернувшись, увидел девушку лет шестнадцати. Голубоглазая, с русыми волосами и пухлыми губами, она стояла напротив меня в строгой узкой юбке, блузке и пиджаке. Всё чёрное.
Да какие ещё заклинания? Чёрт подери…
— Эм… Забвение, — бросил я наобум и внимательно посмотрел на на девушку, отслеживая ее реакцию.
Не знаю сон это или галлюцинации, но я лучше притворюсь, что в теме и выясню, что со мной происходит и где я. Собственно в этом и состояла моя работа разведчика. Оперативная работа под прикрытием, обнаружение целей, поиск информации, исследование местности и так далее.
— Серьёзно⁈ — она приложила ладонь к губам от удивления. — Но как? Это ведь только в академии изучают и то не все!
Что? Да я же просто выпалил первое, что пришло в голову. Что ж, играем дальше.
— Ну, я книжки читал, — усмехнулся я и сразу же перевёл тему. — Покататься не хочешь?
— На чём? — девчёнка вздёрнула бровь.
— Ну вот, на этом, — указал открытой ладонью на самую красивую, по моему мнению, тачку, стоящую в двадцати метрах от нас. Я же юнец, в котором бурлит кровь и гормоны! Надо соответствовать.
— Тебя отец прикончит, — строго произнесла она, скрестив руки на груди.
— Да он уже один раз… кхм… — начал я, но осёкся. Всё же я не был уверен наверняка, кто меня убил. Вернее этого паренька. Меня то убил тот псих, в этом я уверен. Однако сейчас я вот этот паренек. Путаница сплошная. Я жив или все-таки не совсем? Главный вопрос вечера.
— Что? —
— Ничего. Так ты со мной или нет? — я заглянул девушке в глаза.
Её лицо выражало тревогу, но вот глаза горели и жаждали приключений. Она что, никогда в жизни не шла против родителей и общества? В её то возрасте!
— Я не думаю, что нам стоит это делать, Давид. Реально перепадёт тебе не слабо. Второй раз хочешь умереть? — язвительно произнесла она.
Давид? Хм… Меня же Филлип зовут. Или звали? Нужно определится, кто я. Хотя ничего сложного, сейчас я молодой паренек Давид. Вот эту роль и буду отыгрывать.
— Вера! — послышалось сзади.
Чёрт, не успел оседлать этого железного коня…
Обернувшись, увидел женщину в чёрной вуали. Она быстрым шагом подошла к нам и потянула девушку за руку, будто сторонясь меня.
Ее зовут Вера. Запомнил.
— Что ты здесь делаешь с этим… восставшим из мёртвых? — крайнюю фразу женщина произнесла одновременно с опаской и презрением.
Полегче на поворотах, мать! Что я тебе сделал?
— Ничего, мам. Мы просто разговаривали… — протянула Вера, с отрицанием мотая головой
— Я тебе говорила не общаться с Покровскими? Ты вечно меня не слушаешь. Опять тебя наказать нужно? — заворчала женщина.
Покровскими? Значит, я Давид Покровский. Какая интересная фамилия. Только вот что такого Покровские сделали этой женщине, что она вот так относится ко мне?
— Что здесь происходит? — а вот и сам отец подоспел. Может, он придаст ситуации ясности? А то я как-то не понимаю, почему эта тётка агрится на меня.
— Ничего. Воспитываю дочь, Ваша светлость, — ответила она моему отцу.
бращается уважительно. Значит, статус моего отца выше, чем у неё. А может, в этом мире просто не принято, чтобы женщина выше статусом, чем мужчина? Всё может быть.
Только вот в голосе её была слышна всё та же неприязнь. Будто не от души она обращалась к нему уважительно. Всё-таки к Покровским, у неё, как и было озвучено, имеются какие-то претензии.
— Езжайте домой, Мария Павловна. Скажите мужу, что произошло недоразумение. Мой сын жив. Благодарю за ваш визит, — как-то хмуро произнёс отец.
Ничего не ответив, женщина спустилась по ступенькам, придерживая за плечо свою дочь, и подошла к машине. Оттуда резво выбежал мужчина, открыл им заднюю дверь и захлопнул, когда они уселись.
— А с тобой нам нужно серьёзно поговорить, — обратился ко мне отец.
— М? — я вздёрнул бровь, переводя взгляд с машины, в которую только что сели женщины, на отца.
— Иди-ка сюда, — мужчина взял меня за рукав мешковатой мантии и отвёл в сторону, к углу здания, чтобы никто нас не услышал. — Признавайся, ты применял запрещённую магию? Так ты смог выжить?
Магию? Я чуть не засмеялся. Стоп! В смысле, магию? Тут что, не только заклинания есть, как я узнал от Веры, но ещё и целая магия?
— Эм, нет. Откуда мне такое уметь? — покачал головой я.
— Ага, конечно. Ты думаешь, я не знал, чем ты занимаешься по ночам? Мои уши в замке везде, ты забыл? Лишь потому, что у тебя ничего и никогда не получалось, я не говорил тебе, что знаю о твоих увлечениях… — почти прошипел отец, стиснув челюсти, — Но ты бездарен, а потому я хочу знать! Что именно ты сделал⁈
И чего он меня так не любит-то? И… что он сейчас сказал? Замок? Мы так богаты, что живём в грёбанном замке? Абсурд какой-то. Это же элементарно не практично.
Но после слов отца меня вдруг осенило. Накатили воспоминания из этого тела. Мать твою, что за дикое чувство эйфории? Мурашки по всему телу так и бегали, пока я видел перед глазами картинки воспоминаний, будто мои, но совершенно чужие. Воспоминания из другой жизни. Я точно этого всего не видел.
Да это же не смешно! Не может моё воображение нарисовать такое! Слишком всё сложно и слишком всё натурально выглядит. От этой мысли прошёл холодок по коже. Я будто перенёсся из прошлого тела вот сюда, в юного княжича, и это просто ломало мой мозг.
Но зато теперь я знал, что ответить отцу.
— Да, отец, у меня ничего не получалось. Ты прав. И в этот раз не получилось. Но почему я выжил или восстал из мёртвых, я правда не знаю…
Что-то подсказывало мне, что не все воспоминания пришли разом. Я всё ещё не помнил, как умер. Надеюсь, воспоминания накатят снова, и этот вопрос отпадет сам собой.
— Ладно, ты наверняка мне врёшь. Но ничего. Сейчас мы поедем в институт изучения магии и просканируем тебя. Я всё равно узнаю о твоих хитростях, — отец достал телефон-раскладушку.
А где смартфон? Или мужик завис в начале двухтысячных и не дружит с технологиями? И о каких таких хитростях он хочет узнать? Мне, блин, восемнадцать лет! Через месяц исполнится… Что может такого нехорошего делать юнец несовершеннолетний?
— Алло, Пётр Михайлович, здравствуйте. Да, всё хорошо. Слушайте, у меня к вам просьба. Я сейчас приеду вместе с Давидом. Да, жив он. Сам в шоке. Подготовите сканер? Сами знаете, на расценки мне плевать. Всё, спасибо. Через полчаса будем, — разговор длился не больше минуты.
Захлопнув раскладушку, отец недовольно протянул:
— Поехали, — он кивнул в сторону машины. Той самой, что я заприметил, стоя рядом с Верой.
Ну что ж, хоть на пассажирском прокачусь. Уверен, у меня ещё будет возможность и за рулём прокатиться.
Из машины резко выбежал мужик в чёрных солнечных очках. Не удивительно, что у нас тоже есть личный семейный водитель, раз в замке живём.
— Ваша светлость, — улыбаясь, он открыл дверь передо мной.
Я сел первым, и он повторил то же самое, когда отец садился за мной следом на заднее сидение.
— Никита, в институт, — коротко отдал приказ водителю отец.
Шофёр кивнул, глядя через зеркало заднего вида, и машина тронулась, не промедлив ни секунды. Странно, но я не слышал звука запуска двигателя. Бесшумная машина. Что за технологии они тут используют?
По дороге в институт я решил молчать, да и разговаривать мне было некогда. Я рассматривал виды за окном, которые реально восхищали. Оказалось, что церковь стояла в богатейшем районе. На каждой улице стояли частные дома в несколько этажей с огромными территориями, огороженными каменными заборами. Эдакая Рублёвка на максималках.
— Выходи, — произнёс отец, когда машина припарковалась у самого входа в высокое стеклянное здание.
Мы прошли внутрь, поднявшись по ступенькам.
— Ваша светлость, — произносил каждый, кто встречал моего отца на своём пути, пока мы шли по длинным коридорам института.
М-да, а власти у мужика было выше крыши. Такое трудно не заметить.
— Пётр Михайлович, — позвал отец, постучав в дверь кабинета с табличкой «лаборатория» и зашёл внутрь.
Мне самому было интересно, что за сканирование такое сейчас будет и что в итоге скажет этот самый, как я полагаю, профессор. Поэтому я спокойно следовал за отцом, не говоря ни слова.
— Ваша светлость! — черноволосый мужчина с густыми усами встал из-за стола и поклонился отцу.
— Всё готово к сканированию?
— Да. Осталось только подкрутить настройки системы, чтобы кристалл не повредить. В остальном можно заходить в кабину, — ответил Пётр Михайлович.
Отец строго посмотрел на меня и кивнул на белую дверь аппарата, чем-то напоминающим рентген из моего мира. Что ж, думаю, это не больно. Я зашёл внутрь, не зная, куда здесь нужно прислоняться. Дверь за мной автоматически закрылась.
— Что мне нужно делать? — спросил я, надеясь, что меня слышно.
— Ничего. Просто не двигайся, — ответил Пётр Михайлович через колонки.
— Ты как будто первый раз. Хватит ёрничать! — услышал голос отца, следом за профессорским.
Хм. Ну ладно. Видимо, это какая-то крутая технология, которая возможна только во сне. В реальности до такого ещё не додумались. Что они будут сканировать? Мою ауру?
Свет погас, и я оказался в полной темноте.
— Приготовьтесь к сканированию. Не двигайтесь. — произнёс роботизированный голос, а затем начал отсчёт: три, два, один.
Звук тихого жужжания доносился до моих ушей. Но я ничего не чувствовал. Совершенно ничего. Старался не двигаться, как меня и попросили. Но через десять секунд я услышал панический голос профессора и нарастающий гул аппарата.
— Нет! Бл… Нет! Аварийное отключение! В нем же не было магии!
Как читатели оценили книгу
Скачать книгу «Наследник Темного дара» бесплатно
Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрацииОтзывы и комментарии
Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает
Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.