Механики. Часть 92
- Автор
- Александр Март
- Серия
- «Механики»книга 21 из 46
О книге
Мы с пацанами — группа ветеранов, привыкших к другим мирам, где проблемы решаются автоматом и быстрым словом. Теперь у нас задание: протащить караван с товаром через ворота в XIV век, во Францию, до самого порта Кале. Три дня подготовки — и мы тут: холод, грязь, лошади, мечи и полное непонимание местных порядков.
Первый контакт с рыцарями прошёл удачно, отмазались русским купеческим произношением и парой бутылок водки. Но чем ближе к городу, тем сильнее давит реальность: крестьяне живут в шалашах из веток, дети сосут палки, а на дороге рыцари спокойно избивают пацана кнутом за украденную курицу. У наших сносит крышу, Туман уже чуть не сорвал операцию. Мы не спасатели, у нас приказ — но как пройти мимо, когда это всё на глазах?
Вернулись. Отдали зерно, ткань, дров, перевязали раненых. Женщина упала на колени, мужик спросил, кто мы. Ответил: русские. А дальше — порт, толпы кораблей, нищета и местные воры, которые уже лезут к телегам. Мы только начали, а впереди ещё Кале, французы и непонятно, чем это всё закончится.
Начало книги
Глава1
Глава1
18 августа. Таус.
14 век Франция, ноябрь. 1 день.
— Открытие ворот через 5,4,3,2,1 — послышалось из колонок в зале приёмки.
Хлоп, появилось знакомое мерцание.
— Рука пошла.
— Тихо, тихо — я обеими руками глажу по морде обоих коней впряжённых в телегу стоя между ними. Оба коня при открытии ворот немного дёрнулись, видимо их смутило мерцание.
Ещё через несколько секунд на телевизорах появилась картинка. Ворота открыли в лесу, на небольшой поляне, там, так же, как и у нас утро и видно всё достаточно хорошо. Тут же из колонок послышалось пение птиц. Рука сделала круг, установленные на ней камеры переключились на тепловизоры, ещё круг, расплывчатых желто-красных пятен нет.
— Чисто — проинформировал нас оператор — можете переходить, удачи мужики.
— Пошли — отдал команду Туман.
Быстро обернувшись назад посмотрел на стоящих бойцов из тревожной группы, кое кто из них махнул нам рукой, а кто-то поднял сжатый кулак, типа удачи мужики.
— Пошли — дёргаю за поводья своего коня.
Наш небольшой караван, состоящий из 6 телег, в каждую из которых впряжены по 2 лошади и 6 всадников двинулись в ворота. Шаг, второй, лошади снова дёргаются, первые две телеги с пацанами и всадники уже исчезли в мерцании. В этот момент у меня была только одна мысль, только бы не взбрыкнули, только бы никто из лошадей не запаниковал.
Ух, в нос тут же шибанул запах утреннего, осеннего леса и пение птиц стало слышно ещё сильнее. Так же добавились скрипы телег, бряцанье оружия и фырканье лошадей. А тут прохладненько, всё-таки ноябрь, но как не странно снега ещё нет.
— Закрывай — обернувшись к воротам махнул Туман.
Хлоп, мерцание пропало.
— Добро пожаловать во Францию 14 века — хмыкнул, оглядываясь Грач.
Честно говоря, мне даже не верится, что мы в 14 веке. Прям не ворота, а машина времени какая-то.
— Осмотреться — начал командовать Туман — успокоить лошадей, если у кого волнуются, Крот, давай направление.
Но лошадки вроде стоят тихо и не дёргаются, вон сразу травку начали щипать. Я своих так и глажу по морде, они тоже начал травку щипать. Крот кивнув тут же полез за компасом.
— Саня будешь? — шепнул мне Слива и протягивая фляжку.
— Ты охренел — обалдел я — утро же, Туман увидит, убьёт тебя.
— Не убьёт — продолжал так же шептать Слива — это для сугреву. Будешь или нет?
— Буду.
Взяв у Сливы фляжку и так же украдкой посмотрев на Тумана, я сделал небольшой глоток. Ух, хорошо текилка пошла. Пипец, мы как школьники какие.
— Море там — уверенно ткнул пальцем в сторону Крот, сверившись с компасом — Кале там — палец немного ушёл в сторону — пол дня пути и мы на месте.
— Трогаемся — тут же снова сказал Туман — всадники трое спереди, трое сзади.
Снова скрип телег и лязг холодного оружия. Да, мы все, с мечами, которые у нас на поясе, телеги эти ещё, как не смазывали их, всё равно тут скрип, там что-то трёт, лошади фыркают, бесшумно у нас точно передвигаться не получится.
Запрыгиваем со Сливой на телегу, пацаны вон тоже грузятся.
— Пошли родимые — легонько трясу вожжами.
Хлоп, поехали, перед нашими лицами задницы лошадей и их хвосты только так мелькают.
— Мля не удобно то как — начал жаловаться Слива пытаясь поудобней пристроить свой меч.
То сюда его, то туда переложит, в итоге он его просто отцепил от ремня и положил рядом.
— Вот с этим более привычно — с этими словами он сунул руку за пазуху и вытащил оттуда пистолет с глушителем.
— Убери — тут же сказал я ему — тебе же сказали, пользоваться нашим оружием в самом крайнем случае.
— А он сейчас ещё раз по башке от Тумана получит и сразу его уберёт — раздался голос Кирпича и из-под тента телеги показалась его заспанная морда.
— Выспалась красавица? — радостно спросил Слива убирая назад пистолет.
— Мы уже на месте? — не обращая внимания на Сливу спросил Кирпич крутя головой.
— Ага — кивнул я смотря вперёд.
— Холодно то как — сморщился Кирпич и рывком выдернув из-под тента какую-то шкуру накинул её на себя — а чё снега нет? Тут же ноябрь вроде.
— Мы то по чём знаем — пожал я плечами.
Слива продолжил несильно подкалывать Кирпича, тот вяло отбрёхивался, он заснул в телеге, когда мы ждали открытия ворот. Так и едем, я управлял телегой, мне кстати понравилось сидеть так и рулить лошадками и смотрел то по сторонам, то на задницы лошадей и вспоминал последние несколько дней. Деньки конечно были те ещё.
Три дня нас гоняли в хвост и гриву. От Дамиана доставили телеги, лошадей, одежду, обувь. Мы учились ездить верхом, распрягать и запрягать лошадей, ухаживать за ними, разбивать лагерь, ухаживать и драться на мечах. Да, за три дня научиться владеть мечом невозможно, но хоть какие-то основы нам показали, чтобы мы хоть знали, как держать эти самые мечи, да и честно говоря всему остальному тоже за этот промежуток времени научиться нельзя, но опять же, основы у нас в головах отложились точно. Потом грузили товар в телеги, само собой огнестрельного оружия с собой тоже взяли, даже в телегах несколько небольших тайников сделали. Снова и снова продумывали наш план поиска французов с платформы и наши различные действия в той или иной ситуации.
И да, нас немного больше. Если быть точным 25, оказалось, что Риф и Казак так же знают французский, изучали в школе, а Хобот знает его на уровне купи продай, может тоже пригодиться. Если честно, то я думал, что Гера со своими коллегами будет открывать ворота в 14 век гораздо дольше. Но наш уникум снова превзошёл сам себя. Вот же природа дала голову и интеллект, я не знаю, как, но на всю эту работу по открытию ворот для нас в 14 век у него и его команды ушло трое суток.
Вчера весь день мы занимались окончательным подгоном под себя одежды и обуви из мира Дамиана, нужно было к ней привыкнуть, нам даже спать в ней пришлось, чтобы одежда окончательно на нас обмялась. Мы же всё-таки как никак идём караваном из далёкой России не один день. Естественно выглядеть как грязнули мы не собираемся, но и слишком чистая и новая одежда может привлечь лишнее внимание. Хотя если честно, думаю внимания к нам будет и так выше крыши. Единственный шанс затеряться это в самом Кале, там международный порт и всяких чужаков хватает.
Когда в первый раз открыли ворота, Туман сразу приказал запустить в воздух дрон, с его помощью и сориентировались. Гера и его команда смогли открыть ворота в тридцати километрах от Кале. Долго он там не летал конечно, ворота были не стабильны, но порт обнаружили.
Конечно он попытался нам объяснить, как это у них получилось, но никто ничего не понял. Вроде по-русски говорит, а ничего не понятно, какие-то там синусы, косинусы, технические и всяческие научные термины, короче ни хрена не понятно.
Через несколько километров прорвавшись через лес выехали на дорогу. На земле отчётливо виднелись следы от колёс телег и от копыт лошадей. Ни о каком асфальте или щебёнке естественно не может быть и речи, и я подумал, что если пойдёт дождь, то всё это превратиться в такую грязевую кашу, что замучаешься по ней ехать. Лошади точно через пару километров из сил выбьются.
— Кирпич, дай там чё накинуть — обернувшись сказал я ему.
Кирпич тут же вытащил из-под тента две небольшие шубы и протянул нам со Сливой. Да, зябко тут конечно, почти все из наших пацанов уже накинули на себя либо тёплые накидки, либо такие же шубки.
Вот же время то. Как они тут зимой то передвигаются. И это ещё морозов нет, тент на телеге спасает только от ветра, дождя и снега, внутри так же холодно и трясёт ещё как на табуретке какой. Не, я конечно понимаю, что человек такая скотина, что привыкает ко всему. Но это натуральная пытка.
Технической прогресс тут ещё не дошёл до того, чтобы построить лёгкую конструкцию по типу будки, впрячь в неё четвёрку лошадей и внутри этой будки установить небольшую буржуйку. Вроде всё элементарно, но вот нет такого тут точно. И таких вот нюансов проживания в этом мире полным-полно. Эх, сейчас бы я в салоне какого-нибудь автомобиля точно печку на полную включил. Лицу холодно и задувает везде, мужики вон кутаются, всадникам нашим вообще весело, там везде всё продувается.
— Пацаны море — раздался громкий голос Рыжего.
Дорога вела почти по краю высокой скалы и вид отсюда я вам скажу открывался просто великолепный. А дальше в море мы увидели парусник. Не сговариваясь остановились и спешились. Лошади стояли рядом пофыркивали и пытались снова щипать травку, которая тут росла небольшими кусочками, ну и мы, мы смотрели на парусник.
— Кажется это Неф — рассмотрев судно в бинокль сказал Риф.
— Чего?
— Торговое Французское судно, две мачты, навесной руль, точно в порт Кале идёт.
— Ну насмотрелись? — через пару минут спросил у нас Туман ежась под сильным ветром — поехали уже, до порта недалеко осталось.
Грузимся назад, мля, как же не хватает тепла. С моря ветродуй такой, что того и гляди тент с телеги сдует. Он трещит, скрип, но вроде держится. Вскоре дорога увела нас снова в лес и ветер тут же стих. А вот тут уже в некоторых местах мы увидели лежащий снег и стало грязновато. Хорошо, что подковы у всех лошадей новые, иначе ноги у них точно стали бы разъезжаться.
Ещё через несколько километров мы увидели, как Рыжий который был в дозоре резко развернулся и едет к нашему каравану, Чуб и Казак остановились и внимательно смотрят вперёд.
— На встречу нам всадники — быстро сказал Рыжий проскакав мимо нас.
Машинально сую руку за пазуху, там у меня, да в принципе у всех кобура с пистолетом и подтягиваю к себе нож. Проверил, ствол на месте, как и договаривались, постарался принять максимально расслабленную позу, Кирпич вон вообще с телеги спрыгнул и в кустики пошёл, его с дороги хорошо видно. Следом за Кирпичом оросить кусты пошли ещё несколько наших парней. Ну да, всё должно быть естественно. Мы не разбойники, мы торговцы, едем в Кале торговать, это сейчас и будут им втирать Жак и Пьер.
— Спокойно всем — крикнул Туман — Жак, Пьер, вы знаете что говорить.
Ох как же не хватает раций, привыкли мы к ним конечно. Да много чего не хватает из привычных нам вещей. Одно — это нижнее бельё, которое на нас чего стоит, какие-то трусы парашюты здоровые, благо хоть у нас мозгов хватило, и мы все надели шёлковое бельё. Ведь в этом мире блох и вшей точно полным-полно, а за вшиветь никто не хочет. Конечно в одежде они у нас точно потом появятся, но с этим решим вопрос.
Едва он это прокричал, как мы услышали топот и ещё через десяток секунд из-за поворота показалась достаточно большая колона рыцарей, ехавших рысью. Тут же в какофонию звуков добавились звуки метала, луки, стрелы, мечи, сбруя, всё это гремело будь здоров. Туман махнул рукой и наш караван тут же остановился. Жак и Пьер в передней телеге, мы в третьей.
Французы, их я узнал сразу. Профессор нам чётко рассказал, как они выглядели в этом времени. Само собой, всякие шлемы, кольчуги и всё такое, но и почти каждый был одет в этакий белый балахон, даже не балахон, а что-то сильно смахивающее на пончо. Просто кусок ткани, метра полтора длинной и шириной около метра с дыркой для головы, вот это пончо и надевали сверху на тело поверх доспехов.
Один из всадников тут же что-то спросил на французском, Жак начал ему отвечать.
— 17 — негромко произнёс Слива быстро их сосчитав.
Тем временем четверо всадников тронулись и шагом поехали вдоль нашего каравана. Чем ближе они к нам подъезжали, тем лучше мы их рассматривали. Всадники внимательно смотрели на нас, а мы на них. Когда они подъехали к нам я постарался придать своей роже самые невинный вид, кивнул им и немного улыбнулся.
Всадник едва заметно кивнул головой и поехал дальше. Рыцарь не рыцарь, не знаю. Балахон этот грязный и порванный в нескольких местах, под ним я отчётливо увидел панцирь, на голове железный же шлем, меч здоровый на боку, у другого меч поменьше, но за спиной лук со стрелами в колчане и на лошади на боку ещё два колчана со стрелами висят, те двое тоже с мечами, последний кстати без балахона, вместо панциря на нем кольчуга, вот же и не холодно ему. Всадники проехали мимо нас и в нос нам тут же шибанул запах конского пота, навоза и ещё какой-то гадости.
— Фу млять — снова прошептал Слива.
— Тихо ты епт.
Тем временем разговор того главного рыцаря с Жаком продолжался, потом к разговору подключился ещё один рыцарь и Пьер, Пьер вон что-то рассказывает и размахивает руками, рыцари замолчали, закивали головами.
Эти четверо доехав до конца каравана развернулись и уже пошустрее поехали назад. Мля как же плохо, что я не понимаю о чём они там трепятся.
Тут раздался смех, смеялись и эти всадники, и наши французы, ну вроде всё нормально если ржут.
Снова заговорил этот главный рыцарь, потом стал тыкать рукой в сторону откуда они приехали, потом направо показал, ага, кажись дорогу объясняет. Жак и Пьер стоят бошками кивают. Тут Пьер быстренько метнулся в свою телегу, немного там повозился и наружу он уже выпрыгнул с двумя бутылками.
А вот и водка в дело пошла, мы как знали, что пригодиться. Бутылки были из глины, постарались подогнать их под это время, стеклянные бы точно вопросы вызвали. А тут глина и глина, каждая на два литра.
Оба пузыря Пьер протянул этому рыцарю, но тот тут же спрыгнул с коня и аккуратно взял одну из бутылок, за ним спешились ещё двое. Все французы разом оживились, заговорили, засмеялись, наши вон тоже смеются и кажется продолжают нахваливать нашу водку.
Этот главный открыл пробку и осторожно понюхал, тут же отшатнулся и с уважением закивал. Пьер с Жаком показывают пальцами как нужно пить, рыцарь протянул бутылку другому, тот тоже аккуратно нюхает. Потом обе бутылки исчезли в больших сумках рыцарей. Всадники забрались на своих коней и отдав честь поехали миом нас дальше. На этот раз они были уже более дружелюбные, машут и лыбяться нам, а мы им. Ну и вонь же от них, у меня аж башка закружилась от этого потока вони, когда они все мимо нас проехали. Ребятки точно не знают, что такое душ и чистая одежда.
— Тронулись — проревел Туман.
Фух, вроде всё нормально прошло. Конечно дико интересно о чём они там трепались, но нужно двигаться.
По этому лесу проехали ещё с пяток километров, выехали на небольшое поле, тут развилка, наши всадники уверенно свернули направо, мы за ними и где-то ещё через километр приехали на небольшую поляну, правда сначала я учуял запах костра.
— Привал час — крикнул Туман.
— Родник там пацаны — уверенно ткнул пальцем Пьер.
Ага, к нему прям тропинка идёт, а вся эта полянка буквально перепахана копытами лошадей, да и следов от телег много, а вон и несколько кострищ остались, один из костерков ещё дымиться, видимо его недавно водой залили. Оглядевшись я увидел множество срубленных деревьев, валяющиеся ветки, какие-то тряпки валяются, битая глиняная посуда.
— Чё за поляна то? — громко спросил Колючий.
Ему тут же ответил Пьер.
— До Кале около 10 километров осталось, это место нам те рыцари подсказали, тут можно лошадей напоить, подкрепиться, в порядок себя привести, короче этакий паркинг перед заездом в город.
— А вы лихо с ними скорешились то — похвалил я Жака и Пьера — о чём хоть трепались то?
Наши пацаны подошли поближе, всем же интересно, как прошёл первый контакт.
— Да как — пожал плечами Жак — сначала у них стандартные вопросы были. Кто? Откуда? Зачем и так далее. Эти рыцари что-то типа патруля.
— Они удивились нашему произношению — подхватил Пьер — но вроде отмазались, мы сказали, что изучали язык в России, кстати говоря, этот главный слышал про Россию.
— О как.
— Ага, к ним сюда в Кале оказывается пару раз приплывали наши на ладьях для торговли, так что кто такие русичи они знают.
— И про водку они тоже знают — засмеялся Жак — как поняли, что мы русичи, сразу про неё спросили.
Мы засмеялись.
— Ага, у них то вина и ещё какая-то бурда, водки у них нет. Короче всё нормально пацаны, контакт удачный.
Ну и бардак же здесь и грязно пипец. Ходишь как по минному полю. Конский навоз вообще чуть ли не на каждом шагу. Всё это в грязи, снег растаял, прям каша, ноги так и тонут в этой земле. А вот родник оказался довольно таки чистым и ухоженным. Его тут даже облагородили, сделали ступеньки, выкопали яму и в неё засунули большой ящик, чтобы ведрами было удобно воду черпать.
Мы напоили лошадей, сами напились, водичка действительно очень вкусная. И ещё я обратил внимание, что около родника гораздо чище чем на поляне, нет человеческих отходов, навоза того же конского, различного мусора, да и кусты с деревьями тут около него никто не рубил. Видать народ понимает, что вода — это жизнь, а вот на поляне засрано конечно всё, грязнули неаккуратные.
Проверили телеги, тенты, шмотки и товар в телегах поправили, а то от этой тряски разболталось всё, да и поехали потихоньку дальше.
Через некоторое время увидели еле ползущую телегу с лошадью. На телеге двое мужиков и тётка, причём я как не старался, так и не мог понять сколько им лет, а ведь мы проехали мимо них. Мужики лохматые, заросшие бородами почти до самых глаз, да тётка непонятная, а может это и бабка какая была. Лошадь настолько тощая, что видны её ребра, казалось, что она сейчас сделает ещё пару шагов и откинет копыта прям на этой дороге. Что там у них в телеге я рассмотреть не успел, её содержимое было накрыто какими-то жутко грязными тряпками.
И тут же я вспомнил слова профессора, когда он нам говорил, что местные крестьяне одевались все как под копирку, в одежду из мешковины. Но одно дело это услышать, а другое увидеть это своими глазами. Так вот эти трое действительно были в такой одежде, у тётки правда сверху на плечи была накинута ещё какой-то платок, что у них из обуви я тоже не успел рассмотреть.
Проехали дальше, по бокам дороги, хаотично разбросанные стали попадаться построенные какие-то шалаши, около которые суетились дети, мужики, женщины. Каждый занимался своими делами, ну кроме детей конечно, да и те особо не обращали на нас никакого внимания.
В парочке мест виднелись дымящиеся костры и около них куча народу, снова вспомнил профессора, он говорил, что весь лес вокруг принадлежит помещикам и вырубка запрещена. Млять. Как они тут живут то? Ведь скоро холода, увидели мы и многих босиком, в том числе и детей.
Честно, от увиденной картины мы просто охренели, грязь, холод, разруха. Да у нас бомжи лучше живут чем тут люди. А ведь это не бомжи точно, это обычные крестьяне. Ко всем их жилищам как нельзя лучше подходит словосочетание из гавна и палок. Я вообще не понимаю, как они тут выживают.
И не одного старика мы вроде так и не увидели, видимо не выживают старики тут в таких условиях. Мы медленно ехали вдоль этих шалашей и были просто не в силах отвести от всей этой картины взгляда.
Вон какая-то девочка лет 7 и пацан рядом с ней лет 10, грязные, взлохмаченные, босиком млять, стоят и смотрят на нас. Девочка что-то сунула себе в рот, подъехав ближе я охренел ещё больше, она сосала обычную палку. Как? Как они тут живут? Позади них обычный шалаш из веток и лап ели, каждый из нас такой строил в детстве, а эти в нём живут. Тут из этого шалаша вылезла тётка, вероятно их мама, что-то им крикнула на французском, и они тут же развернувшись побежали к ней. Тётка, встретившись с нами взглядом тут же опустила голову и юркнула назад в шалаш, дети почти с разбегу нырнули туда. Они тут ещё и походу зашуганные все.
И таких построек было очень много. Какая-то крупная, какая-то мелкая, костров мало, очень мало и возле каждого кучу народа. Видимо у кого-то всё-таки была возможность притащить дров, либо им разрешили помещики или владельцы этой земли, чтобы тут совсем все дубу не дали.
И у них около костров всё. Там они вон и готовят, и спят около них, на сене каком то, дети, молодежь, женщины, мужчины, все как под копирку в этой одежде, все какие-то потухшие, с обречёнными взглядами. Мы не слышали ни смеха, ни криков радости, люди просто как муравьи, молча и монотонно живут, вернее выживают и их тут несколько сотен.
Эта картина произвела на нас просто гнетущее впечатление. Я даже не могу сказать, с чем это можно сравнить то. Наверное, только если с какой-нибудь кинохроникой времён Великой отечественной, когда люди так же выживали в сожжённых деревнях. Такие же все грязные, потухшие, жили в шалашах и землянках на пепелищах.
— Может дадим им что-нибудь? — неожиданно спросил Слива нарушив тишину и скрип наших телег.
— Что? — так же тихо спросил я — их тут сотни, у нас ни еды, ни одежды на них не хватит.
— Но они же все замёрзнут.
Я вздохнул и ответил.
— Слива, дружище, мы не в силах всем помочь, и ты это понимаешь не хуже меня. У нас другое задание и мы должны его выполнить. Купить несколько телег зерна и привести сюда, так скорее всего помещик отберёт, а если не отберёт, им этого при таком количестве народа хватит на месяц. Мы не сможем помочь и спасти всех.
— Да всё я понимаю — обречённо кивнул он — просто, просто это как … — он замолчал.
— А ведь когда англичане попрут — начал тихо говорить Кирпич — этих первых под нож пустят.
— Заткнись Кирпич — зашипел я — итак тошно.
Чем ближе подъезжали к Кале, тем больше попадалось нам всадников, телег, встречали, как и крестьян пешком, так и неплохие кареты, в которых передвигались явно не крестьяне, как раз скорее всего эти помещики, аристократы и так далее.
Дома и постройки, в один и два этажа, из камня, из брёвен, из досок. Костров уже стало побольше, да и из труб вон почти в каждом доме дымок поднимается и голоса различной живности раздаются, овцы, бараны, коровы, утки, гуси. Где, то есть забор, где-то его нет, народ по-другому одет, но всё-таки преобладает эта одежда из мешковины.
Проехали один перекрёсток, второй, ночью тут наверняка темень такая, что хоть глаз выколи, ведь никаких уличных фонарей нет. Выйдешь так на улицу, тебе по башке раз и в ближайшую канаву. Хрен когда найдут кто тебя грохнул или ограбил.
Ну да, всё правильно, все нищие и те, кто победнее живут как можно дальше от города, те кто побогаче ближе. Так было всегда и везде. А так, как и везде, дороги нет, каша из грязи, конского навоза, мусора, народ вон кидает на неё всё подряд. Вон у нас на глазах две тётки через забор кидают на дорогу какие-то кусты и траву. Всё это давится телегами и копытами. Нужно говорить какой стоит запах? А они так живут, они привыкли.
А вон ещё один мужик, вылил из ведра какие-то помои практически у нас перед носом, Рыжий на коне аж от него шарахнулся, но сдержался, чтобы не сказать ему пару ласковых. Мужик только зло на нас зыркнул, сплюнул и развернувшись потопал к своему сараю.
А через пару сотен метров мы услышали крики и щелчки.
— Плёткой походу кого-то лупят — предположил Слива.
Точно, после каждого щелчка кто-то кричал от боли. А потом, потом перед нами открылась картина. Перед небольшим сараем стояла довольно таки неплохая, ну скорее всего по нынешним меркам карета, запряженная четвёркой лошадей, рядом с ней ещё шесть лошадей, вожжи которых были накинуты на жалкий частокол, которым был огорожен небольшой участок и со стоящим почти по его середине очередной толи сарай, толи шалаш.
А на участке люди, 10 человек, рыцари и среди них выделялись двое других мужчин, одеты никак рыцари, какие-то вельможи или аристократы, больно своей одеждой они в глаза бросались. Около этого сарая в землю был вкопан столб, к которому привязали пацана лет 15 и один из рыцарей не спеша бил его кнутом, после каждого удара по спине парнишка кричал. В пяти метрах от столба на земле валялись мужчина и женщина, мужчина был без сознания, в самый последний момент я увидел, как один из рыцарей врезал ему ногой по голове, от чего мужика аж подбросило, и он мгновенно вырубился. Женщина же как-то хрипела, видимо сил кричать у неё уже не было, другой рыцарь подошёл к ней, взял за волосы и волоком подтащил к этим вельможам. Несмотря на то, что вокруг было много таких шалашей, людей нет, все походу попрятались, чтобы не попасть под раздачу этих уродов.
— Саня поехали поехали — поторопил меня Кирпич.
От открывшейся картине я мгновенно закипел от злости. Вон и рыцари уже развернулись в нашу сторону и двое из них достали мечи.
Дёргая вожжи, стискиваю зубы, бросая взгляд на парнишку у столба, он ещё раз получил кнутом и потерял сознание, один из вельмож ударил кулаком женщину в лицо.
— Убью — зашипел Слива — Саня стой.
Честно говоря, я и сам уже был готов пойти и порвать этих уродов как тузик грелку. Но тогда всей нашей операции точно хана.
Тут с передней телеги что-то на французском прокричал Жак. Рыцари тут же остановились и недобро так на нас посмотрели. Мы же поехали дальше. Во мне всё кипело, Слива матерился на ухо, Кирпич просто сопел, но судя по его роже он пипец какой злой. Не успели повернуть на очередном перекрёстке направо, как я увидел, как из нашей первой телеги порвав тент на дорогу вылетает Грач и падает прямо в грязь. Сказать, что мы удивились это ничего не сказать.
— Хренасе — полностью обалдел я.
Через эту дырку на землю спрыгнул красный от злости как пожарная машина Туман.
— Держите его млять — как-то вскрикнул Грач пытаясь подняться на ноги, но они у него разъезжались.
— Я их всех убью, не лезьте ко мне — проорал Туман и подбежав к задней части телеги, где были сделаны тайники полез туда.
У меня аж внутри всё похолодело, там же автоматы лежит.
— Да держите его мать вашу — взмахнул руками Грач и снова упал в лужу.
На Тумана прям из телеги прыгнули Жак и Пьер, Слива с Кирпичом ломанулись к ним, подъехали наши всадники, я тоже бросил вожжи и побежал к ним.
— Валер, Туман хватит, успокойся — кричал я бегая вокруг этой кучи малы. Ну пипец, у Тумана крышняк унесло от этой картины. Тут же вокруг нас в кучу собрались пацаны.
— Всё всё хватит — сдался Туман, когда пацаны всё-таки прижали его к телеге и он не мог пошевелится — отпустите.
Подошёл Грач, грязнущий весь как свинья. Стёр с лица грязь, и я увидел, как у него под левым глазом начинает расплываться синяк. Охренеть, Туман ему чё в глаз дал? Клёпа тут же достал бутылку с водой и протянул её Грачу, потом секунду подумал и стал лить ему на руки. Грач тут же и руки помыл и умылся. Ну точно у него фингал теперь под глазом будет. Туман стоял как провинившийся школьник, мне даже казалось, что он растерялся.
— И что это было? — робко спросил Риф.
— Пацана у столба все видели? — громко спросил я — и его родителей которых рыцарей били?
Пацаны молчат стоят, кивнули вон некоторые.
— Нельзя нам — взмахнул я руками — понимаете нельзя вмешиваться. У нас другое задание. Мы всем не поможем.
Парни стояли и молчали, кое кто снова кивает.
— Тут 14 век мать вашу — продолжал я — тут сотни, тысячи людей, это не другие миры, к которым мы привыкли, тут другие нравы, законы, правила жизни. Мы готовились к этому.
— Но не к тому что видим в итоге — буркнул Чуб.
— Значит так, я вам приказываю не вмешиваться — начал заводиться я — Туман млять.
Тот стоит, опустив голову, поднял её, посмотрел на пацанов, на Грача, который уже пытается отряхнуться от грязи и сказал.
— Простите пацаны, я как пацана у столба увидел, у меня прям башню снесло. Грач, дружище.
— Да ладно уже — отмахнулся он от него.
— Никто ничего не видел — снова громко произнёс я — ничего не было. Кто вспомнит, лично зубы пересчитаю.
Конечно на счёт лично зубы пересчитаю я погорячился. Со многими из пацанов выйдя один на один я не справлюсь, это скорее всего мне зубы пересчитают, но я же как никак начальник епти.
— Вам всем всё ясно?
— Так точно — мгновенно вытянулись по стоки смирно пацаны.
— Грач на переоденься — Колючий протянул ему небольшую сумку с запасной одеждой.
— Спасибо — буркнул тот и снова посмотрел на Грача.
— Грузись уже — вздохнул тот и взяв сумку полез в телегу.
— Хобот — позвал я его.
— Чё?
— Давай к нам в телегу, переводчиком будешь, а то я уже запарился догадываться о чём тут все разговаривают.
Стоящие Мушкетёры разом выдохнули, Хобот то с ними в телеге ехал и походу им всё переводил, а тут я его забираю.
Тут послышался топот копыт и через пяток секунд из-за поворота сначала выехали всадники, а за ними эта карета. Те, которые только что проводили экзекуцию.
Всадники снова посмотрели на нас как на гавно, а в окошке кареты я увидел рожу того урода, который ударил в лицо женщину, сидит вон смеётся, на нас даже не посмотрел.
— Я вас запомнил падлы — прошипел Слива провожая взглядом карету.
— Док.
— Что?
— Бери свой чемоданчик и ко мне — приказал я.
Пацаны удивлённо посмотрели на меня.
— Пьер, Слива, Кирпич, тоже со мной, рулон ткани, мешок зерна, едем к той семье, всем остальным ждать тут.
Резко развернувшись иду к телеге. Внутри всё полыхает, с трудом сдерживаюсь. Не знаю почему я решил вернуться, вот решил и всё.
Через несколько минут подъехали к этому двору. Забор, к которому были привязаны лошади сломан. Женщина с трудом стоит на ногах и пытается отвязать от столба пацана, мужчина так и лежит без сознания на земле. Бегом к ним, она нас как увидала испугалась, Пьер начинает что-то быстро говорить.
— Слива, Кирпич мужика посмотрите — кричу им на ходу.
Сам с Доком подбегаем к женщине, Пьер продолжает что-то лопотать на французском. Твою мать, у неё всё лицо разбито, но несмотря на это трясущими руками она продолжает попытки сорвать верёвки с парня, которыми он привязан к столбу. А спина у него прям вся исполосована. Злость снова вспыхнула во мне с новой силой, но сдерживаюсь.
Видно Пьер её убедил, что мы не причиним им вреда, она успокоилась и обессиленно рухнула на землю, Пьер успевает её подхватить. Достаю нож, срезаю верёвки, ловлю парня.
— В дом его давайте — командует Док — мужика тоже тащите.
Парнишка стонет от боли, заносим их в этот шалаш, до дому ему очень далеко. Млять, так нельзя жить, земляной пол, в углу несколько кружек и тарелки из глины, три кучки соломы и сверху коврик, походу на нём они все и спят, какие-то деревянные грабли и лопата, посередине небольшой очаг, обложенный камнями и небольшой ящик в другом углу, всё, вот и всё убранство.
Скидываю с себя куртку и кладу её на солому, сверху на живот кладём парнишку, Док начинает хлопотать над ним. Кирпич со Сливой заносят мужика, у того сильно разбита голова, следом в шалаш буквально вваливается женщина, успеваю подхватить её на руки, Пьер снова начинает ей что-то быстро говорить, та кивает, смотрит то на сына, то на мужа или кто он ей там, над ним уже хлопочет Слива.
— Слива вколи мужику — Док рывком достаёт из чемоданчика небольшой шприц.
— Куда?
— В ляжку можешь, прям через одежду.
Я уже лью женщине на руки воду, лью прям внутри шалаша в углу, вон там сток есть. Она вроде умылась, лицо всё синее от побоев. Твою же мать, сколько же её били то? Даже боюсь представить, что у неё на теле.
— У мужика сотрясение походу — выносит вердикт Кирпич — и два ребра сломано.
Док тем временем всё ещё хлопочет над спиной парнишки. Женщина плачет, медленно подползает к нему и начинает аккуратно гладить сына по голове что-то шепча на своём языке. Док же смывает кровь со спины, мажет там чем то, делает уколы. От уколов у женщины глаза на лоб лезут, но не вмешивается. Раздался стон.
— О, очнулся мужик — радостно произносит Слива.
Мужик как нас увидел, так у него глаза по 5 копеек стали.
— Пьер.
Тот быстро начинает что-то говорить мужчине. Попытался встать, тут же охнул и рухнул назад, Слива его еле поймать успел. Пьер снова говорит и показывает так руками, лежи типа мужик не дёргайся.
— За что их так? Спроси у неё — говорю Пьеру.
Тот быстро задаёт женщине вопрос, та ответила и снова заплакала. Пьер стиснул зубы, выдохнул и ответил.
— Её сын — кивает на парнишку — украл курицу у того судьи, им совсем нечего есть.
Млять.
— Тот урод ещё и судья? — охреневает Слива — который её ударил или второй?
Пьер снова спрашивает и переводит.
— Второй.
Женщина снова что-то говорит, глядя перед собой. Пьер снова переводит.
— Она говорит, что муж пытался устроиться на работу в порту, пока не получается, у него нога болит, повредил, он там грузчиком работал, выгнали сразу и ничего не заплатили — и она снова всплакнула.
Тут снаружи послышался скрип телег и фырканье лошадей. Женщина снова испугалась и замерла, мужик тоже напрягся. Док продолжает хлопотать над парнишкой.
— Кирпич глянь чё там.
Не успел он подняться и выйти из шалаша, как снаружи раздался вкрадчивый голос Коржа.
— Пацаны, Саня.
Мля, я так и знал, что они сюда припрутся. Пьер улыбается и снова говорит что-то женщине и мужчине, те кивают, вроде успокаиваются.
— Куда ставить то? — в шалаш пригнувшись заходит Большой с двумя мешками под мышками.
У местных аж глаза на лоб полезли, я только хмыкнул. Большой поставил мешки в уголок и подмигнул женщине. Походу в одном зерно, в другом кажется рис. Мешки не большие, на 50 кило каждый, но этой семье я думаю этого на долго хватит, если они конечно по соседям всё не раздадут. Но скорее всего не раздадут. Если пацан полез тырить курицу, значит на соседей тут можно не рассчитывать. Следом за Большим в шалаш вошёл Тамаз, с рулоном ткани.
— Во хозяюшка, держи, сошьешь что-нибудь мужчинам своим говорит он ей.
Пьер тут же переводит. Следом Тамаз сунул ей в руки небольшую коробочку.
— Тут нитки и иголки — поясняет Тамаз.
Женщина растерянно смотрит то на мешки, то на нас, то на коробочку, то на рулон ткани. Мужик тоже сидит глазами хлопает.
— Так тут всё — произносит Док аккуратно накрывая спину мальца чистой тканью — теперь мужик.
Пьер коротко ему что-то говорит, мужик кивает. Док подошёл к нему, посмотрел ему голову, помазал, перебинтовал, пощупал ему рёбра, потом спросил.
— Нога какая?
Мужик будто понял, показал на левую и сам закатал штанину. Чё там у него с ней я не видел. Я только сейчас понял, что тут воняет пипец. Чем, я так понять и не могу. Осмотр занял ещё минуты три. Кивнув сам себе, Док полез в свой чемоданчик и вытащил оттуда бинты и какой-то небольшой пузырёк.
— Пьер переводи.
Док говорил, как ухаживать за пацаном и мужиком женщине, Пьер переводил, потом Док дал им парочку баночек с мазью, бинты, мужику потыкал в ногу. Пьер всё переводил, мужик кивал, потом Док сказал, что женщине тоже лицо мазать.
— Ну вроде всё сказал — закончил Док — можно ехать, пацан жить будет, у мужика ребра через пару недель заживут, нога через 3–4 дня, у неё — кивок в сторону тётки — ничего опасного, синяки только.
— Уходим — бросаю пацанам.
— Вот ещё вам — в шалаш вошёл Тамаз и сунул в руки мужику три металлические ложки, котелок и три же миски.
— Держи мужик — Слива протянул ему нож.
Женщина что-то быстро начала говорить, к ней подключился мужик. Пьер начал переводить.
— Они благодарят нас, желают нам удачи и всё такое.
Тут тётка заплакала и упала перед нами на колени. Пьер поднял её и глядя ей в глаза что-то сказал. Та быстро замолчала, кивнула. Слива с Кирпичом уже жмут руку обалдевшему мужику. И тут мужик подал голос.
— Он спрашивает кто мы? — перевёл Пьер.
Перед тем как выйти из шалаша оборачиваюсь и говорю им.
— Русские.
Так и есть, все наши тут, стоят перед забором, вон даже уже забор поправили, вбили колья назад. Туман топором забивает в землю небольшой столб.
— Готово — покачал его, убедился, что крепко.
Подумал пару секунд и несильно размахнувшись воткнул топор в этот столб.
— У них там дров то нет совсем — вспомнил Слива — или есть?
— Нет там ничего — тут же соображаю я.
Дров я у них точно там не видел.
Туман ни слова не говоря, подошёл к одной из телеги и вытащил из неё мешок дров. Топор он так и оставил в столбе. Тем временем из шалаша вышли эти мужчина с женщиной, он на неё опираетесь.
— Берите — мешок с дровами Туман перекинул через забор.
Женщина плачет, мужик крутит в руках нож и так же обалдело смотрит на нас. Соседей до сих пор нет, ни одной головы не видно, а может тут и не живёт никто.
— Ну хоть этим помогли — облегчённо произносит Слива, когда мы тронулись дальше — а тех уродов всё равно я достану. Судья мать его.
Перед тем как мы скрылись за поворотом я успел увидеть, как мужчина подхватил тот мешок с дровами, вытащил топор, посмотрел на нас, тяжко вздохнул и сильно хромая понёс всё в шалаш, а женщина стояла и положив руки на забор провожала нас взглядом. Честно, стало немного легче, но вот тех уродов я бы конечно тоже наказал, сильно наказал.
А потом дорога вывела нас из этих шалашей, сараев, бомжатников, короче не знаю, называйте как хотите и мы подъехали к порту. Прям постройки постройки, поворот и раз порт.
— Вот это видончик — восхищенно произнёс Слива вставая на телеге в полный рост.
Честно говоря, я тоже немного завис от увиденной картины. Да и пацаны вон рты раззявили, я даже назад оглянулся на наших посмотрел, вон точно бошки из телег торчат, все на порт палятся.
Перед нами раскинулся огромный залив, а в заливе огромное количество различных кораблей и лодочек. Напоминало всё это какой-то муравейник на воде, у меня от этих всех посудин аж в глазах зарябило.
Мы ещё находились на небольшом возвышении, так что видно всё было просто великолепно. Первые три наши всадника остановились, за ними остановились и наши телеги, мы как горох из них посыпались и сбившись в кучку стояли и просто офигевали от увиденной картины.
Паруса, паруса и ещё раз паруса. Снующие туда-сюда эти лодочки, которые то и дело то подплывали, то отчаливали от кораблей и причалов с пирсами.
Да, отсюда конечно далековато, но если присмотреться, то можно было увидеть сотни людей, которые там чем-то занимались.
— Смотри Риф какая движуха — хмыкнул Клёпа — у тебя бы от такого количества голова бы треснула.
— Не у меня, у диспетчеров и лоцманов. Сколько же их тут?
На этот вопрос ему никто не ответил, мы продолжали стоять, раззявив рты. На берегу так же шла погрузка разгрузка. Берег был поближе, там виднелся различный груз, телеги, лошади, кареты, одинокие всадники, пешеходы. Несколько парусников как раз стояли под загрузку, и вереница грузчиков один за одним хватая мешки и ящики двигались по сходням на их борта.
А дальше, дальше был город. Вернее, он был везде, я даже не знаю с чем это сравнить то. Залив с с трёх сторон был окружён сопками.
Возьмите, например, ручку и кусочек бумажки и просто тыкайте ручкой. Все эти дома и строение построены совершенно хаотично. Казалось, что нет никаких улиц, перекрёстков, но поток телег, всадников и обычных пешеходов по нескольким дорогам исчезал в городе, с других дорог этот же поток растворялся в порту. Тут дунул ветерок, и мы все отчётливо почуяли запах рыбы.
— А ну стоять падла — внезапно послышался голос Упыря.
Резко развернувшись мы увидели, как из дальней нашей телеги какой-то пацан схватил первый попавшийся мешок, взвалил его на плечи и ломанулся к ближайшим домам.
Упырь как заправский чемпион мигом соскочил с телеги на которой стоял, в несколько огромных прыжков догнал пацана и подставил ему подножку. Мешок в одну сторону, пацан в другую. Упав, он тут же дико начал орать, хотя я больше чем уверен, что упал он не больно, просто надо же поорать, чтобы его дальше не били.
— Чё щёлкаете? — наехал Туман — побросали телеги, вон уже на ходу подмётки режут. Проверить всё.
Пацаны тут же ломанулись к телегам, как лошадей то не спёрли.
Упырь за шкирку поднял пацана и встряхнул, пацан тут же заткнулся и что-то начал быстро говорить на французском размазывая по лицу слёзы и грязь. На вид пацану лет 10–12.
— Прям театр — улыбнулся Колючий, на публику играет.
Быстро осматриваюсь, вон из окон ближайших домов и из кустов на нас уже смотрят различные лица.
Только подошли к Упырю с пацаном, как из-за дома куда пацан намеревался смыться с нашим мешком вышла его группа поддержки, 5 человек.
— Это чё за бомжи ещё? — сморщился Слива, когда рассмотрел их.
Пятеро взрослых мужиков, одеты по форме номер восемь, что украли, то и носим. Дранная и грязная одежда. Во главе шёл мужик с бородой, сколько ему лет, я так понять и не смог, но, наверное, около 50. Он усиленно хромал и опирался на длинную палку, а вот у других я тут же заметил в руках небольшие дубинки, у одного меч в руках. Охренеть встреча.
Этот бородатый начал тут же громко возмущаться, орал что-то на французском. Пьер тут же перевёл.
— Орет, за что мы пацана бьём.
— Ты охренел хромуля — обалдел Слива — да он у нас мешок свистнуть хотел.
Хромуля продолжал возмущаться, гневно тряся в воздухе своей палкой, причём он стоял на ноге, на которую усиленно хромал, театр млять.
И тут из-за телег на его вопли начали выходить наши пацаны. Хромуля тут же заткнулся. Сначала Большой, а потом и Иван демонстративно хрустнули пальцами. Раз, в сторону улетела одна дубинка, два, в кусты полетела вторая. Бомжи или нищие, хотя скорее второе тут же струхнули, и мужик тут же сменил тон на более вежливый. Тут уже переводом занялся Жак. Сморщившись он перевёл.
— Всё как обычно, есть нечего, работы нет, думали телеги ничьи.
— Ага, ничьи — Упырь ещё раз встряхнул пацана.
Нда, я вздохнул. С веками ничего не меняется. Мелкие воруют, взрослые сидят ждут в засаде и на стрёме, если мелкого берут, взрослые идут на выручку и будь нас поменьше, они бы точно накинулись. Судя по их виду терять им совсем нечего, а по их дубинкам к драке они готовы точно.
— У мужика слева нож в руке — негромко сказал Крот.
— Отпусти его — негромко сказал Грач Упырю.
— Вали отсюда — Упырь отпустил пацана и на прощанье отвесил ему не сильный пинок.
Пацан, еле удержавшись на ногах подбежал к этим мужикам. Бородатый усмехнулся и что-то быстро сказал на французском и прям тут же вся эта ватага прыснула в разные стороны, причем сам этот хромой подхватил свою палку и только пятки засверкали. Некоторые из наших пацанов засвистели им вслед.
— Он сказал, ещё встретимся — перевёл Пьер.
— Да ради бога — хмыкнул Грач — не таких борзых видели.
— Так мужики — взял слово Туман.
Вот в таком виде он мне нравится больше. Серьёзный, грозный командир, приказы которого выполняются мгновенно и беспрекословно. Ну а то, что случилось менее часа назад, ну так никто от этого не застрахован. Я сам еле-еле сдержался, чтобы не пойти, не отобрать плётку у того урода и сначала вмазать ему как следует ей ему по роже, а потом выпустить ему кишки. Так что всё нормально.
— Нам нужна гостиница — громко сказал Туман — или если по-ихнему, постоялый двор.
— Нужен язык? — тут же встрепенулся Котлета.
— У него быстро всё узнаем — поддержал его Одуван — где тут лучшая гостиница.
— С баней — ляпнул Упырь.
— И с пивом — добавил Мамуля.
— Вы же французского не знаете — хихикнул Леший.
— Это он русского — продолжая улыбаться сказал Котлета — мы ему ускоренный курс преподадим.
Все заржали.
— Не нужен нам никакой язык — улыбнулся Туман — у местных узнаем. Двигаемся дальше и смотрите внимательно, чтобы у нас не спёрли ничего. Думаю, тут это на раз два сделать могут.
Погрузились в телеги, парни из каждой доложились, ничего у нас больше не спёрли, вернее не успели. Туман ещё раз строго настрого приказал внимательно смотреть за грузом и друг другом.
Цок, цок, цок. Ну наконец-то. Проехав ещё несколько сотен метров под копытами наших лошадей и колёсами телег наконец-то оказалась брусчатка. Грязи стало в разы меньше, скорость на пару километров тут же увеличилась. Но радовались мы рано.
— Твою мать, да как они тут живут то? — не выдержал Слива натягивая себе на лицо небольшую тряпку.
— Они чё, прям на улице срут? — спросил Хобот.
Не выдержав, я тоже нацепил себе на лицо повязку. Это да, пацаны правы. Мы сейчас ехали по улицам этого городишка и вонь была такая, что аж глаза резало. Мне показалось, что даже лошади и те морщатся от этой вони, по крайней мере фыркать они стали больше. Вон из-под тента первой телеги высунулся Жак и скривился.
Просто пипец, да как они тут живут. Узкие улочки, двухэтажные дома, стоявшие практически вплотную друг другу. В нескольких местах мы еле-еле разъезжались с другими телегами, всадники то ладно, они просто отъезжали в стороны, пешеходам тоже приходилось вжиматься в стены.
Несколько раз мы видели и слышали как-либо Пьер, либо Жак что-то спрашивали то у всадников, то у пешеходов. Хобот нам перевёл, они спрашивали про постоялый двор. Но все встреченные нами люди либо предпочитали отмалчиваться, либо отрицательно махали головами.
Ну и вонь, конский навоз, бегущие по брусчатке нечистоты, несколько раз видели, как из окон домов на улицу выливали различные помои и тот, кто выливал даже не смотрел, есть там кто или нет, попали по тебе, значит не повезло, успел увернуться, значит молодец. А если пройдёт дождь? Станет ещё больше вони. И ведь никто тут не убирается. Причём выливали как с первого, так и со второго этажей.
— Вот вам и просвещённая Европа — хмыкнул я — зато нас уроды жизни всегда учили.
— Они тут хоть моются? — спросил Слива.
— Сильно сомневаюсь.
Поплутав по этим улочкам, я окончательно запутался. Мы просто ехали прямо, куда вела нас дорога я так и не понял, да думаю никто не понимал, мы просто ехали. Наконец выехали на более-менее широкую дорогу, тут народу уже было побольше и сразу увидели телеги и кареты, а в них и на них и арабы какие-то и китайцы или кто они там. Тут прям поток бурлил, походу это одна из дорог которая вела в порт.
Люди несут какие-то корзины, ящики, катят бочки, все кричат, уловил сразу несколько различных языков. По бокам прямо в домах различные лавочки торгашей, к запаху конского навоза и нечистот добавился запах рыбы. Остановились мы около двух рыцарей, вернее к ним сначала подъехал наш дозор, хотя какой тут дозор, тут не так чтобы места то много, но все как-то разъезжались.
И вот как только наш караван остановился, и пацаны начали разговаривать с этими рыцарями, как к нам с двух сторон хлынули эти уличные торгаши. Я аж охренел.
Сначала слышалась только французская речь. Нам чуть ли не силой пихали в руки всякие корзины с фруктами, с рыбой, с курами и утками. Какой-то наглый пузан, растолкав всех пытался всучить нам какие-то ножи, за ним лез мужик с глиняной посудой держа её над головой.
— Ноу, нет, не надо млять — начал матерится Хобот, потом тоже самое начали талдычить и мы со Сливой, пару раз я аж по рукам особо наглым дал, когда они пытались задрать тент и заглянуть что у нас там такого интересного в телегах лежит.
Судя по матам и крикам наших пацанов с других телег там ситуация таже самая.
— Смотрите чтобы не спёрли ничего — взревел над улицей Иван.
Зря он это крикнул. Походу своим воплем раненого бизона он привлёк к нам дополнительное внимание, и вся эта толпа на улицах сначала замерла, а потом дружно попёрла в нашу сторону. И вот тут к нам поперли эти арабы и какие-то китаёзы. Арабов я по шапкам этим их опознал, ну мужиков, тюрбаны эти у каждого, а тётки, замотанные с ног до головы, только глаза видны. Китаёзы в шляпах соломенных. Эти шли кучками, первые покрепче оттесняли в стороны французов, потом торгаши, снова корзины, ящики. Мля, да тут и немцев с англичанами тоже хватает, вон фак ю слышится и хенде хох или чего они там орут. Обалдеть, да тут каждой твари по паре, вернее по десятку, они же нас сейчас массой задавят и разберут наши телеги так, что мы даже глазом моргнуть не успеем.
Наши лошади тоже очканули, начали ржать. Конь Рыжего встал на дыбы, Крот уже охаживает кого-то нагайкой.
— Отвалите на хрен, нам ничего не надо — орал Слива.
— Руки млять убери — не отставал я, шлёпая по рукам, которые лезли в телегу.
— Туман давай млять быстрее договаривайтесь — снова заорал Иван — нас тут на части рвут.
— Отвали скотина, отдай мешок, это моё — завопил позади Мамуля.
И тут раздался свист, за ним ещё один, я так подумал, что это кто-то дал сигнал этим аборигенам, ну типа берите их и грабьте. Ничего подобного, это засвистели эти два рыцаря и все эта толпа как по команде от нас отхлынула. Охренеть, прям раз и нет их, вернее они есть, но сразу вернулись к своим обязанностям. Арабы в кружок, тётки отдельно, мужики отдельно, китаёзы вообще куда-то исчезли, то было пару десятков, то нет их, немцы вон, французы и англичане, громко ругаются между собой. Ну и коллективчик тут конечно.
— Фух млять — начал матерится в телеге Слива — вроде не спёрли ничего, только тент в двух местах сволочи порезать успели.
Я аж вспотел, вот это торговля. Бабки на вокзалах торгующие пирожками и всякой фигнёй при коротких остановках отдыхают. Я понятия не имею что было бы, если бы мы действительно решили что-то купить. Мне бы походу руки вместе с кошельком либо отрезали, либо вырвали. Как в кино про зомби мля какое, только тут к тебе не пустые руки тянуться, а с каким-то товаром и каждый пытается переорать другого на своём языке.
Увидел на сумках в нашей телеге пару яблок и несколько персиков, откуда тут персики не понятно. Побрезговал, выкинул их наружу. Смотрю на рыцарей, те снова разговаривают с нашими.
Судя по их весёлому виду оба были навеселе. Они с удовольствием разговорились с нашими переводчиками, перебивая друг друга начали тыкать руками и показывать дорогу. Честно, мы пытались запомнить. Оба постоянно смеялись и Слива предположил, что они помимо того, что пьяные, так скорее всего ещё и укуренные в хлам. Правда я не помню, была в этом веке трава какая или нет. Но думаю наркота уже была, её всегда возили, тот же опиум, например, даже лечили им, но того, кого лечили, сам быстро привыкал к нему и становился наркоманом.
Наконец один из рыцарей понял сам, что хрен он нам так объяснит, чего, покрутил головой, свистнул кому-то и махнул рукой.
Тут же как из-под земли рядом с ним вырос парнишка лет 10–12.
— Помогайка — улыбнулся я вспомнив как их называл профессор.
— Почему помогайка? — спросил Хобот.
— Пацан местный, всё знает, за определённую сумму он тебе что хочешь узнает и куда хочешь приведёт.
— У нас же денег их нет — напомнил Слива.
— Ничего, разберёмся.
Рыцарь тем временем что-то быстро сказал пацану, тот кивнул.
— Ага, договорились — прислушался Хобот — он сказал отвести нас на постоялый двор к какому-то Дидье, типа у него лучшая гостиница в этом городе.
— Ага — скривился Слива — так я им и поверил. Сто процентов этот Дидье их знакомый. Завтра они к нему подъедут и потребуют долю, нас вон народу сколько.
— Скорее всего так и будет — согласились мы с Хоботом.
На прощание рыцари отдали нам честь, потом посмотрели друг на друга, засмеялись, запели какую-то песню и не спеша поехали по своим делам. Тот который справа, с трудом держался в седле, я всё гадал свалиться или нет, но тут Слива хлопнул плёткой наших лошадей и я не удержавшись на ногах упал на наши тюки.
— Слива млять.
— Держись, ща вырвемся из этого ада мля.
Когда поворачивали налево, я увидел, что тот пацанчик бежит первый и постоянно оглядывается. Уж не знаю, сам он не захотел садиться либо на лошадь к пацанам, либо в телегу или его не посадили, чтобы он не спёр ничего, но пацан бежал, мы ехали за ним.
Ехали долго, около километра точно. Снова эти домики, вонь, конский навоз, народу тут поменьше правда. Потом дорога пошла наверх. Помогайка даже не уставал, он так же резво бежал впереди нашего каравана. Лошадки понуро топали за ним.
Потом мы почувствовали ветерок и все запахи разом исчезли. Через просветы между домов стал виден залив и сотки по бокам от него. Успел заметить два двух мачтовых парусника с распущенными парусами. Один шёл в порт, второй выходил из него.
Еще сотка метров и пацанчик остановившись около огромных ворот смело постучал в висевшее около калитки огромное железное кольцо, ага, это звонок такой местный.
Спрыгнул с телеги и стал разминать ноги, мужики вон тоже спрыгивают.
— Походу приехали — оглянувшись произнёс Слива
— За забором виднелся большой двухэтажный дом, сложенный из каменных блоков. У меня тут же мелькнула мысль, как же его строили, подъёмных кранов то тут нет, а блоки, судя по их размерам весят совсем не мало. Там же из-за забора слышалось ржание лошадей и пахло дымом.
На второй раз, когда пацан снова постучал в это кольцо калитка открылась и показался мужик лет 40 или чуть больше.
— А вот походу этот и Дидье — предположил Хобот.
— Пацан что-то быстро начал ему говорить, тыча в нас грязным пальцем. Потом к ним подошли Грач и Пьер. Мужик тут же начал улыбаться и закивал своей башкой. Развернувшись он что-то прокричал вглубь двора и спустя ещё десяток секунд обе воротины раскрылись.
— Держи пацан — Грач протянул ему небольшой перочинный ножик — местных денег у нас нет, но думаю тебе это понравится.
Ох вы бы видели глаза пацана в этот момент. Они у него прям засверкали. Нож он взял двумя руками, потом быстро поднял голову и что-то сказал, Хобот перевёл.
— Говорит, если ещё что-то понадобиться, он будет там на рынке.
— Где?
— Ну где его рыцари свистнули.
— И как мы его там найдём? — удивился я — давай так, скажи ему, пусть завтра с утра сюда приходит, думаю мы найдём ему работу.
Как только Хобот ему это перевёл, тот радостно закивал и резко развернувшись, крепко сжимая в руке нож, как будто мы у него его сейчас отберём ломанулся от нас вниз по улице.
— Заезжайте — отдал команду Туман махнув рукой.
Пацаны, хлопнув вожжами начали загонять телеги внутрь. Я тем временем подошёл к этому Дидье. С ним уже разговаривал Пьер и Туман.
— Ну и чё по чём?
— Да пока ещё не понятно — сморщился Туман — но думаю он точно нас обобрать как липку хочет.
Мужик стоял и радостно кивал.
— Пусть сначала номера покажет — улыбнулся я в ответ — может у него там клоповник какой, кухню, вернее блюда и кто будет нести ответственность за наш груз.
— Хитро — заулыбался Туман.
Как только Пьер ему перевёл, мужик заметно сдулся, но делать нечего, повёл нас внутрь этого здания.
Не, я конечно предполагал, что тут 14 век и всё такое, но, чтобы было так. В одних номерах были кровати, с каким-то вонючем бельём, как только я скинул бельё на пол, в рассыпную бросились клопы, мы прям как стояли, так на пару метров назад и отпрыгнули, ну кроме мужика этого, для него это так, обычные насекомые. В других номерах кроватей не было, там вместо них на полу лежали матрасы, набитые соломой, я их даже трогать не стал. Естественно ни о каком душе, умывальнике или туалете не могло быть и речи.
Когда мы сказали этому Дидье, что сваливаем, он равнодушно пожал плечами. Ну типа и скатертью дорога, валите, подумаешь то же мне, какие капризные гости и всё такое. Но я решил пойти на другой хитрый ход.
— Ну ка пошли со мной — поманил я его пальцем.
Этот Дидье, гордо выпятив грудь пошёл за мной. Подведя его к одной из наших телег, я откинул тент и вытащил из неё хороший такой рулон ткани, а Слива вытащил коробку с гранёными стаканами. Обычными нашими гранёными стаканами на 200 грамм, в коробке их 10 штук.
Я думал, что мужика сейчас хватит удар. Он мне кажется от увиденного не дышал пару минут. Затем аккуратно взял в руки один из стаканов, крутил его, вертел, смотрел на свет, разве что на зуб не попробовал, пощупал ткань, долго рассматривал стежки, ну да, тут так ещё не шьют. Затем шумно выдохнул и посмотрел на нас как кот из Шрека.
Серия «Механики»
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
- 9
- 10
- 11
- 12
- 13
- 14
- 15
- 16
- 17
- 18
- 19
- 20
-
21
Механики. Часть 92вы здесь
- 22
- 23
- 24
- 25
- 26
- 27
- 28
- 29
- 30
- 31
- 32
- 33
- 34
- 35
- 36
- 37
- 38
- 39
- 40
- 41
- 42
- 43
- 44
- 45
- 46
Как читатели оценили книгу
Скачать книгу «Механики. Часть 92» бесплатно
Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрацииОтзывы и комментарии
Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает
Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.
































