Стезя смерти

Карточка книги Завершена
Серия
«Конгрегация»книга 5 из 5
1глав
≈ 398страниц
995 тыс.знаков
Русскийязык
06.10.2026добавлена
4просмотров

Мои полки: отметьте книгу — и она найдётся в вашем профиле.

—
оценок пока нет — ваша будет первой
Ваша оценка

О книге

«По делам их» — такова авторская формулировка.

Кёльн, Германия, 1390 a.d. Город живёт спокойно, преступления тут почти не случаются, и местное отделение Инквизиции прозябает в тоске и лени. Молодой следователь Курт Гессе, недавно получивший сюда назначение и мающийся от отсутствия занятий, хватается за зауряднейшую, как кажется, историю — кончину студента местного университета во сне. Неопытному инквизитору предстоит погрузиться в быт студенческого братства, рискованно столкнуться с высшей знатью и духовенством, а также близко познакомиться с пфальцграфиней Маргарет фон Шёнборн. На что он положится — на чувства или рассудок, когда перед ним встанет чудовищный выбор, какой только возможен для служителя Конгрегации?

Цикл «Конгрегация» отсчитывает свою историю с 2012 года.

Обложку оформила Катерина Белкина.

Начало книги

Пролог

Автор выражает благодарность Надежде Шолиной, доценту кафедры всемирной литературы НГПУ им. К. Минина, за помощь в блуждании по дебрям латинских падежей. Et pacti Dei sui oblita est inclinata est enim ad mortem domus eius et ad impios semitae ipsius; omnes qui ingrediuntur ad eam non revertentur nec adprehendent semitas vitae. [1] Пролог Прямой удар в горло Курт блокировать не стал — отшатнулся, прогнувшись назад, и попытался коротким прыжком уйти в сторону, дабы достать противника в бок; тот ударил снова — теперь обоими кинжалами сразу, опять в горло и в грудь. Острие царапнуло по куртке, второе вновь прошло мимо, и Курт отпрыгнул теперь вспять, держа свои клинки наизготовку, понимая вместе с тем, что человек напротив уже знает, какой удар он нанесет и куда, а потому остался на месте, замявшись в нерешительности. — Ты ждешь знака свыше, Гессе? — ухмыльнулся противник на хорошей латыни; Курт сжал зубы. Мельком он подумал о том, что не во всем Гвидо Сфорца превосходит его — самому Курту языки давались свободно, а вот кардинал за все годы, проведенные в Германии, так и не научился изъясняться по-немецки сносно… Наказание за несвоевременные размышления пришло немедленно — просто шагнув вперед, противник сбил его руку в сторону, развернулся с ловкостью, удивительной для своего возраста, и ударил Курта ногой в правое бедро. От второго удара — рукоятью в ребра — заградило дыхание, и он повалился на колени, выронив оружие и упираясь ладонями в холодный песок, дыша тяжело и с усилием. Острие кинжала прижалось к коже под подбородком, и все тот же насмешливый голос на безупречной латыни сообщил: — И ты убит, Гессе. — Это было бесчестно, — отозвался он, не поднимая головы. — Я ранен! И вы били по ранам! — Безусловно… — клинок легонько похлопал его по шее. — Сдаешься? — Да никогда, — процедил Курт зло; кардинал засмеялся: — Ну и дурень. Поднимайся. Курт взялся за протянутую ему ладонь, с трудом встал на ноги и возобновил дыхание; наставник качнул головой: — Гессе, Гессе… Забудь, раны давно затянулись. — Руки едва только зажили. — Вполне достаточно, чтобы держать оружие, — фыркнул Сфорца пренебрежительно. — А прочее и вовсе ерунда. Когда ты не наблюдаешь за собой, ты перестаешь прихрамывать и спокойно дышишь; миновало три месяца, с твоим-то молодым организмом — вполне достаточный срок. Но я знаю, что ты неизменно думаешь об этом, а посему — твоя слабость есть моя сила. Между прочим, твои недруги о честном бое помышлять не станут. И ты убит. — Снова, — кисло добавил Курт; кардинал кивнул: — Снова. Кроме того, весьма по-глупому. — По-вашему, я должен был вам сдаться? — Конечно, — передав Курту клинки, наставник развернул его, установив там, где сам стоял только что; встав на его место, со вздохом опустился на колени, упираясь в песок ладонями. — Дева Мария, мои старые кости… Встань, как я стоял. Я покажу, что надо было делать. Курт взглянул на клинки в своих руках, на свои кинжалы, возлежащие на песке, и скептически покривился. — На дворе ноябрь, Гессе, — нахмурился кардинал. — И в моем возрасте неполезно стоять на холодном песке. Приставь кинжал к моей шее. — Что-то мне не хочется, — нерешительно возразил Курт. — Зная вас, убежден — вы выкинете какую-нибудь грязную пакость. — Вперед, курсант! — Я уже полгода не курсант… — пробормотал Курт себе под нос по-немецки, однако стал, как было велено — заняв ту же позицию, что и наставник минуту назад, приставив к его шее острие кинжала и отведя назад оружие в левой руке. — Итак, я сдаюсь, — прокомментировал кардинал. — И ты, как и любой человек, после таких слов расслабляешь внимание, пусть хоть ненамного — чтобы хотя бы насладиться этим моментом, даже если оставлять мне жизнь и не собирался. Курт понял, что Сфорца намеревается сделать, но излишне поздно; увернувшись от брошенной в лицо горсти песка, он заслонил глаза локтем, отступив, и ощутил, как одно острие прижалось к колену, а второе уперлось в пах. — И ты убит, Гессе. Снова. Рядом прозвучал глумливый смешок: — Причем весьма… курьезно. Курт зло бросил взгляд на Бруно, следящего за его занятиями вот уже более получаса, по временам отпуская комментарии, подобные этому, и начиная уже, говоря по чести, действовать на нервы. — Замолкни, — процедил он, подавая наставнику руку и помогая подняться, а левой ладонью отирая глаза — все-таки, увернуться полностью не вышло. Кардинал улыбнулся, отряхивая штанины, и похлопал его по плечу: — За удовольствие увидеть Гвидо Сфорца на коленях не за молитвой, Гессе, надо платить. Продолжим? В ответ Курт сказать не успел ничего — обернулся на чьи-то торопливые шаги: почти бегом к ним подлетел курсант и остановился, найдя майстера инквизитора взглядом. — Майстер Гессе, — неровно дыша, обратился он, глядя преданно и с почтением. Курт невольно подумал о том, какие легенды ходят о нем сейчас в академии. В обстоятельства дела курсантов никто, само собою, не посвящал, и их мнение о нем целиком зависело от их же фантазии… — Да? — подбодрил он. — Отец Бенедикт зовет вас. Я бы не стал мешать, но он велел… — Спасибо, — кивнул Курт и обернулся к наставнику, с улыбкой разведя руками. — Похоже, сегодняшний урок окончен, ваше высокопреосвященство. Спасибо, что расходуете на меня свое время; вы ведь теперь не обязаны… — Обязан, — серьезно возразил кардинал. — Иди, не заставляй духовника ждать. — Спасибо, — повторил Курт и, развернувшись к Бруно, бросил ему клинки. — Держи. Потрать время с пользой. Тот поймал оба кинжала — довольно ловко, и мысленно Курт похвалил его: месяц назад или выронил бы, или промахнулся, или вовсе ухватился бы за лезвие. — Ненавижу эту поножовщину, ты же знаешь, — недовольно покривился Бруно; Курт улыбнулся с неприкрытым злорадством: — Знаю. Вперед, воитель! Желаю удачно умереть. К главному корпусу академии святого Макария Курт шагал быстро, щурясь на нисходящее к горизонту желтое солнце и уже смутно догадываясь, о чем намеревается говорить с ним духовный наставник. С того дня, как умирающий, почти истекший кровью господин следователь после своего первого дела был доставлен в alma mater , и впрямь прошло достаточно времени; и сколь бы ни было отрадно бывшему выпускнику пребывание в воспитавших его стенах, пора уже и подумать о возвращении к службе… По тому, с каким торжественно-приветливым лицом шагнул к нему навстречу духовник, Курт понял, что не ошибся; прикрыв за собою дверь, он остановился, принимая благословение, и шагнул вслед за рукой, потянувшей его к скамье. — Садись-ка, — поторопил его наставник, усаживаясь, и Курт подумал вдруг, как его духовный отец сильно сдал за последнее время. Видя его каждый день в течение десяти лет обучения в академии, этого почти нельзя было заметить, однако, стоило покинуть родные стены всего-то на два с небольшим месяца — и Курт, вернувшись, осознал, насколько постарел его и без того немолодой наставник. А за те три месяца, что он провел здесь, зализывая раны, ощущение это лишь крепло… Он сел рядом, глядя неотрывно в лицо духовника, и тот вдруг грустно усмехнулся: — Я неважно выгляжу, верно? Курт смутился, опустив взгляд, и пробормотал тихо: — Вы всегда меня знали лучше меня самого, отец… — Ой ли… — посерьезнев, вздохнул отец Бенедикт. — Ты понимаешь, зачем я хотел говорить с тобой? — Наверное, понимаю. Рай кончился, пора возвратиться к делу. — Не хочется? Курт вскинул взгляд, покачав головой уверенно и решительно. — Нет, я не это имел в виду. Да, вернуться… домой… было здорово, но это не означает, что я не желаю приступать снова к службе. Praeterita deсisa [2] , я вполне оправился и… — Оправился ли? — осторожно спросил наставник, и он умолк, глядя в пол у своих ног. — Ты помнишь, о чем мы говорили с тобой, когда ты выздоравливал? Ты обещал подумать. — Обещал, — кивнул Курт. — Но также сказал, что уверен в неизменности уже тогда принятого решения. Я не желаю сидеть в архиве — за бумагами, книгами, чернилами… — Тем не менее, я снова хочу спросить — тебя все еще прельщает работа следователя? После всего пережитого? — Тогда и я спрошу снова — вы уверены, отец, что после всего этого следователь из меня будет никудышный? — Господь с тобой, я так не думаю… — отец Бенедикт тяжело вздохнул, кивнув: — Хорошо. Пусть так. Возвращайся на службу. Однако есть некоторые изменения; скажу сразу, ты ни в чем не повинен. Просто провели… что-то вроде всеобщего совещания, где было решено, что мы, кажется, ошиблись, отсылая выпускников в одиночестве на новое, не обжитое Конгрегацией место. Ведь, не дай Бог, возникнет сложная ситуация — и новичку придется дожидаться помощи днями, как тебе, не зная, что делать… — …и, быть может, более опытный дознаватель сразу увидел бы то, чего не разглядел я, — невесело договорил Курт; наставник развел руками: — Приходится допускать и такую вероятность. В любом случае, мальчик мой, вывод один: надо работать иначе. — Id est [3] … — начал Курт нерешительно, и тот кивнул снова: — Да. Теперь ты отправишься в город, где уже есть наши братья — наберешься опыта, обкатаешься, а уж после будет видно, где и как ты продолжишь, если все еще сохранишь тягу к службе инквизитора… Думаю, Кёльн — самое подходящее место. Курт замер, не говоря ни слова, все так же уставясь в камни пола; минута прошла в абсолютном безмолвии. — За что вы со мной так? — спросил он, наконец, тихо; отец Бенедикт вздохнул, опустив ладонь на его руку, тоже понизил голос: — Praeterita decida — так ты сказал? Я вижу, что оно осталось с тобою… Но бегать от прошлого нельзя вечно, мой мальчик. Когда-нибудь оно вернется к тебе само, и, как это всегда бывает, внезапно, когда ты менее всего этого ждешь. Иди к нему сам. Посмотри на него; быть может, не так все и страшно… — Не страшно?.. В этом городе, отец, две семьи, потерявшие близких, и две сиротские могилы на бедняцком кладбище; не так все страшно, вы сказали? — И тюрьма, из которой ты был взят в академию, еще стоит, — мягко добавил наставник; Курт засмеялся — зло и болезненно. — Значит, смогу по ней прогуляться. — Быть может, так и стоит поступить?.. Послушай меня; ведь я десять с лишком лет был твоим духовником — неужели ты мне не веришь

Как читатели оценили книгу

Оценки — из 10 · 0 оценок
10 0
9 0
8 0
7 0
6 0
5 0
4 0
3 0
2 0
1 0
На полках читателей
Читаю 0
Хочу прочитать 0
Прочитано 0
Не дочитал 0
Недописано 0
Чёрный список 0
В избранном 0

Скачать книгу «Стезя смерти» бесплатно

Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрации

Отзывы и комментарии

Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает

Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.

Подборки с этой книгой

Все подборки
Подборки по настроению, жанрам и любимым авторам появятся здесь, когда вы долистаете до этого места.