Приграничное владение

Карточка книги Завершена
Серия
«Приграничное владение»книга 1 из 5
21глав
≈ 278страниц
750 тыс.знаков
Русскийязык
27.09.2026добавлена
2просмотров

Мои полки: отметьте книгу — и она найдётся в вашем профиле.

—
оценок пока нет — ваша будет первой
Ваша оценка

О книге

Каким образом остаться в живых в отдаленном владении, поставленном на рубеже людских территорий? Как уберечь народ, чьи судьбы лежат на тебе?

Не попробовать ли устроить переход в техногенный мир, чтобы раздобыть немного магического металла?

Начало книги

Часть 1 Дела земные Глава 1

Часть 1 Дела земные Глава 1

Он лежал на железной койке, в комнате с белыми стенами выбеленными известью и белым же потолком. Скосил глаза — на соседней кровати лежал какой-то дедок затрапезного вида с взлохмаченной бородой, а еще через проход — толстый детина со стоящей рядом капельницей и прозрачной трубочкой, ведущей к руке.

Сверху, на него была накинута застиранная до серого цвета простынка со смазанным черным штампом, который находился недалеко от лица. Он вгляделся в прямоугольник, но что-либо разобрать на нем, кроме цифры двенадцать, не смог.

Наверное, это больничная палата? Очень уж похоже. А решетка на окне почему? Первый этаж или больничка тюремная? Хотя откуда я это могу знать, ну про тюремную, вроде не сидел?

Странное ощущение нереальности всего происходящего и увиденного, не покидало.

«Что-то не так, совсем не так! А как голова раскалывается, даже смотреть больно будто песка в глаза насыпали. Что я помню? Хотя бы последнее, что со мной происходило. Да ни хрена, я не помню, ни последнее, ни предпоследнее. Вообще ни хрена! А ведь меня уже спрашивали об этом, точно спрашивали. Врач вчера спрашивал, а потом сестра вколола что-то в вену и уснул. Пить хочется сильно, горло саднит, язык как будто наждачкой терли.»

Дверь открылась. В палату вошел седоватый мужчина, лет под пятьдесят, в очках с тонкой оправой и белом халате.

«Ага, доктор, точно он. Вроде вчера вечером он со мной и говорил.»

С доктором вошла смазливая девочка лет девятнадцати, в светло-зелененьком халатике, который не то что коленки, а самую короткую юбку при всем желании не прикрыл, впрочем юбки на ней не было.

«Наверное, студентка-практикантка» — подумал он.

В руках она держала толстую тетрадь и ручку. А следом вошел прыщавый молодой человек в серой милицейской форме, с погонами лейтенанта.

«А этому-то чего от меня надо? Может, я совершил что-то, чего не помню? Преступление какое? Да один хрен, не помню же ничего!»

— Ну-с, молодой человек, вспомнили что-нибудь? — обратился к нему доктор. — Ну хоть имя. Вот, как вас зовут?

— Клим… Климент… — еле выдавил из себя и прохрипел, — Пить дайте.

— Да-да! Вот водичка кипяченая, в стаканчике. Зина, ну помогите же больному.

Зина положила на тумбочку тетрадь с ручкой, взяла стакан с водой и чуть наклонилась. Взгляд непроизвольно упал на вырез.

«Вот это, блин, дыньки! У нее, походу, не только юбка не одета! И молодая совсем, наверное, студентка-практикантка?»

Он скосил глаза и увидел, как сглотнул молодой летеха, тоже уставившись в вырез практикантки. Клим с трудом отвел взгляд от сочной груди и сделал несколько глотков теплой воды, но полностью обстрагироваться от увиденного не вышло.

«Интересно, а трусы-то хоть у нее есть? Ох е! Этого еще не хватало. Походу, я сам без трусов тут лежу, только простынкой тонкой и прикрыт.» — промелькнула в голове запоздалая мысль.

Он увидел, как не сдерживаясь заржал мент. А Зина, чуть скосив глаза на выросший вдруг из-под простыни бугор, ойкнула и залилась краской, впрочем, наверное, как и он сам. Лицо просто пылало.

«Надо же, так оконфузиться. У меня что, женщины давно не было?»

— Совершенно нормальная реакция молодого выздоравливающего организма! — невозмутимо заявил доктор. — Зина, спасибо, вы можете идти.

Прежде чем уйти, студентка еще раз скосила глаза на его конфуз, потом хихикнула и прикрыла за собой дверь.

«Хм, интересно, а практиканток ночью дежурить оставляют?» — снова поскакали совсем не в ту степь его мысли.

— Ну-с, значит говорите, Клим? — по-доброму улыбнулся ему доктор, — Ну вот, это уже явный прогресс. А фамилию свою, случайно не вспомнили?

Клим хотел помотать головой, но почувствовал боль в затылке и невольно поморщился.

— Заявление писать будете? Хотя, какое заявление. От гражданина не помню как звать, случилось со мной не помню чего! — совсем не радостно усмехнулся летеха. — Документиков-то при вас тю-тю! Да и денег тоже. Может, сам напился, потерял все, да головой еще саданулся по-пьяни?

— Во-первых, пациент уже вспомнил, как его зовут и вчера сказал, что приезжий, а во-вторых в ране присутствовали характерные кусочки стекла, поэтому ясно, что его бутылкой, как вы выразились, саданули, скорее всего, из-под шампанского. Алкоголя в крови пациента практически не было, не было и каких-либо наркотических веществ. — вступился за него доктор.

— Во-от! Практически не было. — будто пророчествуя поднял вверх указательный палец прыщавый милиционер, — То есть, немного, но все же выпил?

— Ну, может, совсем немного, но, знаете, если здоровый молодой человек бутылку пива выпьет, то однозначно не опьянеет. — развел руками доктор.

— Как вы сказали, здоровый? А кто сказал, что здоровый, может он псих конченный? Видите, не помнит ничего. — продолжал нажимать мент, — Может и того хуже — маньяк какой, полез ночью к женщине, она его по башке двинула, отбиваясь. Сами же видели, какая у него на баб реакция.

— Что вы выдумываете. — уже не так уверенно ответил доктор, — Это, скорее всего, временная ретроградная амнезия, приобретенная пациентом в результате черепно-мозговой травмы. Что вы сразу в виновные его записываете?

— Да никуда я никого не записываю! Сейчас объяснение возьму… ну хоть вкратце! — сказал миллиционер видя, что доктор собрался спорить, а после уточнил, — Доктор, а он точно потом все вспомнит?

— Да откуда же мне знать? — удивился седоватый эскулап, — Кто же предугадать может выверты судьбы и особенности организма. Тем более мозг! Мозг, батенька, предмет до сих пор мало изученный. — доктор вздохнул, — Мдас… ну, будем надеяться. Организм молодой — двадцать три года, максимум двадцать шесть. Так что… будем надеяться. Да и процесс уже пошел — мя-то свое он вспомнил.

— Ага, будем надеяться. А куда вот его, в дурку? Так там своих таких полно, бесплатно кормить не будут, не при Союзе! А куда тогда? Он же к нам из больницы придет, скажет вот он я! Безвинно пострадавший от разгула преступности и документы скажет, украли и деньги, хотя, может, сам все посеял! — повысил он голос лейтенант, глядя на Клима, — А нам что делать, еще один висяк на отдел вешать? Во, видал! — вдруг показал он в сердцах больному смачную дулю.

— Что вы себе позволяете! — теперь повысил голос уже врач, — Я вас сейчас выгоню и начальству еще вашему пожалуюсь!

— Не надо начальству, не надо. — пошел на попятную лейтенант, — Простите, я ведь с утра на нервах, вот из-за начальства как раз. Все жалуются, а подпол только кричит. Простите. — еще раз повторил он, — Я вот быстренько, буквально пару строк. Ага, вот так… тут не помню, откуда приехал — тоже. А имя — Клим, это полное как?

— Климентий, как у Ворошилова. — подсказал милиционеру доктор.

«Климентий? Нет, Климент! Я Климент!» — подумал он, но вслух ничего не стал говорить, и так уже голова разболелась из-за этого цирка.

— Ага… вот так — записано со слов пострадавшего, в присутствии доктора? Как вас по батюшке, док?

— Андрей Петрович. Звягинцев.

— А документ можно? — не унимался летеха.

— К-какой документ? Он у меня в кабинете, вы чего думаете — я вру тут вам⁈ — скорее удивился, чем возмутился док, — Переоделся в белый халат и доктора изображаю?

— Да ни боже мой! Положено так, да ладно, верю я вам. Чего вы, сразу обижаться? Вот делаешь все по инструкции, а на тебя же потом жалуются. — снова тяжко вздохнул милиционер, — Ладно, подписывайте вот тут и пошел я. И это… если он вспомнит чего, ну или родственники сами найдут, так вы данные запишите и нам сообщите. Ну не в службу, а в дружбу, док?

Звягинцев подписал бумаги и сдержанно кивнул, глядя на лейтенанта из-под очков.

— Ну вот и ладно, побегу я. У меня еще два адреса, где объяснение брать и с отчетом на ковер. Эх жизнь… а они еще все жаловаться. — парень сгреб бумаги и направился к двери, потом вдруг резко развернулся, — Слушай, раз двадцать пять только, хотя я бы тебе больше двадцати двух не дал, может, вспомнишь где служил? Я вот, два года армейки никогда не забуду. Ну так как, совсем не помнишь? А вы говорили, док, что у него шрам еще на ноге? И чего, еще на руке небольшой, да док?

— Если можно, Андрей Петрович! — поморщился он от такого панибратства, — Я же вам уже говорил, а вы записывали.

— Док… э, то есть, Андрей Петрович, а, может, это террорист? Сейчас повсюду усиления. Операцию «антитеррор» чуть не каждый месяц проводят. Хотя бороды вахабитской у него нет, морда лица вроде русская, хоть и волосы черные. — махнул он рукой, — А, может, парень, ты студент? Где учишься вспомнишь. Или на заработки в город приехал. Ну хоть на чем приехал, поезд там или автобус?

— А с чего вы взяли, что пострадавший в армии служил? — удивился Андрей Петрович. — Может он в деревне, топором по ноге себе попал?

— А татуха? Вон, на плече! Говорите, у него еще на руках и ногах есть? Надо бы отразить в объяснительной, — лейтенант чуть приподнял простыню и осмотрел ногу больного, — Ага, ну это надписи какие-то, вязи типа рун, я думаю. А вот на плече, тогда как особую примету запишу. — и он снова разложил свои бумаги на прикроватной тумбочке, — Так, дубовый венок на щите и два скрещенных меча. Корона сверху и надпись из двух иностранных слов. Странно, короны я на армейских не помню. Если бы не корона, то на наш шеврон милицейский похоже. — оскалился прыщавый лейтенант, — Может, наемником где воевал, Приднестровье, например? Вон так-то здоровый и мышца подкаченная, сразу видать. А, может, спортсмен, не помнишь? Или с республик бывших приехал, там многие по-русски понимают, прибалт, может или молдаванин? Тоже не помнишь? Жаль! — опять вздохнул мент, — И слова на татухе не помнишь, чего значат?

— Враг не пройдет! — на автомате ответил Клим.

— Во! Я же говорил, док, что армейская! — забывшись, опять по своему обратился к врачу лейтенант, — И правда, вспоминает понемногу. Ладно, давай, парень, выздоравливай! Может, и встанет кукуха на место. Пошел я, до свиданья, Андрей Петрович, ну вы это… все равно, если вспомнит или приедут за ним, запишите данные.

— Всенепременно. — заверил его врач, — Мы и сами такие факты всегда фиксируем.

— Ну, чего, парень, кто же тебя так? — когда за милиционером закрылась дверь спросил доктор и подсел к нему на кровать, — Там у тебя во внутреннем кармане было кое-чего, но я органам сообщать не стал, лишний треп нервов только. Вот! — покосившись на соседние кровати, протянул он ему коричневый кожаный квадратик, — Что-то типа кошелька небольшого. Мягонький такой, и тиснение вот есть, тоже как на наколке твоей. Видать, на память всем заказывали, когда отслужили. — сделал предположение доктор, — А сам-то, совсем не помнишь? — И он вытряхнул на ладонь три монеты.

— Вот! Две вроде золотые и одна серебряная. — показал он кругляши парню, — С двухрублевую размером будут, даже побольше. Солидно. Так что ты вспоминай, даже если приезжий, то на обратную дорогу будут деньги. И одежду кое-какую прикупить тоже, твой спортивный костюм-то того… в грязи да в крови весь, еще и рукав оторвали. Хорошо, что монеты тот, кто тебя ограбил не нашел. Хочешь у себя оставь, а хочешь, я в сейф в кабинете приберу, там надежнее будет. — снова покосился Звягинцев на соседние койки.

— Потом заберу, пусть у вас будут. Спасибо. — поблагодарил доктора Клим.

— Ну и хорошо! — явно повеселел доктор от оказанного доверия, — Ты только, по-началу сильно голову не напрягай, полежишь еще пару деньков и вспомнишь. Раз процесс пошел, то точно вспомнишь.

— А давно я тут? Когда меня привезли? А это кто? — показал Клим глазами на толстяка с капельницей и почему-то привязанного к кровати дедка.

— Так три дня назад привезли. Два дня, ты без сознания провалялся, а вчера в себя пришел, но совершенно ничего не помнил. А это Фрязин, алкаш местный. Он у нас уже третий раз за год с белой горячкой лежит, вот и привязали, а то черти кругом мерещатся. Ночью, сволочь, орать начинает. А этого мужчину, с ножевым, только ночью привезли. В себя еще после операции не пришел. Хотя случай не тяжелый, оклемается. Ну, ладно, парень, мне к другим пациентам пора, а я тебе попозже Зину с таблетками пришлю, глядишь, опять реакция в памяти начнется. — Заулыбался доктор, подмигнул и вышел из палаты.

«Водички бы еще попить, в палате жара стоит.»

Он попробовал дотянуться до стакана, на тумбочке. К его удивлению и радости, это ему удалось. Он с удовольствием допил воду, поставил стакан на место и задумался.

«Док сказал, что мне максимум двадцать шесть, а ведь больше, вроде, было. — мозг отвергал эту цифру, как слишком молодой возраст, — Странно… Клим! Хотя, я больше привык к обращению Климент. А фамилия? Фамилия Корвин. Точно — Корвин! — вспышкой пронеслось в мозгу, — Значит, и правда, процесс пошел, товарищи! Даду-даду! Откуда это? Вот будто мои мысли, а будто бы чужие совсем. Может, и вправду того… как сказал прыщавый, кукуха слетела? Хотя, чего разволновался-то? Видать, сильно шарахнули, вон вся голова толстым слоем замотана. Тут вообще, как звать-то по началу забыл, а еще жалуюсь, что мысли как чужие. Хорошо, что они вообще есть, эти самые мысли-то! А поспать пожалуй надо. — он потянулся, тело вроде нигде не болело, да и затылок почти уже не ныл, зевнул и прикрыл глаза, — Главное, Зину не проспать, когда таблетки принесет. Ничего так девушка, супер-секси прямо. Может, и телефончик даст? Даст, куда она денется, с его-то опытом. Опытом? В двадцать пять? Все, хорош репу морщить, а то мозги закипят — спать!»

И Клим провалился в крепкий сон выздоравливающего человека.

Проснулся Клим от невнятного бормотания. Вдруг справа резко вскрикнули, Клим даже вздрогнул. Он повернул голову. На соседней кровати запрокинув голову и, выставив кверху жиденькую топорщащуюся бороденку, лежал привязанный дед.

«Как его? А, Фрязин!» — Вспомнил Клим.

Губы алкаша чего-то невнятно шептали, выпирающий кадык дергался, а взгляд был устремлен в белый потолок палаты.

«Понятно, док говорил „белочка“ его посетила.»

Вдруг, без всякого перехода дедок начал подвывать, затем пару раз плюнул в кого-то, по его мнению сидящего на потолке и заголосил уже в полный голос. Дверь палаты распахнулась.

— Да сколько же можно! Прямо наказание какое-то, и все в мое дежурство, тебя ирода, привозят! — в палату зашла пожилая женщина в белом халате. Глянула на Клима, — Чего, разбудил тебя этот прохиндей? Щас, я ему успокоительного кольну, опять заснет, паскуда. Когда уже сдохнет-то? Жрет литрами, иссох весь, а живой! Смотришь другие — молодой, здоровый, а выпьет самопала или вколет себе чего и завернул ласты, а этот гад, живучий! — она опять глянула на Клима и пояснила.

— Сосед это мой, в одном доме живем. Так всех уже достал. То старуху свою с топором по улице гоняет, то песни горланит ночью. А в прошлом месяце пьяный заперся в квартире, и в окно кричал, что дом заминировал. Милицию вызвали, дверь сломали и увезли. Так ведь не содют! Через трое суток опять объявился, ирод! — она сломала ампулу, сноровисто набрала в одноразовый шприц бесцветную жидкость.

— Да не дергай ты руку, паразит, а то щас отоварю табуреткой по башке и колоть не надо! — буквально через несколько секунд после укола дедок стал затихать и плавно перешел в фазу отключки.

— Ну вот, теперь до утра спи, не побеспокоит. А там, может, и в себя придет, сволочь. Какой раз уже откачиваем, так нет, чтобы бросить, он же прямо в больнице мелочь сшибать начинает и потом снова в распивочную, злыдень окаянный! Ну весь дом уже достал.

— Тетенька, а где я? — спросил ее Клим.

— В больнице, естественно! Где же еще. — она усмехнулась и добавила. — Дяденька.

— Да это понятно, а город-то какой?

— Ты чего, паря, головой стукнутый? — она глянула на его забинтованную голову. — Тьфу, ты! Точно, мне же Петрович сказал, что ты беспамятный. Ой, как жалко-то, паря! Такой молодой, симпатишный и ужо стукнутый. И Зинке нашей понравился, так куда ей пришибленного-то? Ай, да ладно, может, и отойдешь еще, всанут мозги на место. — и она, чуть растопырив пальцы, покрутила рукой у головы.

Климу стало немного обидно, что его принимают за полудурка какого-то.

— Я просто память потерял, временно! А так у меня с головой, все в порядке. Так какой это город-то? — вновь задал он интересующий его вопрос.

— Известно какой! И больница наша, номер двенадцать. Ладно, пойду. Если чего надо, я в конце коридора, в сестринской. А, ну ты же не встаешь еще! Может, утку подать?

Клим прислушался к себе. В туалет не мешало бы сходить. Но в утку, как-то стыдно. Да и чувствовал он себя уже нормально, ну, по сравнению с утренним своим состоянием.

— А можно мне халат какой? Я вроде нормально уже себя чувствую. — попросил он медсестру.

— Ну так-то, не положено еще тебе вставать. — замялась она, — Но, с другой стороны, раз сам дойти можешь, так чего утку марать, а то выноси за вами, за всеми. Санитаров-то сократили. Ладно, щас принесу тебе больничную пижаму. Старенькие у нас, правда, уже все. Так щас же кто в чем лежит, в своем больше. А у тебя там костюм спортивный лежит, куртку-то хоть выкидывай, а штаны если состирнуть, то сойдут еще.

— Так, может, выдадите, а я попробую, может, отстираю.

Медсестра покосилась на его забинтованную голову. — Ладно, я сама. В сушилку кину, так через час сухие будут, лежи уж, болезный. А пижаму сейчас принесу. У тебя размер какой? Это я про тапки.

Клим задумался, но покачал головой. — Не помню.

Пожилая медсестра вздохнула и откинула простыню.

— Сорок третий! — уверенно кивнула она и вышла за дверь.

Вернулась она минут через двадцать, когда Клим уже начал сомневаться в ее возвращении. В руках она несла сверток пижамы и коричневые тапки из кожзаменителя.

— Анька, кастелянша наша курить ходила, вот и ждала ее. На-ка, примеряй! — и она, бросив сверток на кровать Климу, встала, уперев руки в бока. Потом вдруг спохватилась, — А, ну ты же без трусов лежишь. Тогда выйду, пока одевайся.

Клим развернул сверток. Изрядно застиранная серо-коричневая полосатая пижама. Сначала потихоньку, опираясь рукой, стал привставать, садясь на кровати. Но, как ни странно, затылок больше не реагировал резкой болью на движения тела и повороты головы. И он, уже уверенней, опустил ноги с кровати.

«Не, нормалек! Не болит и даже не кружится. Не болит голова у дятла! С чего бы? Причем тут дятел-то? Ну, если только иносказательно. — усмехнулся он и стал натягивать принесенные пижамные штаны. Пижама оказалась впору по объему, только самую малость коротковата, — Ну ничего, для больнички самое то!»

Клим сунул ноги в разношенные тапки. На дальней кровати вдруг зашевелился толстяк. Он приоткрыл глаза и тихонечко застонал. Блин, еще один сейчас голосить начнет. Но нет, толстяк только тяжело вздохнул и печальными глазами посмотрел на Клима.

Клим, поначалу держась за спинку своей кровати, а потом и так, сохраняя равновесие поковылял к выходу из палаты.

В коридоре медсестра стояла и разговаривала с каким-то мужиком в старых трениках и клетчатой рубашке.

— Ну, вот впору почти. Ты пока ходишь, я тебе простыню поменяю, ты же в беспамятстве потом исходил, мокрая была, хоть отжимай. Да, меня Клавдия Ивановна зовут, если чего надо… ну ты знаешь где я. — махнула она рукой в конец коридора.

— Клавдия Ивановна, там второй в себя пришел, ну который с ножевым доктор говорил.

— Ага, ну пора уже. Пойду Петровича позову. — она на несколько секунд задумалась, потом прошептала, — Только ты меня не выдавай, я скажу, что пижаму принесла, когда ты голый в коридор выйти хотел. Лады? — посмотрела она на Клима.

— Конечно, так и было. — подтвердил он ее слова.

— Ну вот. Ща, паря, с этим резаным разберемся и штанцы твои простирну. — сказала повеселевшая сестра, — А туалет, вон он, через три двери, увидишь.

Клим, чуть придерживаясь за стеночку — скорее на всякий случай, чем по необходимости, дошел до туалета все же быстрее, чем из своего кабинета вышел Андрей Петрович. Сделав свои дела, он подошел к умывальнику. Над раковиной висело небольшое, с альбомный листок, зеркало. Из него смотрело молодое лицо. Черные волосы, чуть заметная щетина на подбородке.

«Может бороду отпустить? Нет, смешно будет у двадцатипятилетнего паренька борода смотреться, вот побриться не мешало бы. Глаза зеленые, нос небольшой прямой, но с горбинкой. Над левой бровью еле заметный, маленький шрам. А рост? Ну выше среднего, это точно!»

Клим опять внимательно оглядел себя.

«Ну может и не двадцать пять, если серьезное лицо сделать и строгий взгляд, то все двадцать восемь! Все равно, не вяжется, ну детская какая-то цифра. Ведь помнит, где-то в подсознании, в глубине отключившейся памяти, не двадцать пять ему и даже не двадцать восемь! А сколько? Тридцать? Тридцать пять? Тридцать шесть? Точно — тридцать шесть! — верная цифра все же выплыла из черных глубин беспамятства, — А может, это только так кажется, может, от удара все? Ну не вяжется его физиономия, с возрастом зрелого мужчины. Нет, он просто уверен, что ему тридцать шесть лет. Так же, как и уверен, что зовут его Климент сон Вардис. Сон Вардис? Хм, ну да, лэр Климент Корвинус, сын Вардиса. Может и правда приезжий, как там летеха говорил, прибалт? А что, похоже. Вардис, почти как Валдис… Валдис Пельш. А это, кто такой? Не помню, но этот точно прибалт. Да и имя с фамилией в России не распространенные. А Лэр? Может приставка какая, перед фамилией?»

Клим умылся и еще несколько минут постоял вглядываясь в свое же лицо.

«Бляха-муха! Ну как слепой кутенок тычусь в своей голове, когда же вспомню-то⁈ Чего, там за татухи у меня на руках и ногах? Когда одевался, видел. — Клим немного приподнял рукав пижамы на правой руке, — Хм, черные буквы и правда какие-то непонятные. Вон на плече, там сразу понял, чего написано, а тут не знакомое что-то. Надпись шла по кругу, охватывая руку подобно браслету чуть пониже локтя и на ногах почти такие же, под коленками. А когда штаны натягивал шрам видел, на бедре. Это клыкастый ятаганом рубанул, даже кость, гад задел. — всплыло само-собой в памяти, — Какой, нафиг клыкастый! Фэнтези перечитал? Да, видать, сильно меня по башке приложили. Главное, не говорить никому, что ерунда всякая в голову лезет, а то и впрямь в дурку отправят до выяснения личности.»

— Привет! Ты чего встал-то? Андрей Петрович сказал, что ты еще неделю пролежишь. А ты вот встал. Да и Клавдии за пижаму еще попадет.

В коридоре Клим наткнулся на сексапильную девочку Зину. Когда она его увидела, то сначала немного покраснела, а потом заулыбалась и плотоядно облизала розовые губки.

— А я из медучилища, на практике тут. Мне как раз, еще неделю отрабатывать. Вот! — выдала она информацию, — Я же имя тебе не сказала, меня Зина зовут.

— Да слышал я. — кивнул и улыбнулся Клим и тоже представился девушке.

— Мне, Андрей Петрович уже сказал. Хорошо, что у тебя память возвращается. Я сразу поняла, что тебе понравилась, как только в палату вошла. — вдруг, улыбаясь, перешла она в наступление, — Ты, уже все про себя уже вспомнил? А то, может, женатый?

— Нет, точно не женат. — заверил ее Клим и спросил, — А ты каждый день дежуришь?

— Ага, только в день, в ночь не ставят, ну я недалеко от больницы живу, как лучше станет, можем вечером на лавочке посидеть их много на территории. Ой! Вон, Андрей Петрович вышел, попадет еще. Пойдем, я тебя до палаты провожу.

— Вы зачем, молодой человек, с постели встали? — строго спросил у него доктор, — А если голова закружится и упадете? У вас же сильнейшее сотрясение. Да и швы могут разойтись. — и он вместе с ними зашел в палату, — Вот и сосед ваш в себя пришел. Зина, идите в сестринскую, я сейчас подойду. — и продолжил, понизив голос, когда девушка вышла, — Я понимаю, беспокоят. — покосился он на соседей Клима, — Но, у нас сейчас платно все, две палаты пустых стоят, но главврач не разрешает занимать. Это вам еще повезло, у нас остальные палаты на пять человек рассчитаны и почти все заполнены. Как вы себя чувствуете, только честно? Болит голова, сильно?

— Вы знаете, Андрей Петрович, совсем не болит. И не кружится даже. Нет, с утра затылок ломило и смотреть больно было, а сейчас совсем ничего не беспокоит.

— Странно. — задумался доктор, — Удар очень сильный был, так и убить могли. Ладно, вы полежите, а завтра мы вам перевязку сделаем. И таблеточки вот, обязательно выпейте, это от сотрясения. Да уж… я-то думал вы еще несколько дней вставать не сможете, голова батенька это предмет нужный, беречь надо. Хм, хотя… организм молодой, может и быстрее оклемался поэтому. Старик бы после такого удара, вообще не встал — это к бабке не ходи!

Когда доктор вышел, Клим прилег, не раздеваясь, но минут через двадцать опять сел на кровати.

Чего лежать-то? Информацию надо, информацию! Ничего же не помню. Страна Россия, город сказали какой. А какой, к примеру год сейчас?

Он открыл прикроватную тумбочку и пошарил внутри.

— Ага, свежая пресса! Хотя, что она свежая это под большим сомнением.

Яркая обложка, изрядно потасканного журнала, на которой полуголая брюнетка хищно улыбаясь, вроде как прикрывала рукой объемную грудь.

«Ого! Сатанизм: школьник принес родителей в жертву… Банда онанистов потрошила спортсменок… Двенадцать педиков отравлены лесбиянкой. А название? „Мир криминала“ — и ниже, шрифтом помельче — мы всегда рядом, — Нет уж увольте, не надо рядом, как можно дальше надо от такого держаться!» — криво усмехнулся Клим, — Так… а вот и год — журнал номер шестнадцать от августа две тысячи восьмого. Ну… август- не август, но будем надеяться, что год тот же! — Клим пролистал издание, — Нет, отсюда вряд ли информации почерпнешь, скорее, крыша сильнее съедет. Профессор Преображенский, даже советских газет не читал, чтобы аппетит не портить. Ага, всплывает в памяти, только, кто это, знакомый? Нет, читал и кино тоже видел. Кино."

Клим посмаковал это короткое слово, вот вроде такое знакомое, много видел и по телевизору и в кинотеатре, а как будто все внове ему, все совсем незнакомо.

«Ну правильно, если память потерял, наверное, так и должно быть? — в памяти всплыла статья из детской энциклопедии, — там даже заново ходить некоторые учатся, читать и писать. А я вон, спокойно газетенку читаю и нормалек. Не сбрендил, значит, до конца, времени немного пройдет и все вспомню. Точно! Вспомнить все…»

Как читатели оценили книгу

Оценки — из 10 · 0 оценок
10 0
9 0
8 0
7 0
6 0
5 0
4 0
3 0
2 0
1 0
На полках читателей
Читаю 0
Хочу прочитать 0
Прочитано 0
Не дочитал 0
Недописано 0
Чёрный список 0
В избранном 0

Скачать книгу «Приграничное владение» бесплатно

Возьмите с собой в FB2, EPUB или TXT — без регистрации

Отзывы и комментарии

Как вам книга? Расскажите тем, кто ещё только выбирает

Пока никто не высказался — ваше слово будет первым.

Подборки с этой книгой

Все подборки
Подборки по настроению, жанрам и любимым авторам появятся здесь, когда вы долистаете до этого места.